Чтение онлайн

Самым большим испытанием в конце мероприятия – это завершение урока и прощание. Этот раз не был исключением, дети не хотели нас отпускать. Я пообещала, что вернусь, но это не помогало. Они обнимались и плакали, разрывая моё сердце на части. А ещё ребята просили забрать их и тогда на помощь приходили воспитатели, приглашая малышей на обед. Я в такие моменты начинала сомневаться, стоит ли продолжать эти жесты доброй воли, потому что смотреть в детские заплаканные глаза невероятно сложно.

Собрав свои вещи и прихватив пакет и пустой тапер, я вышла в коридор, который опустел буквально несколько минут назад. Детей увели в столовую, дав возможность нам всем успокоиться и легко расстаться. Паркер стоял в проходе и задумчиво смотрел вдаль. Что это на него нашло? Неужто чувства всколыхнулись?

– Ну что, идём? – спросила я, поглядев на парня. Он без слов забрал из моих рук контейнер и пошёл к выходу. Кажется, Ник был потрясён после увиденного. Всю дорогу домой он молчал, а я не трогала его, хотя один вопрос не давал покоя.

– О чём вы разговаривали с Адамом?

Сначала он не понял о ком я, но вскоре сообразил: грустный мальчишка и объятие.

– Он думал, что я собираюсь забрать его, а оказалось, что просто пришёл поиграть.

– И что ты ему ответил?

– Пообещал, что его обязательно заберут.

Я помотала головой.

– Не надо так делать. Не давай обещаний, которые не можешь выполнить.

Каждый раз после занятий в детском доме мне требовалось время прийти в себя. Довольные лица детей, когда они рисуют, лепят или получают подарки, дорогого стоят, но после этого остаётся осадок горечи оттого, что не могу сделать для них больше. Это угнетало и съедало изнутри, так что приходилось восстанавливаться и потихоньку абстрагироваться. Пребывая в задумчивости, я, как правило, запиралась в комнате и садилась рисовать. Так легче отбросить все грустные мысли и вернуться к привычному укладу жизни. Это воскресенье не было исключением. Сидя на подоконнике, я рисовала, положив на колени скетч бук.

Не знаю, что думал и чувствовал Ник, но кажется, его эмоции зашкаливали, но он пытался их сдержать. После обеда он собрался и ушёл куда-то, а вернулся вечером навеселе.

Я читала книгу, когда дверь распахнулась и в проёме появился Паркер, еле стоящий на ногах. Он, шатаясь, вошёл внутрь и закрыв дверь, навалился на тумбочку при этом уронил телефон, который с грохотом упал на пол, но не разбился. Я подошла к Нику, подняла мобильник и подхватила парня, который подался вперёд и чуть не упал.

– Ты где так надрался?

Выпрямившись, сосед приложил палец к своим губам и закрыл глаза, желая сдержать мой гневный порыв. Он был не в состоянии что-либо объяснять, продолжая стоять у тумбы и шататься.

– Ясно, – кивнула я и, закинув его руку на себя, повела парня в комнату. Мы шли, петляя по гостиной, потому что он навалился на меня всем весом, а был он ужасно тяжёлым и неровно стоящим на ногах. Я практически сразу поняла, что не доведу его до спальни и мы точно где-нибудь грохнемся, поэтому сменила курс к дивану.

– Любишь помогать, да? – пробормотал он, заплетающимся языком.

Я поморщилась от едкого перегара и не ответила на его пьяный вопрос.

– Это бесполезно, – пробубнил он, заваливаясь на диван. – Ты помогаешь всем, но это не поможет тебе, – вздохнул он и почесал голову, взлохматив и без того косматые волосы. Он усмехнулся своим мыслям. А я стояла в ожидании, когда же он ляжет и перестанет нести пьяные бредни. – Сколько добра ты бы не делала, ты не станешь счастливой, – проговорил он, переворачиваясь на живот и укладываясь на подушки. – Потому что ты живёшь не для себя. Нельзя всех сделать счастливыми, – рассуждал он.

