Приворот
Шрифт:
Те же руки усадили ее в машину, в чью, Анна не заметила, и лишь тогда отпустили. Дверца захлопнулась, и Анна осталась одна. Слышался приглушенный голос Кети, она разговаривала с тем другим, но Анна не вникала ни во что. Ей было плевать. Все чувства исчезли, осталась лишь пустота. Что с ней твориться? Как она смогла ударить чужого человека, да еще и до крови? Она себя не узнавала. Ей стало страшно. По-настоящему страшно. Она теперь не была уверена в себе, в своих поступках. Она не знала, чего от себя ждать. Как она может находиться между людьми, если она себя не контролирует. Анна посмотрела на свою руку, которой недавно ударила Синди, и заплакала. Ручейки слез текли по ее лицу, точно, так как текла кровь по лицу Синди.
Дверца со стороны водителя открылась и в машину кто-то сел. Анна не поднимала глаз, ей было стыдно за себя и за свой поступок. Тот, кто сел в машину молча протянул ей бутылку с водой. Анна на автомате взяла ее и, открутив крышку, начала жадно пить. Через миг ей полегчало, слезы почти прекратили течь, в голове прояснилось.
— Я уверен, ты сделала то, что она заслужила, — раздался голос впереди нее вместе с урчанием заведённой машины.
Анна осмотрелась. Она только что поняла, что сидит в чужой машине, обстановка была слишком шикарной для простенького форда Кети. Анна посмотрела на сидячего парня за рулем. Ее глаза встретились с глазами Колина в зеркале заднего вида. Он смотрел на нее с заботой и пониманием. В этот миг Анна ненавидела себя. Колин такой был уверен в ее правоте, но она знала, что ударила Синди лишь потому, что потеряла над собой контроль. И что бы там она не говорила, Анна никогда не должна была этого делать.
Девушка отвернулась и посмотрела в окно. Машина уже рушила с места. Она не отрывала глаз от толпы, что скопилась в том месте, где только что она стояла сама и смотрела на окровавленное лицо Синди.
— К сожалению, ты ошибаешься, — прошептала Анна, не уверенна, что парень ее услышит.
Дом Колина выглядел совсем иначе, чем в прошлый раз. Тогда на вечеринке Анна толком его не могла разглядеть из-за огромной толпы учеников. Сейчас прохожая казалась такой просторной и аккуратной. Дорогая мебель и интерьер со вкусом говорили о том, что здесь живут не простые богатые люди, а люди, ценившие хорошие вещи, но, одновременно не хвастаясь своими деньгами.
— Зачем ты меня сюда привез? — спросила Анна, скользя глазами по картинам, развешанным на стенах, которых в прошлый раз она не заметила.
— Мы с Кети решили, что тебе нужна спокойная обстановка, и чтоб никто не задавал лишних вопросов. У Кети родители дома, твоя мама тоже, так сказала твоя подруга. У меня сегодня дом пуст. Ты выглядела такой разбитой, и мне захотелось тебе помочь.
— Моя мама на роботе, — бесчувственным голосом промямлила Анна.
Неужели она действительно настолько ужасно выглядела, что ей помогает совсем посторонний человек? Несколько секунд они молчали. Анна не хотела смотреть на Колина, ей не хотелось видеть его заботливое лицо. Это Синди надо помогать, а не ей. Она здесь виновница, а не жертва. Анна вспомнила свою неконтролируемую агрессию и ее затошнило. Ей было противно от самой себя.
С раннего детства она ненавидела насилие. Она всегда считала, что любой конфликт можно решить мирно, даже если это очень трудно. Она помнила агрессивного отца, его безумные глаза, его лицо перекошено от ярости. Это единственная вещь, которую она могла помнить о нем. Она его не любила. Она его боялась, она его ненавидела. И вот теперь Анна сама стала на него похожа, и ей было противно. Теперь все эти чувства она ощущала не к нему, а к себе.
У Анны подкосились ноги, и она присела на краешек дорогого дивана, что был расположен чуть ли не в центре комнаты.
— Ты немного придёшь в себя, и я тебя отвезу домой.
