Чтение онлайн

Сердце Бурова сдавила тоска. Сколько лет прожито впустую. Недели, месяцы, годы слились в один бесконечный, утомительный и безрадостный день. Офисы, рестораны, деловые переговоры, стратегии, бюджеты, сметы, отчетности… И так до бесконечности. Редкие вылазки в ночные клубы и на закрытые вечеринки, постылость которых сравнится лишь с их удручающим гламурным однообразием. Годы и годы жизни… А вспомнить-то, по сути, не о чем. Ни одной искренней улыбки, ни одного любящего взгляда.

– Дмитрий Сергеевич, вам звонят с телевидения…

– Дмитрий Сергеевич, у нас накопилось много деловых бумаг, которые необходимо подписать…

– Дмитрий Сергеевич, поставщики выражают неудовольствие…

– Дмитрий Сергеевич, думское лобби выходит из-под контроля…

Организм работает почти на автопилоте. Рот сам отдает распоряжения и приказы, руки сами берут телефонную трубку, сверкающий золотом «Паркер» сам подмахивает бумаги. А где за всей этой деловой мишурой он, Дмитрий Сергеевич Буров, настоящий, уникальный и незаменимый?

Ему предстояло взять четыре настоящие вершины, но он их так и не сумел все покорить. Брови Бурова дрогнули. Дмитрий посмотрел Ульяне в глаза и тихо сказал:

– Я делаю тебе официальное предложение. Будь моей женой. Не знаю, хорошим ли я буду мужем, но обещаю постараться. – Выдержав паузу, хрипло добавил: – Что ты мне ответишь, Ульяна?

Девушка поежилась. Энергии на слова у нее почти не осталось, однако нашла в себе силы, чтобы сказать:

– А если у нас с тобой… ничего не получится?

Дмитрий улыбнулся, отчего лицо его на миг просветлело, и пожал плечами:

– Ну, тогда ты просто уйдешь. Никто не обещает нам счастья, но мы можем попробовать. Вдруг все будет хорошо?

– Да… У нас может получиться… Могло бы…

Ульяна закрыла глаза. Силы стремительно покидали ее, хотя она и старалась держаться. Весь этот разговор казался ей таким же фантастичным и нереальным, как и жуткие события последних двух дней. И чувство нереальности пугало ее. Словно она выпала из жизни в какой-то глухой карман иллюзорности и сновидений. Выпала – и никак не могла из него выбраться.

– Ну? – услышала Ульяна негромкий голос Дмитрия. – Ты согласна выйти за меня замуж? Что же ты молчишь? Просто скажи – да или нет…

Его теплые пальцы снова мягко коснулись ее щеки. Ульяна открыла глаза, взглянула на темное от усталости, исцарапанное и обросшее щетиной лицо Дмитрия и тихо пробормотала:

– Да.

Потом закрыла глаза и провалилась в небытие.

Ветер за стенами термопалатки нарастал. А в нескольких километрах пять вездеходов с надписью «Корпорация «Буров» ползли по склону, выбивая из наста фонтаны снега и освещая желтыми фарами серое безмолвие снежной пустыни.

С погодой повезло. Впрочем, с погодой все было ясно с самого начала. Это Московский Гидрометцентр может ошибиться, а личные метеорологи Бурова, гонорары которых имеют столько нулей, что их сложно уместить в одну строку стандартной бухгалтерской справки, не ошибаются никогда.

Солнце светило так ярко, что Ульяна в который уже раз подумала о том, что лучшие предметы их экипировки – не альпинистское снаряжение и непродуваемые куртки, сшитые на заказ в каком-то космическом КБ, а солнцезащитные очки и противозагарный крем.

То, что открылось ей с вершины айсберга, заворожило ее. Она, конечно, ожидала увидеть нечто необычное и сногсшибательное, но даже не представляла, насколько фантастическим будет окружающий пейзаж.

– Увидев это, я больше никогда и ничему не смогу удивляться! – восторженно проговорила она и подняла к лицу видеокамеру.

Через десять минут Ульяна опустила ее и перевела дух. Смотрела сквозь темные стекла очков, как все глубже и глубже утопает в плотном снегу пластиковый флагшток, и на губах ее играла улыбка.

– Готово! – сказал наконец Дмитрий, вытер руковом потный лоб и весело взглянул на Ульяну. – Ну что, поднимем флаг?

– Давай! – бодро кивнула она.

Дмитрий взялся за веревку и, издав смешной звук, похожий на барабанную дробь, стал методично и быстро перебирать веревку руками. Белый флажок с двумя алыми сердечками в центре быстро поднялся вверх и взмыл у них над головами.

– Властью, данной мне неумолимой судьбой, объявляю эту вершину покоренной! – торжественно и громко объявил Буров.

Затем протянул к Ульяне руки и крепко обнял ее. Они поцеловались. Дмитрий улыбнулся и продекламировал:

И снова прильнул к ее губам. Ульяна первой прервала поцелуй.

– Ну, хватит! – сказала она и слегка оттолкнула от себя Дмитрия. – Притащил меня на айсберг, так давай обещанную награду!

Дмитрий быстро нагнулся к сумке и достал бутылку коньяка. Пока он открывал пробку, Ульяна с напускной строгостью поинтересовалась:

– Что за коньяк?

– «Луи Тринадцатый», – ответил Дмитрий и нагнулся к сумке за футляром с двумя дорогущими хрустальными бокалами.

– Он правда очень хороший?

Дмитрий улыбнулся:

– Еще никто не жаловался. Держи!

Ульяна взяла искрящийся на солнце миллионом искорок бокал. Дмитрий разлил коньяк и опустил бутылку в сумку.

– За покоренную вершину? – спросил Буров.

– За покоренную вершину! – кивнула Ульяна.

Они чокнулись и отпили по глотку.

– Это сон, – сказала Ульяна, облизнув кончиком языка губы. – Я пью самый лучший на земле коньяк из хрустального бокала, стоя на вершине айсберга!

– Ну и как? – насмешливо поинтересовался Дмитрий.

– Как будто заново родилась.

Буров засмеялся.

– Кстати, – снова заговорила Ульяна, – если не ошибаюсь, эта бутылка четвертая. А покоренных вершин всего три. Как-то нелогично.

– Есть и четвертая вершина, – сказал Дмитрий.

– Какая?

– Ты.

Буров наклонился и снова поцеловал ее в губы. Несколько минут они просто стояли, пили коньяк и смотрели на сверкающее великолепие с высоты, на которую могут подняться только чайки.