Чтение онлайн

Я поднял руку и дала пощёчину стоящему передо мной человеку. Наконец он сказал правду ту, что была на душе. Он никогда не верил мне. Он продолжал томить чувство предательства. Думая, что мы вдвоём, Роман и я, сделали что-то грязное и мерзкое. Яна, как ты посмела влюбиться в такого мужчину!

Я смотрела на человека передо собой, улыбалась, смеялась и проливала горькие слёзы.

— Да, этот ребенок принадлежал Роману. Роман и я давно знаем друг друга. Мы оба спали вместе, давным-давно. Это даже я первая предала тебя! Итак, вы довольны, господин?

Вокруг уже собралась толпа зевак

Руслан, казалось, сдерживал свой гнев, но было похоже на то, что вот-вот из клетки вырвется зверь.

— Хорошо! Яна, ты действительно предала меня! Как ты смеешь быть такой надменной после этого? Слышала что-то о слове стыд?

— Руслан! Это, должно быть, недоразумение!

Миша знал, что Яна не такая!

— Недоразумение?

Я усмехнулась, поставив жирную точку в этой истории:

— Нет никаких недоразумений! Мы оба предали друг друга, это справедливо. Руслан, ты уверен, что хочешь женщину, которая тебя предала и была беременна чужим ребёнком? Это того не стоит, Руслан. Я давно перестала тебя любить. После стольких лет мне немного грустно расставаться с воспоминаниями, которые у нас были, но Яна, которая сегодня стоит перед тобой, совершенно не привязана к тебе. Каждый сантиметр моей кожи, к которому ты прикасался, каждое слово, которое ты мне говорил, вызывают у меня тошноту!

— Яна, я же готов был забыть все твои проступки, но почему ты так жестока ко мне?

— Руслан, я прошу в сотый раз, оставь меня в покое!

Жестко выдрав свою руку из пальцев Руслана, я изобразила на лице максимальное отвращение.

— Даже если ты заставил меня остаться, каков был бы результат? Я всего лишь оболочка человека без чувств к тебе. Отпусти меня, отпусти меня к Роме, ладно? Он тот, кто мне нравится!

Слова, которое мгновенно разожгли гнев Руслана.

— Ты хочешь, чтобы я тебя отпустил к любовнику? Яна! Мечтай! Слушай и запоминай, сука! Ты женщина Руслана на всю оставшуюся жизнь! И сейчас ты идёшь со мной, и я не предлагаю, а приказываю!

— Руслан! Руслан! Отпусти её! — врач, стоявший рядом и наблюдавший за разборками, не на шутку испугался, когда увидел жестокое обращение с глубоко больной женщиной.

В этот момент он подумал о том, что Яна была совершенно права, когда не стала рассказывать о состоянии здоровья Руслану, и сейчас он понял, почему.

Дверь машины открыл Руслан и затащил меня внутрь.

— Руслан! — Алёша не отпускал попытки достучаться до здравого смысла. Он с остервенением пытался открыть дверь, но Руслану перестал обращать на это внимание.

— Что ты делаешь? — он зажал моё тело в углу.

— Яна, я хочу, чтобы ты усвоила раз и навсегда, что ты моя женщина, ты всегда будешь моей женщиной!

Руслан в бешенстве содрал одежду с моего тела. Но я не планировала сдаваться и держала ножик, который подарил мне когда-то Паша, наготове.

— Если ты еще раз дотронешься до меня, я убью тебя! — лезвие прижалось плотно к его плечу.

— Хорошо, тогда ты убьёшь меня, это тоже забавно! — его рука моментально ухватилась за блестящий металл.

Руслан крепко сжимал ножик в моей руке, кровь горячей струёй стекала по его ладони на моё тело. Рука с оружием предательски дрожала, на самом деле мне нужно было только надавить чуть сильнее, и я бы смогла покончить со всей этой болью. Ненависть к человеку, зажавшему меня в тиски, заполняла каждую клетку больного тела, но я все-таки не смогла его убить. Как раз в тот момент, когда я вспоминала все несчастья, случившиеся по его вине, Руслан выхватил у меня нож и бросил его на пол машины. Я не сопротивлялась и не плакала. Моё тело сильнее прижалось к сиденью автомобиля, после чего, последовало удушье от того, что губы, словно, обгладывают бродячие собаки. Тут же, случилось то, от чего, меня шибануло молнией: И я решила сменить тактику. Это должна быть я, а не он.

— Руслан, отпусти меня, отпусти, давай больше так не будем, ладно?

Его движения прекратились. