Притворись его женой
Шрифт:
— И не сказал сразу, когда пришел в гости. Хорош друг.
Собственно, все. Прозвучало это вполне похоже на приговор. Мне. Немного Игнату, конечно. За ним, как ни крути, тоже есть грешок есть.
Но крайней все равно останусь я.
— А я тебе верил..
Макс перевел взгляд на меня.
— Есть, что добавить? — холод, с которым Максим обратился ко мне, пронизывал до мозга костей. Никогда не видела его таким. Максим смотрел на меня как на нечто мерзкое, чужое. Словно я вообще не человек больше.
— Я тебе не изменяла.
Ох, Макс, я говорю правду, но я все равно виновата, я сделала кое-что вполне отвратительное. Я лгала Макс, и вряд ли ты это простишь.
— И его я вижу во второй раз в жизни, — голос дрожал. Но я старалась не начать плакать, старалась подавить в себе этот дикий страх. — Я не знаю, зачем он говорит все это…
— Неужели? — вскипел Игнат. — У тебя татуировки. Черная кошка. И иероглиф.
Доказательства — как гвозди в крышку моего гроба.
— Вика… — начал Макс. Но я его перебила.
— И что? — ушла в глухую оборону. — А то я никогда фотографий с татуировками не выкладывала! И сообщения никакие не писала. Это даже не мой номер!
— Кто мешает завести вторую сим-карту? — резонно спросил Максим.
Это провал, он мне не верит. Ни он, ни Игнат, не видят разницу между нами.
— Ну да. Я же такая идиотка, чтобы спать с твоим другом, но чтобы шантажировать его и вымогать деньги — завести тайную сим-карту! — Не знаю…
Кажется, мне было элементарно обидно за себя. Не за себя-Вику, а за себя-себя. Я никогда не изменяла. Более того, я никогда в отношениях не делала ничего такого, что можно было даже выдать за попытку измены. И да, это глупо. Все обвинения адресованы Вике, и даже вполне обоснованно.
Но я не она. И не я заслужила все это выслушивать.
Почти не заслужила. Если не считать обмана с подменой, но ведь в этом меня и не обвиняют.
— Наберите номер. Он не мой.
— Набирай, — без промедления велел Максим. Игнат же закатил глаза. Он-то в своей правоте не сомневался ни на секунду.
Сейчас Вика возьмет трубку и все прояснится, и самым тяжелым будет выдержать взгляд Максима, и не высказать все, что я думаю о своей замечательной сестре.
Но с каждым гудком моя надежда таяла как дым.
— Что-то этот твой предполагаемый человек не торопится отвечать, — сказал Макс.
Это было больно, как ножом по коже. И дело было не в словах. Ранила интонация Максима, тон, его взгляд.
Добро пожаловать на землю, Ник. Довиталась в облаках. Пора обратно в реальность. Любовь — это все до первого испытания. До первого друга, который скажет в твой адрес какую-нибудь гадость, до первой короткой юбки, которая предложит провести время интересно и по-взрослому.
Максим — не исключение.
— Это не мой номер. А моей сестры. Мы близнецы.
Вот и все. Я, наконец, сказала это.
Правда открылась. Легче легкого сложить два плюс два, и понять про подмену. Пойду собирать вещи.
— Что за бред? Будь у тебя сестра- близняшка, я бы знал, — заявил Максим, и я не совсем уловила его тон. Последняя попытка что-то самому себе пояснить? Он не обвинял, не кричал, не обзывал, не пытался унизить… Просто спорил? — Могла бы придумать, что-то поинтереснее, Викусь.
Из меня рвался истерический смех.
Да мы с Викой годами скрывали существование друг друга, обманывая десятки людей, лишь бы вычеркнуть друг дружку из жизни каждой. Будто Максим сам не знает, что такое не распространяться по поводу некоторых родственников, которых не хочется знать и видеть.
— Ага, и татуировки у вас с рождения одинаковые, — ехидно добавил Игнат. Все еще надеется, что друг простит его промашку с выбором партнерши на ночь?
— Ну конечно, — вспылила в ответ. — Ведь не бывает в мире близнецов, которые стараются подчеркнуть свое сходство.
Прямо уникальный случай, ей Богу.
Пусть мы не из этих двойняшек, конечно. И стремились стать похожими только по недавним обстоятельствам. Но замечание все равно странное.
— У меня действительно есть сестра. Мы близняшки. Ее зовут Ника, — сказала я немного обижено. Но непонятно зачем. Меня уже объявили лгуньей.
— А именем она твоим назвалась совершенно случайно? — поинтересовался Игнат с очередной издевкой.
Его голос сквозил сарказмом.
— Знаете что? Идите вы… оба, — махнула рукой, развернулась и направилась собирать вещи. — Хотя…
Остановилась, чтобы посмотреть на Максима. Да, я лгунья. По другому поводу, правда. Но он… Ни секунды сомнений, что я ему только вру. Что его любимая Вика — обманщица. И что, с такими мыслями можно продолжать делать вид, что в отношениях все нормально?
— Ты знаешь, что у меня есть сестра. Я говорила тебе, что она в больнице. И я, черт возьми, понятия не имела, с кем она там спит и от кого планирует рожать.
Какая разница, что я сейчас наговорю, если меня все равно никто не собирается слушать? Максу сейчас плевать на мои аргументы. Даже слов не надо, одного взгляда достаточно для того, чтобы понять, как он теперь ко мне относится. В его глазах написано “проститутка и дрянь”.
— Ты еще из себя жертву будешь строить? Серьезно? — Максим засмеялся.
Это было хуже, чем все ругательства мира. Даже в такой ситуации Макс вел себя достойно, гораздо лучше, чем Юра, но он верил в мою измену.
— Так что насчет ребенка? — Игнат не дал мне ничего сказать.
— Боже, ты совсем идиот? — я тоже засмеялась, хотя это и был смех через слезы. — Максим в командировке сколько месяцев был? Ты представляешь, что живот явно не должен выглядеть так!
Задрала футболку, чтобы показать пресс. Не идеальный, до Викиного уровня "до беременности" не совсем тяну, но спортзал с Максимом неплохо помог подтянуться. Было чем хвастаться.
— Я не беременна, кретин, — прорычала со злостью.
Игната я в любом случае запишу в список людей, которые мне неприятны и с которыми общаться я не захочу ни за что в жизни.
Кажется, после последних моих слов, Игнат немного опешил.
— Тут хватает сообщений с хвастовством, что пройдешь тест ДНК в любой клинике, которую я выберу, — блондин указал на злосчастный телефон.
— Еще раз, тугодум. Писала не я. Хочешь — дозванивайся по номеру и решай проблемы. А меня не втягивайте. Сам ищи — с кем ты там спал и собирай своих детей по всему городу.