Чтение онлайн

Федоров гордился собой: двухметровый рост, симпатичный на лицо, приятный голос, от которого щеки девушек становились пунцовыми и соглашались на все, о чем просил Лешка. Наверное, единственным недостатком у него была картавость. Но наш друг не считал это изъяном, наоборот, он выставлял ее как достоинство и она действительно придавала ему шарм.

Помимо забивания точных голов, он постоянно записывал крылатые фразы, мысли и тексты стихотворений в свой блокнот, который никому никогда не показывал. Мы были знакомы с ним со школьной скамьи, и часто зависали на встречах, где его причисляли к разряду «элиты».

Все было хорошо до тех пор, пока между Лехой и Гришкой Балахоновым не произошли непримиримые разногласия в музыке. После этого он покинул наш круг.

– Все те же, – ответил я. – Для друзей они не менялись.

За соседним столом раздался хохот.

– Лешка, не ведись на эту дешевую вербовку. Дядьков не держит своего слова. Он пытается спасти свою жалкую команду и за счет тебя поднять рейтинг своего авторитета.

Я обернулся.

Говоривший оказался не кто иной, как Кирилл Ковалев. Мой враг и давний соперник. Он был со своими дружками, такими же наглыми и отвязанными парнями.

– Ни для кого не секрет, что ты, Кирилл, прячешься за спинами своих игроков, – парировал я. – И за их счет самоутверждаешься.

– Кто бы говорил? – насмешливо покачал головой Кирилл. – В последнем соревновании ты смалодушничал, причем перед самым финишем, на глазах у всех игроков и болельщиков.

– Это было не соревнование, а глупый спор. Я не вижу смысла рисковать своей жизнью и сохранностью своего автомобиля там, где ожидает явный проигрыш, – сказал я и отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

Ковалев с грохотом отодвинул стул. Он подошел и наклонился над моим ухом:

– Ты называешь это спором? Так вот поверь, наш спор с тобой еще не закончен. Нет бывших игроков. И я с нетерпением жду тебя в ближайшем будущем, в качестве соперника.

– Кирилл, ты что-то путаешь, – с полным ртом еды сказал Илья. – Ярослав утопил свой автомобиль в болоте во время гонок, а наша команда, если помнишь, вышла из игры и больше не участвует в соревнованиях.

Кирилл хмыкнув, вскинул брови:

– Утопил? Серьезно? А ты поинтересуйся у своего друга, так ли это?

Ковалев и его свита наконец ушли.

– Скверный у него характер, – поморщился Илья, доедая обед. – Ярослав, мы чего-то не знаем?

– Не обращай на него внимания, – отмахнулся я и обратился к Федорову: – Сегодня мы едем на встречу. Было бы неплохо, если бы ты, Леша, присоединился к нам.

– Балахонов тоже будет? – между прочим уточнил Лешка.

– Вы оба взрослые мужики, – Илья залпом выпил компот и по-привычке развалился на стуле. – Должны забыть старое. Думаю, в этом препятствий не будет.

– Говорят, возвращаться – плохая примета, – на всякий случай заупрямился Федоров.

– Добавлю к словам Ярика, что в условиях есть один маленький пункт: засунь свою гордость в задницу. – ответил Илья.

После учебы я успел заехать на работу. В компании работал на полставки и числился в штате как конструктор-дизайнер. После окончания университета, мне сулила стабильная работа и официальное оформление в должность. Что могло быть лучше?

В моем ежедневнике было несколько расписанных задач на этот день. Одна из которых, закончить эскиз.

Это мой первый заказ. Свою работу я должен был представить на ближайшей конференции в четверг и отстаивать перед заказчиками.

– Он статен и хорош собой, – смеялись две девушки-секретарши в приемной.

Они раскладывали документы по папкам. В этот момент, около ресепшена проходил Илья.

– Девчата! Милые мои лебедушки! Никак про меня речи ведете? – остановился он.

Девушки развеселились еще больше.

– Нет, конечно!

– От чего же? – притворно удивился Илья. – Я красив, отлично разбираюсь в авто. Ценитель моды и экстрима. Харизматичный в любви и амбициозен в делах.

– Не обольщайся, Илья. Мы говорим про артиста Станислава Бондаренко.

– О Бондаренко? – расстроился Илья.

Он повертелся перед зеркалом, провел рукой по густому отросшему ирокезу, зачесанному вперед, критично оглядел стриженные бока.

Сазонов не скрывал, что гордится стрижкой «могавк». Его стриг какой-то модный парикмахер, который поведал, что прическа получила свое название от индейского племени ирокезов.

Могавки были настоящими хранителями культуры предков. В основе их верований было почитание сна. Именно сон мог открыть истину, ответить на любой вопрос, который терзает человека. В преданиях могавков говорится, что во время сна душа оставляет тело и отправляется туда, где зарождается Вселенная. Именно это путешествие давало возможность обрести знания и познать мудрость.

Не знаю, в какие миры сны уносили моего друга, но я считал все это не более, чем легендой.

Илья игриво подмигнул своему отражению и с удовлетворением сказал:

– Ему не пойдет стрижка «могавк» так, как идет она мне. А вы, девчата, опоздали. Вам надо было родиться на 30-40 лет раньше, может, и ваши кандидатуры он бы рассмотрел. Кстати, этот зануда у себя? – парень указал на мой кабинет.

– Да, – коротко ответила одна из секретарш.

– Посидим как-нибудь летним вечером на крыше при свечах? Только ты и я?

– Я знаю какой вы ловелас, Илья Сазонов, – звонко засмеялась девушка.

– Так может быть мне суждено измениться именно с тобой? – ничуть не смутился парень.

– Сазонов! – окликнул я друга. – Дуй ко мне. Не расстраивай рабочую атмосферу. – Я подмигнул девушкам и закрыл дверь за другом.

– Что насчет моего предложения? – спросил Илья, усевшись в мое кресло, закинув ноги на стол. Он взял попавшийся под руку чертеж и начал его внимательно изучать.

– Ничего не изменилось.

– Не дурно, – сказал Илья перебирая остальные чертежи. – Как говорит наш маратель холста, Алан Чумаков, я бы разбавил твой консерватизм красками бунтарства и игривости, с легкостью перетекающими в тона чувственности.

– Зря ты иронизируешь, говорят, парень написал несколько картин и готовится открыть собственную выставку. Кстати, я его тоже хотел привлечь к своему проекту, ты же отказался.

Друг замахал руками:

– Ой, проекты, это не мое. Чумакова зря зовешь – гиблое дело, запорет тебе все.