Чтение онлайн

Лючия не была глупой. Она знала, что отец думает, будто защищает ее, но в этом не было необходимости. И он был совершенно неправ насчет Ренцо, но он просто не хотел понять или узнать о человеке, которого она любила. Люциан застрял в своих чувствах, потому что боялся, что то, что случилось с ее старшей сестрой, Лилианой, может случиться и с ней.

Потому что Ренцо был неизвестным.

Он не принадлежал к их типу людей.

Ренцо — это он, и его жизнь не должна быть такой, как у них, чтобы Лючия любила его и желала быть с ним. Ему не нужно быть похожим на них, чтобы она знала, что он настолько хорош, насколько мог, и она хотела его таким, каким он был.

— Пока ты под моей крышей, — процедил сквозь зубы отец, — Ты будешь следовать моим правилам, Лючия.

Она кивнула.

— Ладно, тогда я ухожу.

Сидя на стуле, Джордин резко втянула воздух, но по большей части не отрывала взгляда от стола. Лючия знала, что ее мама втайне надеялась, что ее дочь и муж самостоятельно с этим разберутся. Что скоро вся эта чепуха пройдет, и они смогут вернуться к семье, которой были до того, как Ренцо ворвался в жизнь Лючии, как приливная волна из океана.

Его волна подхватила ее, утащила в океан, и, черт возьми, она могла утонуть, но, по крайней мере, она собиралась плыть с ним. Это все, чего она хотела.

Ей не нужно было, чтобы они понимали или любили ее.

Это все равно должно было случиться.

— Ты собираешься съехать? — спросил Люциан, слегка ухмыляясь. — Ты сейчас серьезно?

— Не понимаю, почему бы и нет, — ответила Лючия, пожимая плечами и придвигая

стул к столу. — Разве я уже не уехала в Калифорнию? Ты планировал последовать за мной туда, чтобы тоже присматривать за мной, или...?

— Лючия, будь добра, — мягко произнесла мать. — Он твой отец, и...

— Тогда, может, он должен действовать, как отец, мам!

Боже.

Она не собиралась кричать, и уж точно не на мать. Из всех людей, на которых Лючия сердилась в последнее время, ее мать определенно не была одной из них.

— Прости, — быстро прошептала она.

Джордин подняла глаза и слегка улыбнулась дочери.

— Все в порядке, я знаю, что ты..

— Избалованная девчонка, которая ведет себя как избалованная девчонка, — хрипло перебил ее отец. — Сядь, Лючия. Ты никуда не пойдешь, и уж точно не уйдёшь туда, к нему. Мне все равно, даже если кто-то придет сюда, чтобы смотреть за тобой и убедиться, что ты не сдвинешься ни на сантиметр. Ты не спустишься вниз, чтобы увидеться с этим молодым человеком.

Серьезно?

— Иди ты, — пробормотала Лючия, поворачиваясь к двери.

Она так и сказала. Ей восемнадцать.

Он не мог держать ее здесь.

— Лючия! — закричал отец.

Она услышала его шаги позади себя, но ей было все равно. Развернувшись на каблуках и увидев, что он всего в нескольких метрах от нее, Лючия указала на отца, а затем снова на себя. Прямо над тем местом, где ее сердце неуправляемо билось и испытывало такую сильную боль с каждым сжатием, потому что, может быть... Господи, возможно, если она расскажет ему, что чувствует внутри, потому что Ренцо слишком далеко, и так было всю эту неделю, тогда ее отец поймет, что это не то, что она хотела сделать.

Дело не только в этом.

Она должна это сделать.

Ей нужен Ренцо.

— Прямо здесь, — пробормотала она, прижимая кончик пальца к груди, — Это уничтожает меня прямо здесь, папочка. Мне все время больно, потому что это не то место, где я хочу быть, разве ты не понимаешь? Мне жаль, если тебе это не нравится, или это пугает тебя, но я не могу продолжать страдать здесь, потому что я не с ним. Я хочу быть с ним...

Люциан заколебался на следующем шаге.

Лючия не сдвинулась ни на сантиметр.

За спиной отца Джордин встала из-за стола. Взгляд матери оторвался от дочери, стоявшей в дверном проеме, и Ренцо, все еще стоявший снаружи, казалось, болтал с охранником, к машине которого прислонился, словно ему было все равно.

— Люциан, — тихо произнесла Джордин.

— Что?

— Отпусти ее.

Люциан резко повернул голову, и его глаза расширились.

— Что ты только что сказала?

— Я сказала, отпусти ее.

— Как я могу...?

— Потому что она должна сделать свой собственный выбор, и если это означает ошибки, значит, так оно и есть. Они принадлежат ей, а не тебе или нам. Я думала, мы этому научились, не так ли? Много лет назад мы решили, что эта жизнь и мы не будем влиять на них и контролировать их. Мы так решили, Люциан.

— Bella... (прим: Красавица)

— Лючия, ты можешь уйти с молодым человеком, если хочешь, — прошептала мать. — Мы тебя не остановим и не станем вмешиваться. Я обещаю.

Лючия колебалась.

Она встала между отцом и матерью. Оба, которых она любила — целиком и полностью, хотя иногда, как сейчас, отец заставлял ее задаваться вопросом, почему. И то, и другое было столпом силы и опорой, по крайней мере, на протяжении всей ее жизни. Ей не хотелось их разочаровывать, но и не в них дело.

Джордин кивнула в сторону двери.

— Иди, Лючия.

— Джордин...

Лючия уже повернулась, чтобы уйти, когда отец снова заговорил. На этот раз она не остановилась. Ей больше нечего было ему сказать. Не сейчас. У нее только одно желание: как можно ближе подобраться к парню, который ждал ее снаружи. Чем ближе она подходила к нему, тем лучше становилось у нее на сердце.

Светлее.

Счастливее.

Свободнее.

— Ты отпустишь ее, потому что я так сказала, — услышала она голос матери. — А теперь дай ей уйти.

Голоса родителей затихли у нее за спиной, когда она направилась в главный зал ресторана. Она выскочила из холла, даже не оглянувшись через плечо, потому что в данный момент там не было ничего, чего бы она хотела. Все, что ей необходимо, стояло прямо перед ней, прислонившись к черному Мерседесу, одетый в знакомую кожаную куртку, и ухмыляясь в ее сторону, будто он знал.

Ренцо всегда выглядел самым лучшим образом, когда смотрел на нее.

Чёрное на чёрном, чёрное на чёрном.

Охранник на тротуаре все еще что-то говорил ему, но Ренцо даже не обращал на него внимания. Он явно смотрел на что-то лучшее, теперь.

На неё.

Лючия подошла ближе.

— Я так и думала, что ты будешь поблизости.

Она нет. Она не знала, что Ренцо делал на прошлой неделе. Она просто надеялась...

Разве не такова любовь в конце дня?

Надежная.

— Правда? — спросил он.

Одна из его рук уже вытянулась, чтобы дотянуться до ее руки. Как только она оказалась достаточно близко к нему, чтобы схватить его, она прикоснулась к нему. Ренцо, не теряя времени, притянул ее к себе как можно ближе. Первый поцелуй пришелся на линию ее волос, а второй