Чтение онлайн

Мы шли около часа. Ноги жутко болели, наверно, я натерла кучу мозолей. Но вернуться нельзя, остановиться нельзя, пришлось стиснуть зубы и тащиться вперед.

Когда мы вошли в деревню, Я не почувствовала никаких эмоций. Ни радости, ни восторга, ни облегчения. Я просто шла дальше, глядя под ноги.

–Наверно, это там, – сказала Лариса, махнув рукой.

Пескова показывала на дом, около которого стояло очень много машин.

–Думаешь? – я с сомнением покачала головой, – это же простая бабушка, с чего бы…

Лариса посмотрела на меня с жалостью и ничего не сказала. Но я обиделась на это больше, чем на грубость. Видимо, Пескова считает, что я совсем глупенькая!

–Пойдем, проверим, – резко сказала я и зашагала к тому дому.

–Не злись, – примирительно сказала Лариса, догнав меня, – Сама подумай. Ну к кому еще в этой деревушке может приехать такое количество народа!

Я ничего не ответила. Пескова фыркнула и замолчала. Вскоре мы подошли к дому. Немного поодаль от него стояли восемь машин, у калитки была очередь из пятнадцати человек. Ожидавшие были чем-то озабочены, хмурились, кто-то даже плакал.

–Здравствуйте, вы не подскажите, здесь живет бабушка Лукерья? – обратилась Лариса к женщине в хвосте очереди.

–Здесь, – ответила женщина, отрешенно глядя в сторону.

Лариса еще хотела что-то спросить, но осеклась. Вид у женщины был тот еще. Она стояла сгорбившись, изо всех сил прижав к груди потрепанную сумку. На лице не было даже намека на румянец, вся кожа была бледная – бледная. Пальто висело на ней мешком, шапка сбилась, и из-под нее выбились давно не мытые волосы.

Лариса быстро оглядела очередь и решила больше никого не спрашивать. В этом я была с ней полностью согласна. Люди, томящиеся в ожидании, выглядели уж очень печальными, поглощенными своими бедами. Мы решили дождаться своей очереди и разобраться на месте.

Время тянулась медленно. Кто-то заходил в дом к бабке Лукерье и вылетал оттуда через несколько секунд, изрыгая проклятия, кто-то был не меньше получаса и выходил счастливый. Одна пара задержалась там аж на полтора часа.

К тому же подъезжали новые машины. Приехавшие на них люди вставали в очередь, объясняя, что им занимали место. Уже начало темнеть, а перед нами стояло еще четверо.

–Думаешь, она нас примет? – спросила я у Ларисы, стуча зубами от холода.

–Надеюсь, – Пескова переминалась с ноги на ногу, – хотя не уверена. Вон, сколько человек у нее уже побывало!

–Ты заметила, что они все какие-то замученные?

–А что ты хотела, – Лариса потерла руки друг о друга, – они же не просто сюда приехали. У всех свои проблемы.

Когда очередь дошла до нас, было уже начало восьмого. Переступая порог, я вспомнила встречу с Калерией Львовной и приготовилась к полумраку и пронизывающему взгляду ведуньи. Вместо этого мы попали в уютную комнату, довольно светлую. Бабка Лукерья показалась мне сущим божьим одуванчиком. Низенькая, круглощекая с ясными добрыми глазами.

–Присаживайтесь, девушки, – радушно пригласила она, – сейчас я вас чаем напою.

Мы переглянулись и одновременно сказали: «Спасибо, не надо».

Бабушка Лукерья погрозила нам пальцем и сказала, что старших надо слушаться. Когда перед нами стояли большие кружки с дымящимся чаем, бабушка Лукерья подозвала мальчика.

–Скажи, что сегодня больше никого не приму, пусть едут по домам, – наказала она, – а той даме в черном платье передай, чтоб больше ко мне не ездила. Я ей помогать не буду.

Мальчик кивнул и побежал передавать слова бабки Лукерьи.

–Понимаете, – я обхватила кружку ладонями и неожиданно почувствовала давно забытое спокойствие.

–Понимаю, понимаю, – медленно сказала бабка Лукерья и обратилась к Ларисе, – ты молодец, девушка. Вижу, что сильно его любишь. И соперницу свою простила. Это очень хорошо, не надо зло на людей держать.

Пескова замерла.

–Грех это большой, людей к себе привязывать черной магией, – бабушка Лукерья теперь повернулась ко мне, – но я вижу, что ты не из-за любопытства на это пошла. Но не любила ты его. Не любила.

Я хотела возразить, но Лариса пнула меня ногой под столом.

–Сама себе любовь придумала, – продолжила бабка Лукерья, – А теперь вот расплачиваешься да других мучаешь. Со всех сторон ты виновата. Светловолосая девушка из-за тебя страдает. В ссоре она со своим любимым, потому что тебе помогла.

–Это Маша, наверно, моя сестра. Но она поссорилась с женихом, потому что…

–Вижу, что она помогала тебе, – прервала меня бабка Лукерья, – только не пойму как… Ворожила что ли…

–Она предложила мне сделать приворот, – ответила я, схватив Ларису за руку. Вот вроде и добрая бабушка, а меня дрожь пробрала. Откуда она все знает? Не расспрашивала ни о чем, карты не раскладывала. Смотрит на меня и говорит.

–Вижу, что она сама колдовала, – бабка Лукерья нахмурилась, – вот так тебе помочь решила.

–Да нет же! Она…

–Придешь домой, первым делом поговори с сестрицей. Отправь ее в церковь, пусть покается. Да передай, чтоб больше колдовством не занималась. Родители тебе невольно помогли, поэтому… Я дам тебе водички с собой, проследи, чтоб они ее выпили. Подруга твоя, верно, что подруга?

–Кто?

–Кто приворот помогал делать? Вижу, что ты боялась к парню подойти. Она тебя за руку взяла и подвела.

–Катя, это Катя, – ответила я вздрогнув. Неужели ее беды тоже из-за меня?

–Пусть пойдет исповедуется. Есть ли с собой фотография парня?

–Нет, я не…

–У меня есть, – Лариса вытащила фотографию из-под обложки паспорта, – недавно сделала, недели две назад.

Бабка Лукерья взяла фотографию и внимательно рассмотрела. Нахмурилась.

–Беда у него. Помереть может.

Мы с Ларисой охнули. Пескова побледнела и закусила губу, но промолчала.

–Приворот плохой человек делал, не сведущий. Тяп-ляп и готово… Теперь и парень, и ты, и все, кто тебе помогал, страдают. Сколько прошло времени, как ты приворожила? Три-четыре месяца?

–Чуть больше трех. Я просила приворожить на три месяца, они прошли, и я думала, что все закончится.

–Да ни тут то было, – бабка Лукерья поднялась и стала ходить по комнате. Мы с Ларисой молча наблюдали за ней.

Вот она налила воды в маленькую банку, пошептала над ней что-то, вот подошла к окну, вот… Через полчаса Лариса занервничала. Было около девяти часов вечера, на последний автобус мы опоздали.

–Вот тебе вода, пусть родители выпьют, – бабка Лукерья протянула мне банку, – да не говори им, что да как. И приведите ко мне того парня. Я попробую остановить то, что началось, но… В общем, сроку тебе неделя, через неделю не приведешь, не обессудь. Сделать ничего не смогу.