Чтение онлайн

Чарити так и взвилась от его резкой команды, но сразу опомнилась и продолжала смотреть на него очень спокойно.

– У меня никогда не было мужа. Мы с матерью и сестрой всегда жили вместе. Когда мама умерла прошлой осенью, у нас почти не осталось денег и нам не к кому было обратиться. Пруденс согласна была вести нищенскую жизнь и зарабатывать на хлеб, давая уроки музыки. Но я хотела, чтобы моя сестра добилась в жизни большего. – Ее голос окреп, когда она рассказывала о своем возмущении такой судьбой. – Пруденс не создана для борьбы и сломалась бы уже через пять лет или раньше. Она такая ласковая и нежная. Я знала, что если ее увидят в свете, то обязательно найдется немало мужчин, желающих на ней жениться. Денег было как раз столько, чтобы дать ей этот шанс. Я молодая незамужняя женщина и поэтому не подхожу на роль ее компаньонки. А другой компаньонки у нас просто не было.

– Тогда вы изобрели мужа и тут же его прикончили, – сказал лорд Тиндейл. – Таким образом вы получили необходимый вам статус вдовы.

– Да.

Кажется, он ей верил. Глаза его странно блеснули, когда она призналась, что никогда не была замужем.

– Леди Генри тоже участвовала в этой схеме?

– Конечно нет! Неужели вы думаете, что я стала бы просить Присциллу лгать ради меня?

– Вдруг вы решили, что делать ее невольной сообщницей это еще хуже?

Она почувствовала осуждение в его голосе и закусила губу.

– У меня не было другой возможности вывести в свет мою сестру, – повторила она.

– Короче говоря, вы считаете, что цель оправдывает средства?

Чарити подняла гордо голову и посмотрела с вызовом на него.

– Конечно нет, в философском смысле, но… я бы вновь сделала то же самое в таких же обстоятельствах. Я и так жила в постоянном страхе, что меня разоблачат, и терзалась угрызениями совести – разве этого мало?

Она сразу пожалела об этой фразе, а он резко спросил:

– Что бы вы стали делать в случае неудачи с Пруденс?

– Давала бы уроки музыки, – ответила она сквозь зубы.

– А в том случае, если бы Пруденс благополучно устроилась, как вы видели свое собственное будущее?

– Я могу учить не только музыке. Я думала, что, может, уеду в Америку, – сказала она рассеянно.

Она приходила в себя после шока. Они с Пруденс могли бы вместе уехать в Америку… Там бы их не достала месть Брендана Райана. Потом нашелся бы мужчина, которого Пруденс смогла бы полюбить. Чарити заметила, что граф совсем не удивился, услышав от нее о таком варианте. Выигрыш триста фунтов плюс то, что осталось – этого хватит для начала…

Она взглянула на него.

– Что вы намерены предпринять? – спросила она и продолжала, прежде чем он ответил: – Если я дам вам слово, что Пруденс не станет претендовать на Филиппа и мы немедленно покинем Лондон, будете вы, хотя бы ради леди Генри, молчать о том, что узнали?

– Возможно, вам удастся меня убедить. Но я не понимаю, почему вы хотите уехать из Лондона именно в тот момент, когда у вас все так хорошо получается?

– Конечно, я не хочу…

И она замолчала, уставившись на него.

– Почему вы набросились на меня так яростно, если не для того, чтобы заставить меня уехать из Лондона? – спросила она.

– Я не набрасывался, – ответил он мягко, – а пытался узнать правду. Может, вы сбежали из тюрьмы? Но это ведь не так? – ухмыльнулся он. – И я не заставляю вас уезжать. По моему мнению, ваша сестра и Филипп прекрасная пара. Я буду рад, если они поженятся.

– Тогда непонятно значение вашей фразы о том, что мне «возможно удастся вас убедить»!

– Вы же понимаете, что я хотел бы стать вашим другом…

Улыбаясь, он склонился над ней с видом соблазнителя.

Чарити сразу насторожилась. Она посмотрела в его темные глаза, которые лучились смехом. И было в них что-то еще… Приглашение?

– Прошу извинить меня, милорд, – ответила она, – но если вы хотите, чтобы я стала вашей любовницей в обмен на молчание, то скажу прямо – такое предложение для меня неприемлемо.

У Чарити было достаточно времени, чтобы пожалеть о своих словах.

Молчание затянулось. Она чувствовала, как почва уходит у нее из-под ног.

Лорд Тиндейл сначала нахмурился, а затем на его губах мелькнула ироничная ухмылка.

– Сказано действительно прямо, я согласен. И убежден, что вы не рассердитесь на меня, когда я вам отвечу, что женщине более подходит сначала получить предложение, а уж потом от него отказываться. Уверяю вас, у меня и в мыслях не было ничего подобного. Видите ли, я предпочитаю, чтобы женщины становились моими любовницами по собственной воле, и…

– Достаточно, – прервала его Чарити. – Извините, сэр, я вас неправильно поняла. Просто леди Денби сказала… я имела в виду…

Она закусила губу, жалея о своей очередной глупости.

– А теперь вы меня заинтриговали, мисс Леонард! Я понятия не имел, что вы знакомы с леди Денби. И что она сказала?

Чарити смотрела на него растерянно. А лорд Тиндейл продолжал:

– Ну давайте же, мисс Леонард! Между нами больше нет секретов. Не будьте так жестоки и не дуйте на меня свои очаровательные губки.

Он был невозможный наглец! Чарити уже хотела улыбнуться, но все-таки удержалась и покачала головой.

– Я и так открыла вам чуть ли не все свои тайны, сэр. Хватит на сегодня.

– Может, я зайду завтра? – ухмыльнулся он. Это было уже слишком! Чарити рассмеялась.

– Вы бесстыдник, сэр. Я молчу!

Слова сами слетели с ее губ, и она отвела свой взгляд, чтобы не видеть новые искорки в его глазах.

– Вы… – сказала она, – вы до сих пор не объяснили, как я должна вас убедить.

– А! Это небольшой шантаж с моей стороны.

Он помолчал, глядя ей в лицо. Но она просто ждала, вся в напряжении.

Неожиданно он отбросил шутливый тон и сказал совершенно серьезно:

– Теперь, когда вы сбросили маску, я не могу называть вас миссис Робардс.

– Но вы не можете называть меня мисс Леонард! – воскликнула она испуганно. – По крайней мере на публике.

– Конечно нет, – согласился он, встав и вежливо ей поклонившись. – Я буду звать вас просто – Чарити. Как принято между друзьями. Не беспокойтесь! Не надо вызывать дворецкого. Я сам найду дорогу.

Чарити смотрела на его могучие плечи, когда он открыл и мягко закрыл за собой дверь, а потом еще долго стояла так, глядя на дверь невидящим взором, потому что мысленно снова перебирала все слова этой замечательной странной беседы, которая только что имела место.