Чтение онлайн

— О, простите, мой господин, — включилась в игру Наталья, — я для вас старалась, намыливая все причинные места, — стараясь не рассмеяться, держала серьезное лицо — обливалась пахучими маслами. — Поющим голоском ворковала шатенка — вот — протянула к нему руку, — понюхайте.

Рома со звуком втянул воздух, и в нос проник мягкий фруктовый аромат.

— Нравится? — играя скромницу, Наташа с легкой улыбкой смотрела, как муж деланно хмурится — вам понравился запах, мой господин?

— Рррррр, понравился, — взревел постельный султан — иди сюда, жьэнщина. — Рома поддался вперед, схватил Наташку за зад и перевернувшись повалил ее спиной на постель. — Тебя ждет расплата за непослушание! — развязывая пояс халата, рычал Туманов — сейчас ты от меня получишь…

— Нет, нет — помогая супругу справиться с затянувшимся узлом на поясе, стонала Наташа — я не заслужила наказания, я подчинялась моему господину.

— Молчать — строго поджав губы скомандовал Роман — нельзя перечить султану.

— Слушаю и повинуюсь — губы Романа захватили рот любимой женщины, не давая договорить фразу, руки заскользили под полами халата, сминая все еще влажную кожу.

Возбуждение захватило его, все негативные эмоции пережитые за этот день растворились, сейчас ему нужна жена, ее тело, ее рот, вся. Наташка ему нужна вся, полностью.

Где-то кричит ребенок. Рома прислушивается, не помнил, чтобы в их подъезде кто-то ходил беременным, откуда тогда идет детский плач? Этот звук будто льётся отовсюду.

Вот блин, разбудили, возмущение расползается в груди. Поворачивается на бок, Наташа спит, мило подложив ручки под щечку. Захотелось поцеловать, но нельзя, пусть отсыпается он ее маленько утомил, вошел в образ жёсткого тирана Сулеймана.

Все, уже не уснет. Покурить хоть тогда, что — ли?

Как опытный шпион, беззвучно сползает с кровати, тихонько прикрывает дверь спальни. Разворачивается и недоуменно застывает, оглядываясь по сторонам. Куда это он попал?

Туманов стоит посреди прохода бесконечно длинного коридора, с двух сторон освещаемого рядом зажжённых факелов. Его что, занесло в Средневековье?

Снова раздается детский плачь, совсем близко, и почему — то Рома знает, что нужно идти на звук. Осторожно, ступая босыми ногами по каменному полу, мужчина проходит вперед.

Неожиданно, прямо перед ним образовывается дверь. Туманов одним резким движением распахивает ее и мужчину ослепляет ярким белым светом.

— А вот и наш папочка — Роман ничего не видит, но этот голос узнаёт, — припозднился сегодня. Устал, Зая?

Раньше он млел от такого прозвища, сейчас же толпа мурашек протопала по его спине раздражением.

— Ты не сделала аборт???? — Злость заклокотала в горле, его рык эхом отскочил от стен, в ушах засвистело.

— Ромочка, любимый — мурлыкала Светлана, выплывая из густого тумана.

Рома, щурясь от яркого света, всматривался в появившийся силуэт. Света стояла перед ним обнаженная, на ее руках сидел ребенок. Вот кто издавал эти громкие ревущие звуки. Рома недовольно осматривает младенца, но пол ребенка в таком положении определить просто невозможно. Младенец прижимается лобиком к плечу матери, Туманов мог лицезреть только его голый зад.

— Это же наш малыш, как можно от него избавиться — возмущенно открыла круглый ротик, и стрельнула в мужчину обвиняющим взглядом Минченко.

— Пора спать деточка — пока Рома восстанавливал дар речи, Светлана уже укладывала карапуза в непонятно откуда появившуюся колыбельку.

— Ты что, расстроился? — Рома удивился, вот только что, блондинка с кроваткой стояли недалеко, на расстоянии вытянутой руки, а теперь Светлана укачивала младенца в дальнем углу комнаты. — Не любишь детей? — Голос Минченко звенел по всему помещению, а сама она наклонилась над кроваткой. Роман залип на ее пышной груди, она колыхалась от каждого движения женских рук.

