Чтение онлайн

«Неделя отработок… прекрасно, где я буду жить, у меня даже одежды нет, чемодан улетел с Сандрой»

— Жить ты будешь в моем доме, в комнате для прислуги, — заявляет Кайл, словно прочитав мои мысли. — Дана, моя домработница, отправится в недельный отпуск, а ты займешь ее место и отработаешь, как положено, свой долг — впредь будешь думать, куда совать свой нос.

Ничего не ответив, я мысленно проклинаю его. Ненавижу быть в проигрыше. Но я сама виновата.

— Мне нужно купить немного вещей, ты можешь отвезти меня в магазин? — надо попытаться наладить общение, неделю таких перепалок моя нервная система не выдержит.

— Я не знаю, где у нас в городе распродажа секонд-хенда, — с сарказмом говорит Кайл.

Он издевается надо мной. Я решаю проигнорировать его подкол.

— Дана устроит тебе экскурсию по местным магазинам, — своим фирменным баритоном добавляет он.

Остаток дороги мы проводим в тишине, я смотрю в окно и изредка поглядываю на него. Он обладает какой-то притягательной аурой — невзирая на мою ненависть, мне хочется на него смотреть. Одной рукой он держит руль, его набухшие вены и мышцы показывают силу и вызывают легкое томление внизу живота — прежде неизведанное, но приятное чувство, которое вновь меня пугает, я перевожу взгляд на окно и любуюсь сменяющимися пейзажами.

Лесли

Мы приехали к сказочному особняку, расположенному в Беверли-Хиллз. Он нереально огромный и безумно красивый, такие дома я видела только по телевизору. Современный дизайн здания поражает в самое сердце, от него веет неотразимым шармом. Не скрывая своего удивления, я разглядываю особняк из окна машины.

— В доме двадцать пять спален и тридцать ванных комнат, — раздается за спиной бархатный голос, я вздрагиваю от неожиданности, и кожа покрывается мурашками от его горячего дыхания. — Также имеются бассейн, бильярдная, теннисный корт, двухэтажная библиотека, два пруда и фонтаны, — с гордостью перечисляет Кайл.

— Ты умеешь читать? — спрашиваю я с сарказмом; он отвечает легкой ухмылкой.

— Из всего перечисленного ты обратила внимание лишь на присутствие библиотеки в моем доме?

— Я люблю читать, — почему-то со смущением говорю я. — Все это, конечно, безумно красиво, дорого и престижно, но для меня это не главное, — я смотрю в его глаза, глаза… наконец-то я могу их рассмотреть, они зеленые, как драгоценные чистые изумруды. Я пристально смотрю в них дольше, чем предполагают правила приличия, и понимаю, что Кайл заметил это. Мой телефонный звонок прерывает неловкое молчание, на экране высвечивается мамин номер… вот черт, я совсем забыла ей позвонить, она, наверное, с ума сходит.

— Привет, мам, — виновато говорю я.

— Лесли, моя девочка, — заплаканным голосом отвечает мама.

— Мам, успокойся, со мной все в порядке, — ну, по крайней мере, могло быть и хуже, успокаиваю я себя мысленно. — В общем, у меня возникли… своего рода… трудности, — я замялась, не зная, как рассказать ей; еще и этот подонок расплылся в улыбке и наблюдает, как я изворачиваюсь, чтобы оправдаться перед мамой. Походу, его забавляет эта картина.

— Лесли, я все знаю, Сандра мне все рассказала. Послушай, мышонок, у меня там живет двоюродный брат, он поможет тебе найти эту сумму денег, — дрожащим голосом говорит мама.

— Правда? Это было бы здорово! — восклицаю я. Но при взгляде на Кайла мое вдохновение куда-то улетучивается: он сжал скулы так, что я вижу, как на них двигаются желваки, от его веселья не осталось и следа, он вырывает трубку и отключает телефон.

— Что ты творишь? — кричу я на него.

— Телефонные разговоры будут отвлекать тебя от работы. Тебе будут выделены часы, когда ты сможешь брать его в свое пользование, в свободное от работы время, — холодно бросает Кайл. Эти слова ошеломляют меня, словно мне дали пощечину.