— А если я никогда уже не приду в себя?! — сорвалось у Анны, это было похоже на крик. — Я агрессивная и не контролированная! Меня надо изолировать и не подпускать к людям! — она сделала паузу, несколько раз глубоко вздохнув, и продолжила уже спокойней. — Тебе я бы тоже не советовала находиться возле меня. Видел, что я сделала Синди?
— Я ведь не беззащитная девушка, смогу за себя постоять, — в его голосе слышалось веселье.
Анна поняла, что Колин не воспринимает ее слова в серьез. Это ее разозлило, и, сузив глаза, она пристально на него посмотрела. Лицо Колина ничего не выражало, но в глазах была улыбка.
— Где Кети? — серьезно спросила Анна, решив сменить разговор, чтоб хоть немного успокоиться.
— Сейчас будет. Она ехала за мной, видимо отстала.
Анна еще секунду смотрела на него, а потом развернулась и уставилась в картину, висящую напротив. Ей не хотелось больше говорить и видеть тоже никого не хотелось.
Колин видимо это как-то понял потому, что она услышала, как он уходит.
— Принесу тебе чаю, — бросил он, перед тем, как дверь закрылась.
Наедине ей долго не пришлось быть. Через несколько минут в дом ворвалась, словно ураган, Кети и сразу очутилась возле Анны.
— Как ты себя чувствуешь? В школе на тебе лица не было, я думала, ты в обморок грохнешься, — затараторила подруга. Она была взволнованной. — Что между вами произошло?
Анна посмотрела в глаза подруги, там читалось недоумение и тревога. Анна поняла, что Кети в шоке от произошедшего, ведь раньше такого никогда не было.
— Со мной случилось то самое, из-за чего я хотела с тобой поговорить, — выдавила из себя Анна. — Со мной что-то твориться. Я стала не нормальной.
— Не говори так, — пыталась успокоить ее Кети, но Анна ревела в три ручья и остановиться уже не могла. — Если ты выдернула пару волосков у наглой девицы, это еще не значит, что ты ненормальная. Такое каждый может сделать.
— Я не каждый! — девушка поняла, что кричит и добавила уже шепотом. — И ты это знаешь.
Это была правда. Кети была ее лучшей подругой и знала все ее секреты и страхи.
— Я стала, как отец. У меня его гены.
— Успокойся. Ты не он. Ты это ты. Давай во всем разберемся, не надо себя накручивать. Что она тебе сказала?
— Синди? — переспросила Анна, Кети кивнула. — Она сказала, что отобьет у меня Ника.
— И из-за этого ты сломала ей нос? — в голосе Кети было веселье. Анна вытерла слезы, которые прекратились течь ручьем, и обижено посмотрела на подругу.
— В том то и проблема. Я не собиралась это делать. Я хотела ее проигнорировать и уйти, но со мной что-то произошло. Мной будто что-то овладело, я не контролировала себя.
— Иногда такой бывает с людьми, — прозвучал спокойный голос Колина за спиной у девушек. — Если бы все себя контролировали в этом мире, стало бы безопаснее жить.
Парень обошел диван и вручил Анне кружку, над которой клубился пар. Она сверлила его своими припухшими глазами, желая, чтоб он исчез отсюда. Но вспомнив, что она у него дома, опустила взгляд.
— Я могу… могла себя контролировать, — прошептала она.
— Анна правду говорит. У нее пунктик на этом, — поддержала ее Кети. — Я за все время, что знаю ее, ни разу не видела, чтоб она на кого-то срывалась. Это закономерность.
Парень прошелся по комнате. Анна снова подняла на него глаза. Он был серьезен и задумчив. Наверное, обдумывал ситуацию. Девушка словила себя на том, что успокоилась, плакать уже не хотелось, дыхание стало нормальным.
— Значит надо искать причину агрессии, — Колин остановился напротив Анны и посмотрел ей в глаза. Девушке стало неловко от такого взгляда. Он будто хотел просканировать ее, найти ту сломанную запчасть, что приводит ее до такого состояния. Будто он мог устранить эту неполадку. Когда он заговорил, голос был серьезный и уверенный. — Вспомни, когда ты в последнее время срывалась. Где это было. Что ты при этом чувствовала