Словно почувствовав, что ее пожирают глазами, женщина лукаво растянула губы, выпрямилась, и два полушария тяжело ухнули вниз. Рома сглотнул плотный комок, образовавшийся в горле.

Глаза Минченко засияли плотоядным огнем, Роман мог поклясться, он видит исходящий из них серебристый свет. Эти серые тоннели затягивали в глубокий омут, дурманили сознание.

— Люблю — еле шевеля губами выдавил он.

— Иди ко мне — протянула к нему руку, делая приглашающий жест пальцами — давай сделаем еще маленьких Ромчиков?

Завораживающий тембр голоса, жадный, сексапильно — игривый взгляд, насмешка на кончиках губ, вскружили голову, мужчина забылся. Роман мог только зачарованно смотреть, как обнаженная блондинка приближается к нему. Света подошла вплотную, смяв свою большую грудь о его каменную, обхватила руками за шею и впилась в рот любовника страстным поцелуем.

Туманов выпал из этой реальности.

Очнулся, понял, что он лежит на чем — то мягком. Такого траходрома он не видел в своей жизни. Огромная, просто преогромная кровать, что не видно края. На нем скачет блондинка, запрокидывает голову, выгибается, снова ее прелести трясутся прямо над лицом Туманова. Он поднимает обе руки и жадно мнет их, получая огромное удовольствие, заводя Минченко еще больше, она ускоряет темп. Уже не стонет — кричит, хрипит, бьется бедрами о его пах, резко насаживается на стоячую дубинку, и поднимается, выпуская оружие почти полностью из горячего плена своего тела. Садится снова на всю длину, замирает, дрожь сотрясает полные бедра, она падает на грудь Романа и затихает, тяжело дыша.

Поднимает голову и сморит пьяным взглядом в черные безумные глаза любовника. В них столько похоти и желания, он еще не кончил в отличие от этой безумной амазонки. Улыбка на лице блондинки широко разъезжается в стороны, придавая кровожадное выражение. Хищница, натуральная львица. Рома смотрит с восхищением, где — то на задворках его сознание пищит, об опасности, но он загоняет его еще дальше, сейчас на первом месте у него влечение к роковой красотке.

— Еще — выдыхает ему в рот блондинка. Все та же хищная улыбка на губах, дерзкий взгляд. Не дождавшись его реакции, женщина начинает сползать по нему вниз, скользить своим острым язычком по груди беря направление в пах. — Мммм — амазонка игриво усмехается, и водит бровями, призывно стреляет глазами. Ее губы прямо над стоящим членом — вкусняшка — шипит змеей, облизывает губы, широко открывает рот. Рома закатывает глаза от удовольствия, его член погружен в теплое горло Минченко, еще немного, и его взорвет в удовольствии.

Мир вокруг кружится, мужчина расфокусированным зрением ловит быстро ходящую блондинистую голову, и кажется, теряет сознание бурно кончая.

Рома подскакивает на матрасе, хватается за горло. Он только что, громко кричал во сне от удовольствия, так, что даже проснулся. Озирается по сторонам, Наташа рядом, на своем месте, он испугано всматривается в ее безмятежное лицо. Туман снова изменял ей, пусть и в другой реальности, но это все, было так правдоподобно, что мужчина ужаснулся.

— Боже — проводит рукой по лицу, словно снимая маску сна.

Роман встряхивает голову, изгоняя из нее образ объезжающей его амазонки. Душ, Туманову срочно нужен холодный душ, только это ему сейчас поможет избавится от наваждения, проникнувшего в мужчину через этот странный сон.

Да что же это такое, Роман скривился, как от зубной боли. Сегодня весь день его преследовал образ обнаженной наездницы. Он ходит с женой по торговую центру, у Наташиной матери скоро день рождения, подыскивают Марине Владимировне подарок. Стоит только немного отвлечься, как перед глазами встают большие полушария с призывно стоячими сосками, или губы, растянутые в порочной улыбке, посылающие ему воздушный поцелуй.