Чтение онлайн

Три-четыре повторения такой ситуации - нытья, шлепка и слёз тщетности,

– и малыш понимает, что он вообще-то может прекрасно обойтись и без сладкого перед ужином. Нет никакой угрозы его существованию. Так рождается психологическая адаптируемость.

В традиционных культурах шлепки служили не для установления дисциплины, а именно для того, чтобы облегчить ребёнку процесс перехода от злости к слезам. И взрослые понимали, что если слёз после шлепка нет, то проблемы с этим ребёнком обеспечены.

Прежде, чем начать пропагандировать шлепки, вспомните, в какой культурной среде рос вышеописанный ребёнок. Он с рождения знал всех, кто о нём заботится, постоянно жил на одном месте, в семье из трёх-четырёх поколений, вся деревня - соседи, родственники, друзья - была его кругом привязанности. Рядом всегда был взрослый (бабушка, тётя), в руках которого можно было найти утешение. Проблем с привязанностью к родителям у ребёнка не было, потому что весь культурный уклад способствовал её укреплению.

Как мы всерьёз можем пропагандировать физические наказания сейчас, в условиях современного образа жизни? Наши дети растут в постоянно изменяющемся мире. Мы переезжаем с места на место, мы перебрасываем ребёнка от подруги в школу раннего развития, в садик, к бабушке. У него нет возможности ни к кому и ни к чему толком привязаться. Часто родители - единственные взрослые, к которым привязан ребёнок.

(Да, я сама до сих пор могу в сердцах треснуть кого-нибудь из своих тапком по заднице, но мне не придёт в голову гордиться таким поведением как «методом воспитания», а тем более пропагандировать его).

Родители повторяют знакомые им с детства и проверенные поколениями практики взращивания детей, не понимая, что они годились для того образа жизни, а в нынешних условиях эффект от таких практик прямо противоположный. Родители начинают избивать детей, использовать физические наказания в качестве дисциплинарной меры, чтобы изменить поведение. В результате в условиях итак ослабленных привязанностей ребёнок возводит вокруг своего внутреннего «я» всё более высокие стены защиты от уязвимости, что делает переход от злости к скорби вообще невозможным. Растёт поколение детей, не способных плакать.

Общий вывод такой: можно и шлёпнуть, если это поможет вашему ребёнку перейти от злости к слезам тщетности и, в дальнейшем, к адаптации; и если он комфортно себя чувствует, плача в ваших руках. Но лучше всё-таки обозначить невозможность изменений и держать в руках, пока не выплачется.

«Держать в руках» не обязательно физически; имеется в виду необходимость постоянно подчёркивать, что вы рядом и сочувствуете ему, хотя и не можете изменить ситуацию. Однако часто физическое держание в руках просто безопаснее и для ребёнка, и для окружающих.

Если ребёнок хорошо к вам привязан, то при опасностях, огорчениях и обидах вы - первый человек, к которому он приходит жаловаться и утешаться.

Когда развитие идёт по плану, задуманному природой, то к семи годам ребёнок уже в состоянии психологически приспосабливаться к невозможности изменений, а также более-менее регулировать вспышки агрессии при помощи смешивания чувств.

Лирическое отступление N 1. «Ян, надо разобраться с посудой!» - «Хорошо, мама».

По дороге на кухню перехватываю: «Янка, не забудь про посуду!» - «Ну, мама! Зачем ты напомнила! Теперь я не хочу это делать!»

Лирическое отступление N 2. «Дети, сегодня вам надо лечь спать пораньше, потому что мне надо поработать!» ( Будьте уверены: проблемы с укладыванием спать обычно послушных детей вам обеспечены).

Лирическое отступление N 3. После уютно проведённого времени, обниманий и целований: «Доченька, смотри, какое яркое солнышко на улице!» - (хмурясь) «Ничего оно не яркое!»

Лирическое отступление N 4. Вы стоите в очереди, и кто-то нетерпеливый начинает подталкивать вас в спину. Вы не благодарите толкающего («спасибо, я как раз двигаюсь в этом направлении!»), вы моментально, не раздумывая, начинаете сопротивляться и толкать в ответ.

Итак, речь идёт о противлении. Впервые термин «Der Gegenwille», который я перевожу как «противление» (встречала вариант перевода «контр-воля»), был введён в употребление немецким психоаналитиком Отто Ранком около 100 лет назад. В английский язык слово было привнесено Гордоном Ньюфелдом как калька с немецкого: counterwill.

Противление - это защитная реакция на осознаваемый контроль и принуждение. Противление не является осознанным актом, это инстинктивное поведение, присущее как детям, так и взрослым. Ему не надо учить, и оно не зависит от наследственности.

Дети делают противоположное тому, чего от них ожидают, нарушают правила, не слушаются и игнорируют, упрямятся и перечат, озабочиваются табу и запретными темами, упрямятся, задираются, скандалят, дерзят и не поддаются попыткам контроля.

Почему они себя так ведут?

Лирическое отступление N 5. Вы сидите в вашем любимом ресторане, с вашим любимым человеком. Еда прекрасна, обстановка располагает к задушевной беседе. Вы находитесь именно в том времени и в том месте, где только и мечтали быть - и вдруг... Вы слышите шёпот официантов: «Что-то случилось. Все двери закрыты. Мы не можем выйти наружу». Вы всё ещё находитесь именно там, где хотели, и ещё секунду назад мечтали, чтобы этот миг длился вечно. Но теперь, когда вы ВЫНУЖДЕНЫ тут находиться, все ваши мысли будут о том, как выбраться наружу.

Мы все от природы склонны сопротивляться и перечить, когда чувствуем давление или излишний контроль. Эта реакция нормальна и в определённых обстоятельствах полезна, но её проявления и результаты могут быть вызывающими, тревожащими и сильно осложняющими жизнь родителей и учителей. Формы проявления противления различны: негативизм, непослушание, бунтарство, пассивность, неподчинение, неуважение, несогласие, воинственность, неисправимость и даже антисоциальные намерения и действия - всё зависит от возраста и личности ребёнка. Он не ведёт себя так вам назло, это инстинктивное поведение, реакция ребёнка на то, что, как ему кажется, им помыкают.