Чтение онлайн

Внутри расслабленность, он какой-то вялый, ругаться совсем не хочется, хочется обниматься. Роман тянет руки к своей любовнице, чтобы прижать к себе, но почему-то называет ее Наташей.

Услышав имя его жены, Светлана еще больше свирепеет, из серых глаз хлещут искры, рот кривится, делая ее лицо неприятным, отталкивающим. Прищурившись, блондинка смотрит на него взглядом полным ненависти, поднимает вверх правую руку, и он замечает блеск огромного острого ножа. Дикий женский визг оглушает, закрыть бы уши, только сил нет, конечности не слушаются. Остается только смириться, и смотреть, как Света одним резким движением вбивает лезвие ему в грудь.

Сердце в ужасе трясется под ребрами. Приснится же такое?

Падает обратно на подушку и закрывает глаза.

Ему просто необходимо выспаться, завтра начинается рабочая неделя, а он и так ни хрена не отдохнул. От алкоголя ему только хуже, и сопровождающие мужчину кошмары, наверное, тоже из — за пьянок. И на кой хрен, спрашивается, он каждый раз идет у Светки на поводу, и бухает? С этим нужно что-то делать.

***

Вокруг все гудит и вибрирует, запах полипропилена вызывает рвотные позывы. Борясь с желанием взять отгул, Туманов стойко идет к своему цеху. Зная, что сейчас снова получит порцию мандулей от Титова, нехотя протягивает руку и тянет на себя дверь бытовки.

— Н да — фыркает Титов, презрительно поджимая нижнюю губу. Ну вот, ничего не меняется, мина Володьки красноречиво говорит за хозяина то, что тот хотел высказать.

Язвительно, чтобы задеть друга, растянул губы, не нужно ему читать нотаций, он сам все знает и понимает. Шагает в сторону раздевалки, ощущая на себе обиженный взгляд. Рома сам разберётся без вмешательства посторонних, как ему жить. И так хреново, так еще лезут всякие, с умными рожами.

— Туман — резкий оклик Титова заставил его вздрогнуть. Мужчина медленно повернул голову к дверному проему. — Матвеич звонил, тебя спрашивал, велел к нему сразу идти.

— Понял — прохрипел Туманов пропитым голосом — сейчас пойду. — Кряхтя засовывал ногу в штанину спецовки.

— Видимо не я один озаботился твоей бурной личной жизнью — усмехнулся Володя, слаживая руки на груди, и окидывая его говорящим взглядом. — Неужели с должности решили снять? — Тревожно рассуждал друг. — Нет, наверное, в первый раз предупреждение сделают. — Сам себя успокаивал Титов.

— Пойду узнаю, что надо. — Натягивая на себя жесткую куртку робы, выдавил Туманов.

— Ну здравствуй, Роман Анатольевич — при появлении подчиненного, Константин Матвеевич приподнялся на сидении и протянул руку, чтобы пожать в приветствии. — Присаживайся — кивает головой на стоящее напротив него кресло.

Роман ощущает на себе изучающий взгляд начальника, значит не по работе позвал, так бы сразу перешел к сути дела.

— Что-то плохо выглядишь, Туманов. — Наконец, выдает пожилой мужчина и глядя с укором качает головой.

— Да. — Стараясь говорить непринужденно, Рома махает на Матвеича рукой — просто самочувствие плохое.

— Ну да, ну да — пробурчал себе под нос Константин, принимая оправдания бригадира — тут тебе бумажка какая-то пришла. — Начальник взял небольшой листок со стопки документов на столе, протянул ему — держи. Похоже Повестка в суд.

В солнечное сплетение ударила молния, в глазах потемнело. Он знал, что это случится, ждал, и все-таки не был готов морально.

— Знаешь по какому поводу вызывают? — Строго говорил Матвеич, наваливаясь на столешницу, чтобы иметь возможность поближе разглядеть провинившегося.

Рома в ответ мог только кивать, удрученно опустив глаза. Говорить невозможно, вся горечь происходящего скопилась в горле. Это конец. Последняя тонкая ниточка, соединяющая его с Мирошкиной, скоро разорвется.

— Расскажешь? — продолжая наблюдать за Тумановым, понимающим тоном поинтересовался начальник.

— С женой разводимся.

— Вот как? — густые брови пожилого мужчины взметнулись вверх — никогда бы не подумал, что вы разойдетесь.

— Так получилось.

— Правда, что ли то, о чем судачат о вас с Минченко?

— Правда.

— А я не хотел верить. — На выдохе разочарованно говорит Константин Матвеевич, его лицо каменеет, глаза теряют интерес к посетителю.

Плечи Туманова тяжелеют, в его окружении появился еще один человек, испытывающий к нему презрение.

Низ живота скрутило, в глазах заплясали черные точки, захотелось выблевать все нутро. Как вдруг на внутренней стороне век осветилась фигура, и он узнал ее, это Наталья. Открыл глаза с полным понимаем того, что ему нужно услышать ее голос.

***

Наталья отсчитывала дни до отпуска, две недели и она сможет не ходить сюда целый месяц. Специально подгадывала, чтобы Данила встретить, семьей планировали выехать на природу, в гости к родственникам в соседний город съездить. Так все и будет, только теперь в их семье на одного резидента меньше.

Отложила календарь на край рабочего стола, тяжело вздохнула, она все еще в офисе, и должна выполнять закреплённые за ней обязанности.

После обеда кабинет опустел. Нина Васильевна, последнее время стала часто отпрашиваться с работы пораньше, из-за проблем в семье сына, ей приходилось присматривать за внуками.

Женя, еще одна сотрудница, сидевшая с Наташей в кабинете, уже гуляла отпуск. Туманова осталась одна, женщине некогда было скучать, нужно привести все дела в порядок, чтобы в ее отсутствие у других членов коллектива не возникло желания её беспокоить.

Наталья перебирала папки, проверяя все ли документы на месте, когда ее сотовый забренчал. Удивленно округлив глаза Туманова, вернулась к столу, в это время с ней никто связываться не собирался. Вот так сюрприз! Сам Роман Анатольевич нарисовался!

Из вредности и чувства мести брать трубку не хотелось. Когда она пыталась ему дозвониться, сообщить, о том, что подала на развод, он никак не реагировал на звонки. А ей необходимо было узнать, адрес его проживания, чтобы было куда отправить повестку.

Но пришлось обиду засунуть подальше, ей очень нужен повод встретиться. Она до сих пор ломала голову, как одеть Туманову на палец обручальное кольцо.

Была не была.

— Слушаю — ей казалось, что она должна спокойно реагировать на голос этого человека, но услышав его «Привет, Наташ», ноги подкосились, ее повело, хорошо успела ухватиться за край стола.

— Привет. — Пропищала в трубку.

— Меня вызывают в суд. Давай встретимся, все обговорим?

— Да, нам нужно многое обсудить.