Чтение онлайн

– Вадик, спасибо тебе огромное за помощь, - произнесла женщина, накрывая рукой место укуса и чуть надавливая. Я ойкнула и попыталась отшатнуться, но мать лишь крепче сжала за плечо, удерживая, - но дальше мы сами разберемся.

– Как знаешь, - мужчина поднялся, сам подошел к разделочной доске, отрезал два огромных ломтя хлеба и, прихватив, пол палки докторской колбасы, покинул нашу квартиру.

– Владислав?
– поинтересовалась мама, поласкав место укуса пальцами.

– А есть другие кандидаты?
– огрызнулась я. Понимала, что этот подонок - ее сын, но она его бросила. Бросила. А теперь защищает.

– Он тебе понравился?

Вскочила, опрокидывая кухонный табурет:

– Ты. С. Ума. Сошла, - заорала на женщину.
– Эта скотина меня изнасиловал.

– Мама, - в коридоре появился Артем и непонимающе уставился на ссорившихся нас. Мне опять стало стыдно. Стыдно, потому что не хотелось афишировать перед братом произошедшее. Я не позволяла себе кричать, когда это происходило... а теперь... снова начала плакать. Попыталась пройти мимо матери в ванную, чтобы иметь возможность побыть в одиночестве и спокойно нареветься, но она удержала за руку:

– Эмма, сядь, нам надо поговорить. А ты вон отсюда, - я снова не узнавала эту женщину. Откуда в ней столько властности? Как сюсюканье над Темкой лишь каких-то пять минут назад могло сочетаться с этим хладнокровным приказом?
– Я тебе сказала быть в комнате.

– Но, ма, - попытался перебить ее Артем.

– ВОН, - повторила женщина и захлопнула перед лицом брата дверь.
– Теперь ты, - она снова открыла дверь, убеждаясь, что Артем покинул коридор и скрылся в своей спальне, затем снова закрыла.

– Ты знаешь, что это значит?
– она ткнула пальцем в место укуса. Я в это время пыталась успокоиться и прийти в себя. За лучшее посчитала умыться холодной водой из-под крана.

– То, что твой сын не только насильник, но и психованный извращенец?
– посмотрела на мать. Я разрывалась на части от противоречивых желаний. Была зла на мать и хотела послать ее к черту, а еще мне было дико обидно, хотелось, чтобы она обняла и пожалела.

– Успокойся и сядь, - она проигнорировала мои истеричные высказывания. Подчинилась.
– Это метка, Эмм. Он отметил тебя, - это я уже слышала от гребенного ублюдка. Но никак не думала, что подобную ересь станет нести ранее разумная женщина.

Попыталась собраться с мыслями и принять невозмутимый вид, насколько это возможно в этой дикой ситуации. Должно же быть какое-то трезвое объяснение происходящему, во всяком случае я хотела его услышать. Хотя, определенные догадки у меня имелись.

– Он меня укусил, - я осторожно поправила мать. Неужели, психические отклонения в этой семье наследственные? Тогда матери тоже не помешает хороший психиатр.

– Укусил, - согласилась она, добавив:

– Поставил метку, - разговор начинал ходить по кругу. Неожиданно женщина начала раздеваться. Я ошалело наблюдала, как она медленно пуговичку за пуговичкой расстегивает шелковую нежно-персиковую блузку.

– Мама, с тобой все хорошо?
– признаться, я была перепугана не на шутку. Одно дело, незнакомый псих, которого забрали... другое, близкий и родной, но спятивший буквально на твоих глазах, человек. Не представляла, что мама может выкинуть в следующий момент. Мне становилось страшно не только за себя, но и за Артема. Жаль, что Вадим Петрович так быстро ушел.

– Эмма, смотри, - полностью расстегнув блузку, женщина стащила ее с плеча, а следом убрала лямку от бюстгальтера. Я же поверить не могла собственным глазам. На плече у матери красовался аккуратный шрамик в виде двух дырочек с чуть слегка вздувшимися краями.

– Это что?
– потрясенно выдавила из себя я и, не удержавшись, осторожно провела пальцами по отметке, подсознательно уже зная ответ на свой вопрос. Но как такое возможно? Почувствовала, как женщина вздрогнула.

– То же, что и у тебя, - буднично пояснила мать, - вернее то, во что превратится укус через несколько дней, когда заживет окончательно. Метка, - я вернулась на свое место. Захотелось выпить.

– Выпить хочешь? Нам предстоит непростой разговор, - вторя моим мыслям, участливо спросила мама, уже подойдя к кухонному шкафчику. Я лишь кивнула.
– Водка или вино?

Водку я пила всего один раз. Мне не слишком-то пришелся по душе этот вонючий и едкий напиток. Но, кажется, вино сейчас будет бесполезно, как и вода. Тем более это вино особенным качеством не отличалось. То, что хранилось на кухне, использовалось преимущественно для приготовления мясных и рыбных блюд. У нас были напитки и поприличнее, но они находились в гостиной, что одновременно служила и комнатой родителей. Мать туда идти явно не собиралась.

Пока я раздумывала, заметила, как мама достала стопку, наполнила и лихо осушила, закусив невымытым помидором.

– Водки, - решилась я. Мама с душой плеснула мне в свою же стопку. Я прикрыла глаза и последовала ее примеру. Горючая жидкость мгновенно обожгла горло, и я закашлялась. Женщина сунула мне в руку недоеденный помидор. Закусила. Плевать, что грязный. Возможное расстройство желудка сейчас меня волновало меньше всего.

– Что тебе Владислав успел рассказать?
– женщина вернулась за стол, прихватив с собой початую бутылку водки и огурец.

– Ничего, - я не стала упоминать, что конченый псих считал себя оборотнем. Даже после водки это казалось каким-то слишком вызывающим что ли... не знаю.
– Откуда у тебя это... эта метка?
– отчего-то с трудом могла называть так укус. Дикость какая-то.

– От отца Влада. Его звали Филипп, - усмехнулась она и замолчала.

– И?
– подтолкнула я ее к дальнейшим откровениям. Судя по поникшему виду, мама углубилась в воспоминания. Что такого с ней делал бывший муж, что она сбежала от него, бросив детей?

– Филипп был оборотнем, как и Владислав...

– Ты шутишь?
– перебила я маму, с вожделением посматривая на початую бутылку водки. Хотелось выпить еще, а потом еще... чтобы в итоге забыть весь этот бред. Но понимала, что, если сделаю еще хоть маленький глоток, рискую просто отрубиться. Итак, голова стала подозрительно легкой. Мыслей почти не осталось. Я уже не хотела вызвать матери скорую помощь. Вернее, хотела, но не так сильно.

– Нет. Я ведь тоже оборотень. Вернее, полукровка. Мой отец был оборотнем, но, видимо, слишком слабым. Вот мне ничего и не досталось, кроме улучшенной регенерации, слуха и зрения, - по ее реакции было видно, что хотела добавить что-то еще, но передумала.
– Иными словами я не могу оборачиваться. А у Владислава, подозреваю, есть вторая форма, раз смог укусить.

– Вторая форма?

– Да. Он может обращаться в волка.

– Как такое может быть?
– не могла поверить услышанному.