Притяжение. Голос одинокого сердца
Шрифт:
– Ты принес меня сюда? – разрушила тишину Розана.
– Выбора не было, - отрезал он, не желая подавать надежду. – Я не хочу, чтобы ты умирала.
– Почему? – искренне поинтересовалась волшебница, чем удивила Армина. Сложилось впечатление, что она своей смерти хотела больше, чем кто-либо, оттого и доводила себя в томительных ожиданиях у ворот Андарии. – После всего, что я сделала, разве я не заслужила этого?
Армин разглядел на лице Розаны царапины: тонкая красная линия на правой щеке и свежая чуть поменьше на виске, струйка крови, прокатившаяся из нее, застыла где-то на подбородке. Армин зажмурился и покачал головой.
– Я обманывала тебя, - сказала Розана, вытерев показавшиеся по щекам слезы. – Стая волков… из Ирзона… это моя стая. Я ее контролирую. Они выполняют волю моей крови, подчиняются моему волшебству.
– Я знаю, - ответил Армин. – И то где они бывали, где планируют побывать. Я все знаю.
Говорить было трудно. Каждый вдох давался непосильным трудом. Армин не мог смотреть на девушку, которую любил до глубины души и обвинять ее в страшных вещах. Даже после смерти фей он верил ей, он был готов поверить ей еще не раз. Он не мог ее остановить, не мог преградить ей путь, лишить волшебства. Все, что было по силам Армину предупредить новые убийства и спасти свой народ, уберечь свою расу.
– Прости меня, - шепнула Розана. – Прости. Это правда, все, что делали волки – моя вина, но я не думала, что они начнут убивать.
– Не думала?! – разозлился Армин. – Чего же ты ожидала, отправляя их в другие страны?
– Я просто хотела восстановить Юлавию! – повысила голос Розана, чтобы докричаться до него. – Вернуть Ирзон. Вернуть свой дом!
– Губя при этом другие расы?! – разгорячился Армин.
– И вы еще смели устраивать Бал Дружбы? Танцевать на костях убитых!
– Нет! – всхлипывая, Розана подбежала к Армину и попыталась схватить его за руки, но он вырвал свои ладони из холодных пальцев девушки. – Нет! Все не так! Я не хотела, не хотела их убивать! Выслушай меня! Прошу, Армин.
– Ты не замолишь свои грехи, понимаешь? – процедил он сквозь зубы, рассерженно глядя на девушку с высоты своего роста.
– Я люблю тебя! – рыдая, выдавила Розана. – Я…
– Любишь? – Армин посмотрел на волшебницу, будто на безумную. Ее слова звучали издевательски. И он не смог удержаться от обвинений, что обещал бросать, пока не выслушает ее слова. – Ты убила моих фей. Они были не просто стражниками. Они были моими друзьями! Я думал, что тебе близки чувства потери. Что ты не играешь с чужими чувствами! Но, похоже, все они оказались заложниками твоих лживых слов.
– Глаза Армина наполнились болезненными слезами.
– Этот ужас в замке до сих пор стоит у меня перед глазами. Я просил Манила довериться, просил поверить тебе. И подвел. Он умер. Умер! Потому что доверился мне! Я едва не потерял Наэля, хотя и он скептически относился к этому мнимому перемирию с людьми. Мне говорили, что ты опасна, что стоишь за всеми убийствами волков, что еще продолжишь убивать. Но я не верил. Я сомневался. Меня просили остановить тебя, просили убить, пока еще не поздно. Но я не могу. Не могу сейчас и не смог тогда. Ты покорила меня с первого взгляда, как только я увидел тебя. Ты завладела моим сердцем. Ты покорила мою душу. Я не могу жить без тебя. Я люблю тебя! Люблю так, как никого не любил и вряд ли уже полюблю. Но мне больно!
Армину тяжело давались слова, голова разрывалась на части. Он говорил по велению сердца, но вопреки своим чувствам. Он действительно страдал из-за Розаны. Страдал морально и физически, но был бессилен что-то изменить. Он видел, как сильно ранят его слова Розану, какую боль причиняет его строгость, но обида душила сильнее, чем теплота, злость скрежетала по еще открытым ранам и терзала плоть. Он злился на Розану и за то, что она сделала и за то, что винила от этого себя.
