Чтение онлайн

Несколько дней подряд Илья пытался «сдать дела». А дел накопилось много. Если в выходные Илья так и не поехал в Царское Село — он боялся оставить Полину — то в понедельник, после того, как его отправили в отставку, он весь вечер провел в Китайской деревне. Поближе познакомился с Николаем, показал ему дом, пояснил, что можно, что нельзя, а что просто необходимо делать, чтобы все всегда работало и было под рукой. Показал запасы продуктов и провез по магазинам, где имел обыкновение отовариваться сам. Сделал переучет медикаментов, передал Николаю список лекарств и аптек. Переписал ему в книжку экстренные телефоны. Снабдил парня постельным бельем и полотенцами. Наконец, просто рассказал, как именно Николаю следует вести себя с Валерием, что ни в коем случае нельзя говорить, когда о чем можно просить, как часто и каким образом контролировать состояние подопечного… Илья никогда не задумывался, сколько на самом деле нужно всего держать в голове. И очень удивился, когда обнаружил, что список «дел к передаче» просто-напросто бесконечен. К счастью, Николай Дыкин не особо-то испугался. Переспрашивал, записывал, обещал, если что, обязательно звонить и уточнять… За весь вечер Илья ни разу не увидел брата. Валерий скрылся в своей комнате и оттуда не появился.

Утром в среду раздался звонок от Николая. Однако волнение Ильи оказалось преждевременным. Озабоченный Дыкин поведал, что в офисном Мерседесе течет масло, и Илья объяснял, где именно находится нужная мастерская автосервиса, потом звонил туда сам и просил своих знакомых механиков помочь новому незадачливому клиенту. Затем Илья нашел время придти в бухгалтерию и забрать причитающиеся ему деньги и трудовую книжку. Наконец, Илья связался с Иваном Смирновым и, вызвав его на разговор, предупредил, что Большой Брат за ним наблюдает, и если заметит, что вновь обретенный сын портит жизнь отцу… Правильно: прибьет на месте. Если честно, Илье порядком наскучило корчить злобную физиономию и делать вид, что он круче всех яиц на свете, однако новоявленный племянник гораздо лучше воспринимал напор собеседника, чем мягкие увещевания.

Брата Илья ни разу не видел. Да и не особенно стремился. Никто лучше Ильи не знал, что в таком состоянии Валерия надо оставить в покое. Илья даже не задумывался о том, что брат о нем думает. Он с самого начала понимал, что Валерий за такие затеи по головке не погладит и в принципе был готов к такому исходу своей авантюры. Но за Полину душа была неспокойна. Пусть бы Валерий отыгрывался на нем на всю катушку, Илья ни слова бы в свою защиту не сказал. Но Полина… Нельзя допустить, чтобы Валерка перенес на нее свой гнев. Вот задача, как это объяснить ему сейчас? Неужели он сам не понимает, что Полина всего лишь слушала свое сердце и хотела помочь? Помочь им обоим… Нет, конечно же, Валера все поймет. Обдумает, остынет и поймет. Вот только Полинка переживает. А Илья даже вырваться к ней не мог все эти дни. Только звонил, слушал ее бесцветный глухой голос, пытался успокоить, приободрить, и душа его с болью рвалась пополам.

Ну вот, наконец, все. Самые неотложные дела сделаны, можно немного перевести дух.

— Эй, мужик!

Илья не повернул головы, только покосился влево, на остановившийся рядом здоровенный джип с тонированными стеклами.

— Мужик, постой, разговор есть!

На подобные реплики Илья обычно не отвечал. Поэтому он, не замедляя шагов, продолжил свой путь.

— Власов, я к тебе обращаюсь! Стой, поговорить надо!

Илья остановился.

Хлопнула дверца машины, и мелкий влажный гравий захрустел под тяжелыми мужскими шагами. Илья обернулся.

К нему шли двое. Высокие, здоровые. Один чуть впереди, болтая полами расстегнутого пальто. Другой отстал на пару шагов. Они подошли поближе, и в первом Илья узнал Семченко. Второй тоже показался знакомым.

— Ну и что вам надо от меня? — спросил Илья, отбросив почти докуренную сигарету в кусты.

