Чтение онлайн

— Я надеялся, что если получится послать сигнал, то люди поймут, что мы не одиноки во вселенной. Поймут это и примут как должное. И мы могли бы шагнуть в новую эру технологий, и нам почти это удалось сделать, но… Я не думал, что произойдет такое… Я не мог даже в самом страшном сне такого предположить. Если бы я только тогда знал, какую цену мне придется заплатить, я бы бросил все это. Все свои годы работы… — Мужчина попытался подойти к Рейган, но девушка отшатнулась.

— Значит, ты сделал это ради своего тщеславия или попытке доказать что-то людям? Ради чего погибло столько людей? Ради чего я оказалась в инвалидном кресле, пап? — не выдержала девушка и еще громче закричала. Казалось, что ее крик перерос в истерику. — Ради чего, ответь мне! Я не понимаю этого? Ты знал, знал, что люди не готовы к этому, они не примут все то, что принимаешь ты! Совершая все это, ты должен был понимать, чем это обернется. У тебя был под боком яркий тому пример, и таких, как Хоган, — миллион! Ты хоть понимаешь, что на твоей совести погибшие люди? Ты это осознаешь, папа? Осознаешь, что твои руки не только по локоть в крови, но ты в ней просто захлебнулся! — слово «папа» из ее уст прозвучало как проклятие. Кто бы мог подумать, что все так обернется.

— Да, я осознаю это и живу с этим виной уже четырнадцать лет, — тяжело вздохнул мужчина. — Меня до сих пор мучают кошмары с того дня. И если бы ты погибла в ту ночь, я не смог бы жить дальше. Только ради тебя я просыпаюсь каждое утро, ради тебя делаю все, чтобы ты могла жить дальше. Я осознаю, что это полностью моя вина. Я не знал, чем все это может закончиться.

— Боже, ты хотя бы сам осознаешь, что говоришь? — не выдержала Рейган и снова начала свои нападения на отца. — Ты сумасшедший ученый, которому затмили разум все эти цифры, формулы, а главное — желание доказать всем то, во что никто не верит. Зачем? Зачем доказывать людям то, в чем они не нуждаются? Неужели нельзя было ограничиться одними теориями или полетами в космос, а не отправлять сигналы черт знает куда и надеяться на привет из другого мира.

— Я много раз посылал сигналы и никогда не получал ответа. И я не думал, что и в этот раз будет хоть какая-то отдача.

Возможно, Александр Четвин не осознавал, что делал в тот период времени, он был поглощен своей работой, был заложником собственных суждений, но это не оправдание для такого количества смертей среди людей и отарианце. И в довершение этому, он уничтожил тысячи жизней отарианцев, которые спаслись в ту роковую ночь, и сейчас живут за стеной. Если бы он вовремя остановился и не пытался доказать что-то людям, то никто и никогда не узнал о существовании планеты Отариан и не было бы «столкновения с бездной», а отарианцы не жили бы как скот за стеной.

— Неужели было не остановиться хотя бы на минуту и подумать о последствиях? Ты жил с женщиной, чей отец был фанатик и не принимал ничего нового. Только один Хоган должен был пробудить в тебе здравый рассудок!

— Я не знаю, — тяжело вздохнул мужчина и прошел вдоль кабинета, минуя разложенные папки по всему полу. Сев за стол, он с болью в глазах посмотрел на свою дочь. — Я был молод, хотел сам убедиться, что мы не одиноки во вселенной. Доказать отцу твоей матери, что он не прав, подставляя все необъяснимое под сомнение.

— Твое тщеславие уничтожило все. Но как так получилось, что никто не знает, что это сделал ты?

— Мы были обычными любителями астрофизики, и никто не воспринимал нас всерьез. Когда произошло «вторжение», мы пытались сообщить военным и ученым, но никто нас не послушал. А когда все вышло из-под контроля, было слишком поздно. Я решил похоронить это в своей памяти и в своем кабинете.

Смотря на своего отца, Рейган не понимала, что испытывала к мужчине. Было ли ей жаль своего отца или она его ненавидела за содеянное, за то, сколько жизней он отнял у двух рас? Все чувства перемешались, и она уже не понимала, где ее чувства, а где эмоции, затмевающие разум. Присев на край стола, Рейган взглянула на разбросанные листы с формулами и графиками искривления пространства и материи. Все это было реальным, как она, как ее отец. Все, что было на этих страницах, стало смертным приговором для многих 22 ноября 2046 года. Безобидные чернила, создавшие самые страшные события в Канзас-Сити. Все, что было здесь, доказывало, что пришельцы пришли не просто с миром, а они попали в ловушку, оказавшись не в том месте и не в то время. Ошибка, совершенная ее отцом четырнадцать лет назад, стала роковой для отарианцев.

— Я не знаю, что сказать в свое оправдание, — прошептал мужчина.

— Тогда расскажи, как я восстала из мертвых? И почему собственный дед в меня стрелял? Я уже поняла, что с родными мне не особо повезло, но все же хочется узнать эту вескую причину для такого поступка от родного дедушки. Не каждый дед будет стрелять в свою внучку, ради уничтожения того, кто не собирался причинять ему вред, но был не таким, как он. — Рейган пыталась скрыть свой гнев в голосе, но интонация ее выдавала. — Да, я все знаю. Или вы с мамой надеялись, что и дальше сможете врать мне? — увидев удивление на лице отца, она добавила: — Ты никогда не слышал, что все тайное становится явным? Так вот, это случилось. И лучше расскажи все по порядку. Возможно, у тебя есть шанс исправить все свои ошибки.