— Ты в своем уме? Я не твоя собственность! Возможно, мне даже и не нужно будет гнить в твоем «рабстве», мой дядя поможет мне деньгами… — не дав договорить, он обрывает меня.

— Мне не нужны деньги, — он открывает дверь и выходит из машины, бросив напоследок: — На неделю ты моя — Лесли Андерсон.

Моя грудная клетка двигается с такой амплитудой, будто я пробежала километровый спринт, сердце начало раздирать грудь изнутри, горло жжет, а глаза, наверное, мечут искры… от злости и ненависти, которые я испытываю к этому чудовищу. Всего пару минут назад я была очарована его изумрудными глазами, но сейчас я готова их выколоть ему, своими же ногтями. Моя дверь открывается, и я выскакиваю как разгоряченная пуля. Меня вновь останавливает его хватка на моем предплечье, я устремляю на него испепеляющий взгляд, и через мгновение хватка слабеет. Вырвав руку из его клешней, я ухожу в сторону парка на огромной территории особняка, чтобы остыть и обдумать то, что только что произошло. «На неделю ты моя»… Я вспоминаю эти слова снова и снова, они обжигают мой разум. Дойдя до пруда, я останавливаюсь и, убедившись, что он не пошел за мной, сажусь на большие корни дерева, торчащие из-под земли. По моим щекам начинают тихо капать слезы.

**********

Кайл

Я схватил ее за предплечье, но увидев ледяной, и в то же время прожигающий взгляд, ослабил хватку, позволив ей вырваться. Деваться ей некуда, особняк под охранной, без моего ведома тут и мышь не проскочит. Поэтому, расслабившись от того, что она уже на моей территории, я решил дать ей немного свободы.

Зайдя в свой кабинет, я падаю в кожаное

кресло. Достаю из шкафа бутылку шотландского виски Macallan и наливаю в стакан с толстым дном. Откинувшись на спину, я наслаждаюсь крепким и утонченным вкусом, периодически рассматривая, как растекается янтарная жидкость по стакану при его вращении.

«Откуда взялась эта девчонка…»

Ни одна особь женского пола не позволяла себе такого поведения в мой адрес, как эта креветка. Инстинкт самосохранения у нее явно отсутствует. Это я понял еще в ту ночь, когда впервые увидел ее у Hollywood Palladium. Несмотря на то, что она была одета как типичная кукла из Лос-Анджелеса, выставляя все свои прелести напоказ, я разглядел в ней невинную девушку. Один взгляд ее медовых глаз дал понять, что она не испорчена и чиста, как неограненный алмаз, и в тот же момент я захотел ее. И нужно отдать ей должное, несмотря на внешность чистого ангела, зубки у нее острые, и это только усилило мое неуемное желание обладать ей полностью. Она для меня как жажда, а когда я хочу пить… я беру и пью.

Из моих размышлений меня вырывает стук в дверь.

— Входи, Дана.

В кабинет заходит моя домработница, ухоженная женщина тридцати лет, с аккуратно уложенной прической, одетая, как всегда, в чистейшую, накрахмаленную и выглаженную форму. Я представил в этой форме Лесли, и в штанах стало тесно; я постарался сконцентрироваться на разговоре.

— Мистер Гарсия, вы хотели меня видеть? — настороженно спросила Дана.

— Да, хотел предупредить тебя, что с сегодняшнего дня ты в отпуске, — увидев ее испуганный взгляд, я добавил: — Я выписал тебе чек с пособием на отпуск, слетай отдохни, ты заслужила.

Испуганный взгляд сменился удивлением, а затем она радостно прощебетала: — Я даже не знаю, как вас отблагодарить! Спасибо!

— Ты свободна, Дана… хотя подожди, — не успев двинуться с места, она снова приготовилась меня слушать. — На твое место я взял другую девушку… временно, покажи ей тут все и расскажи, что входит в ее обязанности. И проведи ее по местным магазинам, счет пусть запишут на мое имя. Теперь иди.

— Конечно, мистер Гарсия.