Притворись нашей мамой
Шрифт:
Зачем сосед, и чернявая малолетка оклеветали меня? Чудовищная бессовестная ложь! Понятно, что у каждого была веская причина. Но какая?
Как же низко, подло, жестоко играть чужой жизнью!
О чём думал этот психанутый старик с одичалой собакой?
А эта девочка, только начинающая жизнь?
Не укладывается в голове. За гранью моего понимания…
Сцены допроса крутятся в мозгу. А перед глазами стоят холодные голубые глаза Демида Удальцова.
В его глазах ненависть, мгла, шторм. Он упрекает меня, обвиняя в том, чего я не совершала.
Судья под давлением майора выносит приговор:
– Два месяца лишения свободы.
За что? Я ни в чём не виновата!!
Кусаю губы, истерично пытаюсь вытянуть кудряшку пальцами, но она пружинит и вырывается из рук.
Чёртовы кудри! Такие же как у моей Наташки.
Когда доченька была жива, я выпрямляла свои волосы и осветляла их.
А после… (последние два) года вернулась к натуральным волосам.
Зачем? Хочу смотреть в зеркало, видеть рыжие кудри. Чтобы не забывать!
Когда острая боль пронзает мою душу, тогда сердце и память помнят!
Только в эти минуты я чувствую, что живу. И не ощущаю за это вину!
В десять вечера объявляют отбой. Ложимся спать. За день умаялась, моментально засыпаю.
Просыпаюсь утром по звонку, умываюсь. Смотрю в решётчатое окошко. Оно как ниточка связывает меня с волей и с жизнью.
– Завтрак! – разносится громогласный голос по коридору.
В камере оживление.
Через окошко, прорезанное в двери, нам подают тарелки с кашей, кружки с какао, хлеб с маслом и сыром.
Щедро!
С удовольствие ем. Я ведь вчера не успела съесть ни одного крабика.
Улыбаюсь, вспоминая Алёнку.
Затем жалею её. У этого милого создания такая чокнутая семья!
Сразу после завтрака дверь камеры распахивается:
– Чайкина на выход с вещами!
– Что случилось? – едва владею голосом.
Глава 6
Демид
Недоуменно смотрю на тётю Таню. Такой решительно настроенной я её не помню.
– Что судачат во дворе? – ожесточённо спрашиваю у неё.
Если наша няня считает, что я – профи должен верить в сплетни, окружающего мира, тогда выслушаю.
Женщина смотрит на меня выразительно.
– Вчера сосед из жилого комплекса «Ласточка» приходил к своей зазнобе в наш подъезд. А с собой он Шарика привёл!
– Шарик, – это тот рыжий питбультерьер? Морда, как у твари. Смотришь на неё, и, кажется, что псина готова самостоятельно прокормить не только себя, но и хозяина?
– Он самый! А ты слышал, что вся округа стонет от этих двоих. Злыдни! Ходят без намордников.
– Который из них? – шучу.
Но тётя Таня не реагирует, хмурит брови.
– Оба!
– Это как? – округляю глаза.
– Хозяин людям житья не даёт, а питбуль – детям!
– ЖК «Ласточка» в пятистах метрах от нашего дома! Притом комплекс огорожен забором.
– Щас! – женщина всплёскивает руками.
– Он псину свою в наш подъезд вчера притащил. И отпустил погулять. Одну. Пока развлекался с соседкой!
– Он же старый? – упёрся я, не понимая, при чём здесь моя семья. – Какие шуры-муры?
– Демидка, ты, что упоротый такой? Может, чай они пили. Под каждую юбку не заглянешь! А случилось это «дело» ровно в два ночи!
– Откуда поминутная информация? – опешил я.
Наши камеры какой-то говнюк разбил. Именно вчера. Не люблю я совпадения. Вот и вчера подумал, что Серый всё подстроил, на пару с подельницей.
– Соседка в глазок увидела.
Ничего себе! Я до сих пор не получил официальную информацию с камер!
Вернее, получил, но решил не вскрывать электронное письмо до утра. Не к спеху.
Чайкина сидит. Расколю её как грецкий орешек – сдаст Серого с потрохами.
Алёнушка дома.
– И-и? – бросаю нетерпеливые взгляды на алые помидорки и зелёные попки свежих летних огурчиков, которые расселись в идеальном порядке в тарелках.
– Баба Валя из второго подъезда видела, как «Шарик» в два часа ночи гнал Алёнку по улице.
– Чего? – более нелепой легенды даже представить не мог. – Тётя Таня! Ты смотри, не ври мне. Тебя кто-то попросил Злату Чайкину защитить?
– Эх, ты! Следователь! Не совестно тебе? Закрыл на два месяца невинную девушку?
Злюсь.
– Смотри! – тётя Таня двигает ко мне телефон, юзает ватсап, выбирает нужное видео, нажимает на стрелочку запуска ролика.
Подобного зрелища я не ожидал…
Меня всего затрясло, едва я опознал в бегущем от собаки ребёнке Алёнку.
Впившись ногтями в скатерть, побагровел.
Но это было не всё!
Кажется, мои «любимые» соседи, которым я слишком сильно доверял, решили меня добить.
Едва дочка скрылась, как во дворе появилась ночная няня Галя с парнем.
Может, они побегут за ребёнком?
Кольнуло нехорошее предчувствие. Ошибся. Парочка застыла посреди двора в крепком засосе, а потом, как ни в чём не бывало, направилась в подъезд.
Волоски на шее встали дыбом.
– Тварь!
– Кто из них? – прошипела дневная няня.
– Все! Галя! Сосед! Шарик! Наказать их надо? Да?
Взглянув на Татьяну Ивановну, возникло ощущение, что её сейчас от гордости расплющит.
Не ответив, женщина перевела взгляд на сковороду с котлетами.
– О женщине нужно подумать в первую очередь? – указала она на мой промах.
– О какой? – выпаливаю я.
От гнева, переполняющего меня, перестал соображать совсем. Готов спустить на головы этих троих все небесные кары. Собственноручно.
***
Демид
Свидетели не просто дали показания, в которых я заблудился.
Они сняли с себя ответственность, подставив невиновного человека. Всё как в плохом кино!