– Я не хочу, чтобы кто-то страдал из-за твоего волшебства, - продолжил он, - но понимаю, что остановить тебя я тоже не смогу. Мне тяжело отпускать тебя, но еще хуже, когда ты рядом. Не смей больше появляться в Андарии. Я не хочу тебя видеть! Уходи. И больше никогда не возвращайся. Нет больше дружбы между феями и людьми. Следующая наша встреча будет только на поле битвы.
Розана подавила бесполезные попытки оправдаться, она безмолвно выслушала его, заливаясь горестными слезами. Она пугала своей слабостью и терзаниями, но Армин больше не мог вынести ее присутствия. Пусть поступил строже, чем рассчитывал, но не солгал, когда признавался в своих чувствах и то, как сильно они ранили его.
Розана ушла, так и не сказав ни слова в ответ, не попрощавшись. Армин вышел из домика Лики, быстро перелетел к единственной двери, фее за которой мог рассказать обо всем. В груди разрастался теплый огонек, съедающий изнутри. Армин вошел внутрь и захлопнул дверь. С минуту он безропотно, молчаливо простоял перед Наэлем, а затем уткнулся в ладони и разрыдался.
Больше всего на свете ему хотелось обнять Розану на прощание, прикоснуться к ее мягким губам, вдохнуть весенний аромат ее тела. Он не хотел ее терять. Он любил ее всем нутром. Любил до потери пульса, до остановки дыхания. Любил несмотря ни на что. Он до сих пор слепо доверялся ее словам и все еще верил, как глупый маленький мальчик.
Армин уткнулся в плечо друга и перестал быть тем бесчувственным, упрямым королем, которым его считали в других странах. Он едва держался на ногах, задыхался от прерывистого дыхания, от боли, пронзившей все его тело, горести, овладевшей его жизнью. Он умирал. Его сердце принадлежало волшебнице, которую он больше не увидит. Его разрывало на части. Армин терял нить своего существования, он не разбирал реальности. Силы медленно покидали ослабшее тело. Душа его покрылась вечным холодным туманом.
– Вот и всё. Всё кончено. Мне так больно, - вытирая глаза, болезненным голосом признался другу Армин. – Я люблю ее. Я так люблю ее. Смогу ли я когда-нибудь ее забыть? Будет ли мне легче?
– Ты сильный, ты справишься, - ответил Наэль. – Нам еще нужен король.
– Да, - выпрямил спину Армин, хотя движения еще давались с трудом. – Хорошо, что у меня есть вы. Я умоюсь?
– Конечно. Я принесу полотенце.
Армин вышел из комнаты и охладился водой. Живительная влага обкатила лицо и на мгновение заморозила все чувства. Армин еще раз окунул лицо в воду, но окончательно смыть болезненные воспоминания так и не смог. Тяжело вздохнув, какое-то время простояв наедине с собственными мыслями, Армин так и не дождался Наэля с обещанным полотенцем.
– Наэль, ты знал? – послышался женский голосок, ворвавшейся в дом феи.
Армин стянул с крючка старое полотенце и медленно направился в гостиную. Надеясь, что фея скоро уйдет, он остановился, не дойдя до открытой двери в комнату.
– Что она ждет ребенка от него? – возбужденно спросила Эсса.
– Кто? От кого? – вяло поинтересовался ее брат, хлопнув дверцей шкафчика.
– Розана беременна.
– Что? – Армин вошел в комнату, напугав Эссу внезапным появлением из ванной.
– Эсса! – нахмурился старший брат на юную фею.
– У нее будет ребенок? – продрогнув от холодной дрожи, уточнил Армин.
– Простите, Ваше Величество, я не знала, что вы здесь. – Эсса виновато опустила голову и притихла.
– Нет, продолжай! – потребовал Армин. – Откуда ты это узнала?
– Есть у нее одна вредная привычка, - недовольно выдохнул Наэль, - подслушивать!
– Я не подслушивала! – подняла на него фея свои большие круглые голубо-зеленые глаза. – Я проходила мимо и случайно услышала.
– Что ты услышала? – в нетерпении попросил Армин.
Эсса покосилась на брата, но тот лишь пожал плечами:
– Рассказывай уж теперь!
– Лика сказала, что это ваш ребенок. А Розана просила ее не рассказывать об этом вам. Сказала, так будет лучше, она и так вам много боли причинила.
– Он мой? – Оторвавшись от феи, Армин вновь погрузился в сомнения.
– Лика возразила, что это чудо, но Розана все равно на своем настояла, - тише и робко добавила Эсса. – Простите, я не хотела подслушивать. И не должна была все рассказывать.