Конечно, вряд ли это был такой второй шанс. У ее отца не было возможности все наладить. Ему не вернуть людей, кто погибли в ту роковую ночь, ему не изменить того, что Рейган умирает сейчас, он не сможет ничего сделать для отарианцев, но у него был шанс, чтобы хоть как-то достучаться до окаменевшего сердца Рейган. Если ей суждено умереть в скором будущем, то она не хотела сделать это хотя бы без ненависти к собственным родным, особенно, отцу.

— Мы познакомились с Мирандой Хоган, твоей матерью, когда нам было по двенадцать лет. Я уже тогда грезил звездами, космосом, галактикой и пришельцами. Карл Хоган был не просто человеком со старомодными взглядами, но и отвергал все, что не поддавалось объяснению. Он не хотел верить в инопланетные создания и космос. Хоган был скорее сторонником инквизиторов, которые сожгли Галилео Галилея за теорию, что Земля круглая, чем поверить в слова. И когда мы выросли, я был также одержим космосом, а твоя мать была одержима мной, как и я ею. Ее отец был против нашего союза. Он считал, что я забиваю голову его дочери различной чепухой и сталкиваю ее с истинного пути. Что в мире существует только Бог, а пришельцы — это дьявол в людском обличии.

— Несмотря на его недовольство и запреты, вы поженились? И как вам удалось? — влезла в его рассказ Рейган. Она не могла больше двух минут сидеть и спокойно слушать рассказ. Девушка до сих пор чувствовала, как в ней разгораются потухшие искорки злости.

— Да, — кивнул мужчина. — Узнав, что мы тайно поженились, Карл отказался от собственной дочери из-за своего мировоззрения. С твоим появлением Миранда надеялась, что ее отец одумается, но ничего не изменилось. Он отрекся от дочери, как и не принял тебя. А во время вторжения Карл Хоган возглавил бунт и напал на оцепленный район, устраивая бойню с отарианцами. Твоя мать все это время находилась на поле боя, стараясь помочь раненым, я же остался с тобой. Я не знаю, как так вышло, но я упустил тебя из виду, и увидел только тогда, когда ты вышла из леса с мальчиком отарианцем. Ты старалась защитить его, но увидев пришельца, обезумевшая толпа по приказу Карла бросилась на вас. Если бы не военные, то, возможно, вас растерзала бы толпа ненормальных людей. И когда Хоган понял, что военные превышают их численностью, он выстрелил в тебя, в надежде убить отарианца, ценой твоей жизнь. — каждое слово давалось с большим трудом мужчине. — Пуля прошла насквозь, ранив не только тебя, но и парнишку. Если бы военные не убили Хогана, это сделал бы я.

Слово отца ощущались словно сильные удары толстым кнутом по истерзанной душе. Та ночь была самым ужасным моментом в жизни каждого человека, особенно тех, кто участвовал в этой битве.

— Военные открыли огонь по нападающим, но было слишком поздно. Ты истекала кровью. Твоя мать боролась до последнего за твою жизнь, но ты умерла. Я не знаю, какое чудо произошло, и кто дал нам второй шанс, но твое сердце забилось после многочисленных попыток вернуть тебя к жизни. Пульс едва прощупывался, но ты вновь начала дышать. — По щекам мужчины текли огромные слезы. — Но, несмотря на чудо, ты два года провела в коме. Все тело было обездвижено и то, что ты провела так много времени в коме, часть мозга перестала функционировать. Когда произошло еще одно чудо, и ты пришла в тебя, то ничего не помнила, и мы решила скрыть от тебя события той ночи. Мы хотели дать тебе еще второй шанс, и нам почти удалось, — с тяжестью на сердце, вздохнул Александ Четвин.

— Что ты сделал с моим позвоночником? — почти ледяным голосом произнесла Рейган. Даже слезы отца не затронули ее за живое.

— Когда ты пришла в себя, лучшие врачи занимались тобой, стараясь хоть как-то вернуть твою способность двигаться. Пока врачи боролись с этой задачей, я пытался создать имплантаты с помощью нанотехнологий.

— В этом тебе помогал Зонтаг? — встретив снова удивление в лице своего отца, она ответила: — Да, я уже успела с ним познакомиться. И была за стеной. Не ты один, кто любит загадки и неизвестность.

— Да, — кинул мужчина. — Зонтаг у них главный, что-то вроде мэра города. Он помогал мне в разработки этих технологий.

— Как тебе позволила собственная совесть обманывать того, кто помогал тебе? Как ты работал с ним и смотрел ему в глаза, зная, что ты повинен во всех их несчастьях? Как много в тебе эгоизма и желания превзойти всех, пап? — поджав губы, произнесла девушка.

— Я не желал им зла. И не хотел, чтобы все так получилось. Я им друг, а не враг.

— Ага, — протянула девушка, — это тебе еще предстоит доказать отарианцам. Зонтаг знает, кто я, кто мой дед, и кто мой отец. Ему не составило труда все это соединить в одно целое и догадаться обо всем. Только он не в курсе, что именно ты послал им этот чертов сигнал.