Чтение онлайн

И я нежно касаюсь ее губ поцелуем. Скулы... шеи... и снова этих нервно подрагивающих губ...

– Есть только один способ…

– Что угодно!

– Притворись, что ты любишь меня.

 (часть 2)

Станиславский кричал бы нам «Верю!» и аплодировал стоя. И в наш первый, и второй... и уже очень смелый и страстный — третий!

И мне кажется, что я - как залитая солнцем солнечная батарея. Так переполнен, что плавлюсь.

« - Я люблю тебя…» - и это - как двойной удар удовольствием в пах и в грудь, одновременно. Короткое замыкание чувствами.

Всё утро мне снится это… и мои контакты плавятся.

Просыпаюсь от порхающего, распирающего чувства в груди. Губы растягиваются в улыбке. И я просто лежу, наслаждаясь ощущением. Необычным крышесносным ощущением. Что-то достала всё-таки из меня эта девчонка… Что-то новое, пронзительное, не умещающееся в груди. Рассыпающееся пьянящими искрами из глаз.

Фраза, всегда вызывавшая практически отвращение, вдруг так гармонично и сладко встряхивала нас в самые горячие моменты близости. И давалась, на удивление, легко и естественно. Это хотелось говорить… шептать… думать… И слышать от нее этот ласковый, смелый, пронзительный шепот, который поднимал дыбом все волоски на теле от какого-то нового удовольствия… Фраза, которая отправила нас в итоге в совместный оргазм, ее первый... Это было… Аррр!

И шрам ее этот… о*уительно горячий, возбуждающий шрам! И, наверное, слово «фетиш» приобрело вдруг для меня смысл. Потому что кончать на ее живот под этим шокированным горячим взглядом было… Ооо...

И пусть я извращенец, да, мне по*уй абсолютно! Я просто хочу еще… «Притвориться» с ней еще раз… и еще раз… и еще раз…

И снова сносит!

– Арчи... Арчи...
– ее сорванный шепот. 

– Еще скажи... 

– Люблю тебя... А-а-ах! 

– Так?... 

– Да!.. 

– Еще?.. 

– Ммм... Ааа... 

– Моя любимая девочка... да... да... да!!! Кричи, громче!!

А, черт...
– сокращаюсь, словно наяву слыша ее стоны.

Мышцы ноют от вчерашнего нашего беспредела. Спина саднит...

Как там моя Авария? Затрахал до потери сознания... Бедная девчонка!
– улыбаюсь я.
– Ей нужна горячая ванна и чай. А потом пускай отсыпается дальше.

Переворачиваюсь, не открывая глаз. Но рука натыкается на пустоту.

Прислушиваюсь. Тишина.

Открываю глаза, рывком поднимаясь. Каким-то шестым чувством я ощущаю — ее нет здесь.

Подрываюсь, выглядывая в коридор. Ни сапог, ни рюкзака, ни плаща… Ушла.

Зачем?
– внутри пусто, ответа нет.

И все, что так приятно распирало мою грудную клетку еще десять минут назад, вдруг скручивается, превращаясь в странную удушающую тяжесть.

Я не прогонял тебя... Наоборот.

Не захотела остаться?

Веду пальцем по кровавому разводу на простыне.

Да и… - нервно выдергиваю из кармана своих брюк сигареты.
– Буду еще загоняться из-за девчонки. Куда вернуться — знает.

Но что-то подсказывает мне, что она не вернется.

И, тем не менее, сутки сижу дома, как идиот, все же надеясь.

Да нет… просто хочу побыть дома и всё, - оправдываю себя.
– Не хочу никого видеть.

Мне лениво, и не хочется ничего делать. Ломает даже смотреть фильм. Постоянно выпадаю из сюжета, улетая в свои ощущения. Никак не удается вернуть это распирающее сладкое удовлетворение. Грудную клетку словно сдавило.

Иду на кухню собирать осколки…

Зараза…

Почему не попросил ее номер?

В какой, бл*ть, момент я должен был это сделать?!

Не попросил - и не попросил!
– психую на себя.

Почему ты ушла?

Куда ты ушла?

Парень? Бред. Теперь-то я точно в этом уверен.

Не могу найти себе места. Бесит все. И уже в девять падаю спать.

Сны… Твою ма-а-ать! Все об этом.

И только меня вырубает поглубже, без всех этих горячестей прошлой ночи — звонок.

Я подрываюсь, словно это может звонить Авария, но откуда у нее мой номер?

Второй час...

– Да?

– Привет, Арчи.

– Привет, Карина.

Черт, я не вернул ей тачку.

– Пропал…

– Тачка нужна?

– Сегодня нет.

– А чего тогда хотела-то?

– Увидеть тебя. Приезжай? Погрею…

Меньше всего мне сейчас хочется секса с Кариной. Вдруг до меня доходит, что все в нем, ну, может, кроме нескольких последних минут чистого удовольствия и оргазма — вынужденно. Словно игра по нотам старой, надоевшей пьесы. Или какой-то заученный опостылевший танец. Ручку сюда, ножку сюда… кружева… чулочки… и даже стоны все время одинаковые, словно записаны на пленку. Уверен, что и оргазмы ненастоящие — хорошо отрепетированная постановка.

– Хреново себя чувствую, - и это правда.

– Давай я приеду? Полечу тебя?

– Нет. Не хочу. Посплю…

– Передумаешь — звони. Мы сегодня с девочками тусуемся…

Вот и тусуйтесь!
– не дослушиваю я.

– Окей.

Отключаюсь.

Через полчаса опять звонок.

– Да?

– Арчи… - по голосу слышу - пьяная.
– Поговори со мной?