— Да так, пару слов сказать, — усмехнулся Семченко. — Ласковых.

О намерениях этой парочки судить было сложно, но Илья прикинул соотношение сил и понял: если двое на одного, но без оружия, он справится.

Он не спеша вынул пачку сигарет и зажигалку, снова прикурил, вопросительно вскинул голову:

— Ну и? Как вы меня разыскали, интересно? Неужто все здешние окрестности прочесали?

Семченко фыркнул:

— Да мне делать больше нечего, тебя выслеживать! Ванечка подсказал, что ты сюда двинулся и, скорее всего, от метро «Купчино» пешком пойдешь…

— Ванечка? — усмехнулся Илья и не удержался, сплюнул себе под ноги.

Он ненавидел себя в моменты, когда из него неудержимо вылезали манеры дешевого урлы, но с Семченко он почему-то иначе не мог.

— А что ты кривишься, урод? — мрачно уточнил Семченко. — Не нравится племяш? Да я его и сам бы удавил… Но теперь мы с тобой, как дядьки одного племянника, вроде как родственники.

— Боже упаси, — буркнул Илья, не выпуская сигарету из зубов.

— А чем ты недоволен? Тоже мне, белая кость… Я-то думал, у Полины роман с бизнесменом Казьминым, а оказалось… — Семченко квакнул, словно подавился, — … у нее всего лишь интрижка с шоферюгой…

Илья молча курил, выслушивая словесные упражнения Семченко. Будь они вдвоем, как тогда, у подъезда, Семченко давно бы лежал мордой в грязи. Правда, без поддержки Семченко и рта бы не раскрыл, а сейчас в присутствии высокого бессловесного громилы, стоящего в двух шагах, разговорился.

Бугай в длинном пальто замер в напряженной позе, засунув руки глубоко в карманы. И тут Илья вспомнил, где прежде видел его: в Канэкс-банке. Это был телохранитель Георгия Гарона. Тот самый, что грозил достать Илью. Ну что ж, достал.

— … Нет, я ж тебя понимаю. Это штучка цепляет, сам знаю. Глазищи распахнет — никуда не денешься, пропадешь…

Чего он добивается? Илья никак не мог сообразить, в чем же заключалась пара ласковых слов, и были ли уже сказаны эти слова.

— … Как мужик мужику я тебе скажу: Полина у нас с тобой — добрая баба. Не в меру. Отзывчивая и неразборчивая… Брать не умеет. Зато отдается с душой…

Пепел, наросший на конце сигареты, сорвался и упал на куртку. Илья поспешно стряхнул его с груди, выкинул сигарету и без предупреждений и лишних слов бросился на Семченко.

Драться Семченко не умел, и за время, прошедшее с их последней встречи, не научился. Илья успел пару раз врезать ему по морде, прежде чем в дело вступил телохранитель Гарона. Вдвоем им удалось выкрутить Илье руки.

— Те делать нехрен? — мрачно осведомился громила у Семченко. — Че ты его баснями своими развлекаешь? Иди уже в машину, я сам справлюсь…

Улучив момент, Илья врезал удачно стоящему Семченко ногой в пах и, рванувшись, вывернулся из цепких лап громилы.

Он справился бы с ними двумя, но едва он, освободившись, начал наносить удары, из машины выпрыгнул кто-то еще. И еще… Илья понял, что ему не отбиться.

Через минуту его уже крепко держали двое головорезов, подоспевших на помощь зачинщикам.

Семченко, матерясь и постанывая, похромал к машине.

Телохранитель Гарона, схватив Илью за волосы, пригнул его голову почти к самой земле и буркнул своим дружкам:

— Велено, чтобы тихо и наверняка. А этот козел гребаный все норовит цирк шапито устроить…

— Да Максимыч ему башку завтра свинтит, — отозвался один из громил.

— Пацаны, цигель, цигель, — прошипел третий, который особенно нетерпеливо переминался рядом с Ильей.

— Ну ладно… — охранник Гарона резко запрокинул Илье голову. Где-то буквально в нескольких сантиметрах от уха Ильи лязгнул нож-выкидушка. — Короче, мужик, ты допрыгался. Максимыч велел тебе кланяться. Ты больше не в игре, так что получи должок. За что — сам знаешь…