– Да, наверное, ты прав, – согласилась я.

– Конечно, я прав, – мямлил парень, уткнувшись лицом в спинку дивана. Оценив ситуацию, я поплелась в его комнату за покрывалом. Стянув плед с кровати, послышался грохот. Упало что-то тяжёлое. Я обернулась и увидела на полу возле кровати пистолет. Всего секунда ступора и замешательства. Я испытала смешанные чувства, не понимая, как реагировать на такую находку. С одной стороны, оружие есть у большинства жителей Америки, но с другой стороны, зачем оно Нику? И почему оружие лежит в его постели, а не где-то в ящике? Надеюсь, оно не заряжено. Обмотав руку покрывалом, чтобы избежать отпечатков, я убрала пистолет в тумбочку, а потом поспешила выйти из его комнаты. Быстро укрыв спящего парня, я спряталась у себя.

Полночи не могла уснуть, думая про пистолет. Неожиданный поворот, я даже не представляла для чего Нику оружие. Может, история про его работу юристом враньё, и на самом деле он преступник, скрывающийся от полиции? А может, он киллер? Или, наоборот, чей-то телохранитель. Ой, надо же было так вляпаться. Приютила чёрт знает кого, теперь ещё не хватало заработать проблемы с законом.

Вторую часть ночи и до самого утра я размышляла над словами парня. Отчасти я согласна с ним. От добра добра не ищут. Как правило за хорошие поступки приходится жестоко расплачиваться. Но совершая что-то позитивное, я не преследую цель получить ответку, я просто помогаю, если действительно это в моих силах. На планете и так слишком много зла, так почему же нельзя постараться и сделать мир чуточку лучше? Нельзя позволять страхам, опасениям и равнодушию разорять наши души иначе исчезнет смысл любить, созидать, творить добро и попросту жить.

Ненавижу сомнения. Особенно тяготит душу, когда чувство неуверенности и противоречие своим же убеждениям перерастает в бесконечный спор со своим «я», превращаясь в безумие. Должно быть, странно, когда от внутреннего диалога начинаешь вслух разговаривать с невидимым собеседником, да ещё и с усердием ему что-то доказывать, приводя аргументы в пользу своей точки зрения. Смешно, что тебе никто не отвечает, а ты всё равно продолжаешь настаивать на своём. Дискуссии с самой собой для меня обычное дело, но с тех пор, как Паркер заселился в квартиру я стала заниматься этим куда чаще.

Мы с Ником прожили целый месяц. За это время между нами произошло немало конфликтов. Хоть я старалась не лезть в его личные дела, но порой приходилось вмешиваться и принимать активное участие в его жизни. Прежде всего меня разбирало любопытство и страх из-за найденного оружия в комнате соседа. Он не делился со мной информацией о необходимости этой вещи, но меня настораживал тот факт, что парень хранил такой предмет в доме, но в лоб задавать вопросы я тоже не могла, потому что он не знает, что я видела оружие, и к тому же Паркер не тот человек, который вмиг раскроет свои секреты. По крайней мере, весь месяц я вела себя тихо и заняла позицию наблюдателя, чтобы понять и разобраться в том, с кем живу. Интересно, что моё затишье принесло неожиданные плоды, потому что за это время открыла для себя другого Николаса Паркера.

Несмотря на то, что мы часто цапались и спорили, наше общение этим не ограничивалось, порой нам удавалось мирно общаться и даже смеяться над глупостями словно нет никакой напряжённости. И в этом моя заслуга.

За сентябрь Ник умудрился сменить три профессии. Найдя одну работу, он быстро терял к ней интерес и, не успев толком проявить себя, бросал всё и начинал поиск заново. Паркер будто искал подходящее место, но никак не мог найти своё предназначение. И когда пришло время оплаты квартиры сосед заставил меня серьёзно понервничать.