Чтение онлайн

Мы танцевали этот танец тысячу раз.

Тони

– Поговорим о вашем детстве.

– Что именно из моего детства интересует вас?

– Например, ваша мать.

– Моя мать, – протянул я. – У меня её не было, док.

– Вы сирота?

– Насколько возможно быть сиротой при живой матери, – да.

– Она не любила вас? Или же не хотела замечать?

– Да и да.

– Вы переживаете из-за этого? Это нанесло вам вред?

– О нет, синьора, что вы, это сделало меня тем, кем я являюсь сейчас, и я чрезвычайно доволен этим.

– Кем же, я могу узнать?

– Боюсь, вы не сможете спокойно спать после этого.

– Я попытаюсь.

В её глазах была больше чем заинтересованность.

– Позвольте мне спросить вас, синьора, кого вы боитесь обнаружить у себя под кроватью тёмной ночью, когда вы совсем одна и не защищены? Или кого вы опасаетесь, когда внезапно гаснет свет и всё вокруг погружается во тьму?

Она прикусила конец ручки и прокрутила её три раза, касаясь языком:

– Монстр. Чудовище. Дьявол.

– Приятно познакомиться, это и есть я.

***

– Поехали в наш клуб, Данте. Рик и родители уже уехали.

– Я за, ты же знаешь, только вот скажи, почему у тебя такое дерьмовое настроение?

– Оно вовсе не дерьмовое, – он пожал плечами.

– Ладно, как скажешь, возможно, несколько хороших кисок поднимут тебе настроение.

Мы сели в спортивную машину Данте, оранжево-жёлтого цвета.

– Блядь, у меня такое чувство, что я еду в большом гребаном апельсине!

Данте рассмеялся:

– Ты вечно недоволен, Тони, лучше скажи, как тебе эта горячая штучка, с которой ты танцевал?

– Джемма Эспозито?

– Да, она. Мне показалось, вы нашли общий язык.

Я усмехнулся:

– Скорее, общие увлечения.

– Что ты имеешь в виду? Она тоже любит резать и убивать?

Я мрачно усмехнулся:

– Не поверишь, братик, есть вещи поинтересней, но тебе это знать необязательно.

– Ты засранец, Тони!

– Не обижайся, малыш.

Я ущипнул его за щёку.

– Отвали, придурок.

Мы быстро домчались в наш клуб на апельсине Данте.

Ночка в клубе была в самом разгаре. Мы поднялись к себе в ВИП-зону, где Данте сразу же снял рубашку, заваливаясь на диван.

– Не хватает Микеле.

– Поверь, у него сегодня очень весёлая ночка, Данте, так что не стоит переживать, лучше пожалеем его жёнушку.

– Ты прав, – рассмеялся он.

К нам подошли несколько стриптизёрш, которые обслуживали только нас.

– Где Анна? – спросил я у одной из них.

– Она взяла выходные после мальчишника синьора Микеле.

Я усмехнулся, вспоминая этот дикий заезд.

– Тогда иди в кабинет, я сейчас подойду.

Я встал и налил себе выпить, перед тем как пойти и трахнуть очередную шлюху.

– На колени, – она встала и открыла свой чересчур накрашенный рот.

– В следующий раз, когда захочешь взять мой член себе в рот, хорошенько сотри это дерьмо с губ.

– Конечно, синьор Тони, как прикажете.

Я взял копну её длинных розовых волос и без предупреждения зашёл в её рот по самые яйца, она задохнулась, и из её глаз потекли слёзы, размазывая тушь.

Я закрыл глаза, закидывая голову назад, и снова и снова вдалбливался в её горло, слыша её тихий горловой плач. Эти звуки нравились мне, мне нравился жёсткий и резкий трах.

Я вышел из её рта, и она без слов знала, что делать: шлюха вынула презерватив из декольте и разорвала упаковку зубами, затем раскатала его по моему члену.

– Ложись на стол.

Она легла, выпятив свой круглый загорелый зад, и скрестила обе руки на пояснице.

Я ударил её по заднице, прежде чем резко войти в неё. Она громко застонала от боли, но не сдвинулась с места. Я намотал её волосы на кулак и наклонился ниже, продолжая безжалостно входить.

– А ты хорошо знаешь свою работу, Габриэла, жаль, что я не брал тебя чаще для себя.

Она вздрогнула, когда я произнёс её настоящие имя вместо местного псевдонима.

Я ускорил темп, и она еле сдерживалась, чтобы не кричать слишком громко. Я знал, что ей больно, и ни капли не жалел её. Мне нравилось причинять боль во время секса, это давало мне большее наслаждение. Я входил в неё слишком глубоко, сжимая упругие бёдра, пока не кончил.

Выйдя из неё, я выкинул презерватив в мусорку.

– Можешь идти, – она встала, натянув своё голубое мини-платье, и быстро выбежала.

Залпом я осушил своё виски и достал телефон, печатая СМС Микеле: «Было много крови?» Микеле: «Пошёл ты». Я рассмеялся.

Выходя, я взял свою машину, которую оставил возле клуба пару дней назад, и выдвинулся домой один, так как малыш Данте решил продолжить веселье в пентхаусе Микеле, и я не стал ему мешать превращать дом брата в гребаный бордель.

Когда я зашёл домой, на кухне горел свет. Снова не спит.

Навстречу вышла моя мать, как всегда, с бокалом чего-то крепкого. Надменный вид этой женщины раздражал меня самым назойливым образом.

– Ты поздно.

– Прости, мамочка, я должен был предупредить тебя, но был слишком занят, трахая шлюх.

Она скривила своё морщинистое, но всё ещё красивое лицо. Донна Валентина была одной из тех женщин, которые даже в возрасте выглядели великолепно и могли очаровать каждого, но мало кто знал, что она была ядовита, как гадюка.

– Не обязательно посвящать меня в такие подробности, Тони. Я твоя мать.

– Мать? Не обязательно делать вид, что волнуешься, донна Валентина. Лучше скажи мне, где мой брат?