Чтение онлайн

Швыряю папку на стол и ставлю чайник, дождавшись когда он скипит, наливаю себе кофе и вооружившись бутербродом, приступаю к чтению.

Всегда намеренно выбираю тяжёлые дела: жестокие убийства, насильники, серийники, сатанисты, торговцы органами и прочая нечисть. Но все равно каждый раз мне становится дурно, все волосы на теле встают дыбом, а по спине табунами начинают бегать мурашки.

Сегодняшнее дело не стало исключением. Арсений Иванов и Глафира Прокопьева. Таксисты, парень с девушкой. Катались по всей области, искали жертв. Это обязательно был одинокий человек, неважно мужчина или женщина, от двадцатипяти до тридцатипяти лет. Отвозили в лесополосу оглушали и насиловали по очереди, связывали и совокуплялись между собой. А затем убивали с особой жестокостью….

02.09.2016 18:00

По пути зашёл в магазин, купил чёрные джинсы, футболку, синтепоновую куртку и самые дешёвые кеды. Переоделся.

" Надо будет купить несколько комплектов одежды сразу, и домик где нибудь… и оружие "- думал я переодеваясь.

Сейчас эта парочка извращенцев- маяньяков как раз должна быть в городе. Иду в место где испокон веков спавняться таксисты в любом городе мира. На вокзал. Прекрасная тёплая осенняя погода, то самое бабье лето.

Переходя дорогу рядом с вокзалом издалека замечаю машины с шашечками на крышах.

Зеленоглазое такси

Притормози притормози

Зеленоглааазое таксиии…

Заиграло у меня в голове. Подойдя к машинам начинаю проходить через стройные ряды карет извозчиков и заглядывать в окна. Фортуна видимо сегодня благосклонна ко мне. Во второй же машине я наткнулся на нашу парочку. Я сразу их узнал. Они выглядели точь в точь как на фотографии из материалов делов.

Тук- тук- тук, стучу я в окно с водительской стороны. Стекло опускается.

— Свободен?

— Да

— Подвезешь?

— До куда

— За город, я покажу

— Ну прыгай- улыбнулся он.

Обрадовался сука? Ну ничего посмотрим, как ты будешь улыбаться минут через 20.

За окном замелькали пятиэтажки моего родного города. Через десяток минут пейзаж сменился лесным массивом и грунтовой дорогой.

Я уверенно подсказывал дорогу ведь мы много раз с друзьями ездили туда.

Наконец мы приехали, мотоциклетный полигон, в шести километрах от города.

Широкая площадка с разными препятствиями и горками. Мы остановились и я почувствовал повисшее в салоне напряжение. Они переглянулись, а девушка начала что-то доставать из кармана на двери. Я же в это время подсел к двери поближе взялся левой рукой за ручку, а правой начал доставать из кармана перцовый балончик купленный в том же торговом центре где купил одежду.

Тем временем особь женского пола достала гаечный ключ и замахнулась. Резко открываю дверь и уворачиваюсь от удара. Выскакиваю из машины разворчиваюсь сразу же, направляю балончик в недра салона и распыляю его и захлопываю дверь. Достаю из другого кармана нож и кастет, раскладываю нож и беру его в правую руку, а кастет надеваю на пальцы левой руки.

Тем временем из салона раздаётся отборный мат и женский визг. Слышно даже не смотря на то что двери закрыты. Но тут двери открываются с той стороны вываливается девушка мешая в воздухе крики, стоны и кашель. А из водительской двери отполёвываясь и растирая красные глаза вываливается парень.

— Ты че сука?! Кхх… УБЬЮ Падла- откашлявшись проорал он.

— Ага, счаз- с издёвкой говорю я ему.

Встаёт и смотрит на меня красными опухшими глазами, достаёт из кармана нож и ударяет меня куда-то в район живота. Легко блокирую тычок, зажимая левой рукой кисть с ножом. Беру нож обратным хватом, блокирую предплечьем правой руки удар его левой руки которой он мне метил в голову. И пинаю его пыром в колено.

Хрусь

Кажется перелом. Отталкиваю его руку с ножом и резко этой же рукой наношу удар по челюсти. Опять слышу хруст, а правая рука с ножом уже летит ему в район шеи. С чавкающим звуком полоска стали входит ему под ключицу.

Вся схватка заняла секунды три, не больше.

— АААААА НЕЕЕЕТ! ТВАРЬ! УБЬЮ! — слышу крик справа и оборачиваюсь.

Слева в двух шагах от меня стояла Глафира и смотрела своими красными и расширившимися глазами на Арсения. Лицо представляло собой смесь гнева и отчаяния.

" Походу она его сильно любила…" подумал я уже на ходу. Первый шаг: перекладывать кастет на пальцы правой руки. Второй шаг: замахиваюсь правой рукой метя в голову. Она ставит блок, старается защитить лицо. Я же бью левым кулаком под дых, инстинктивно опускает руки, тут же бью в переносицу и она падает без сознания. Подхожу к её любовнику, чтобы вытащить нож. Резким движением вскрываю ей горло, предварительно перевернув её набок, чтобы кровь не попала на меня.

Насколько я помню первый эпизод с ними свяжут в серию и объявят их в розыск где-то через месяц. Мне нужна машина для таких дел, все равно на наших улицах редко встретишь гаишников. А если уж попадусь, то деньги я думаю решат все проблемы. Ну, а если нет, то значит не судьба.

Складываю их тела рядом и обливаю розжигом. Иду к машине и смотрю на индикатор топлива. Отлично, бак полон. Сливаю бензин, в двух литровую бутылку которую нашёл в салоне. Протираю салон машины, к слову это Лада Веста, новая недавно из салона видимо. Одна из немногих более менее удачных моделей автоваза. Нет ну, в целом, гавно конечно, но у неё хотя бы салон приятный и комфортный. Достаю из салона все их вещи снимаю все свои и кидаю на их тела. Выливаю оставшийся бензин на эту кучу и поджигаю. Дождавшись когда это все сгорит, потратив на это почти три часа, иногда даже подливал бензин, одеваюсь, сажусь за руль и нажимаю кнопку старта двигателя.

04.09.2016 7:30

Прогресс: 9 %

Поставив машину на платную стоянку, вернулся домой. На часах уже было за полночь. Есть не захотел, долго мыл руки пытаясь отделаться от ощущения крови на них. Около часа пялился в зеркало, пытался найти какие то изменения в отражении. Не нашёл.

Говорят убийство меняет людей. Накладывает отпечаток на внешность. Меняется взгляд, мимика, говорят даже черты лица становятся другими. Это называют "Печать Каина". Я у себя ничего такого не нашёл. Однако это меня ни сколько не успокаивало.

Лёг в кровать, но сон ни шёл. Перед глазами стояли лица убитых. И вроде бы, можно себя как-то оправдать. Мол они маньяки убивали людей, сколько они ещё убьют людей. Сколько уже убили. Но я не мог. Почему?. Я не знаю. Всё таки людей убивать нельзя. Так уж меня воспитали. Глубоко заложенный в подсознание стереотип, сейчас всей тяжестью давил на совесть. Все равно чувство что я сделал что-то плохое. И это грызёт изнутри.

Проворочался до середины ночи. Потом провалился в сон. Хотя если честно сказать, сном это нельзя называть. Угольно- чёрная яма, в которой меня не покидало всепоглощающее чувство тревоги.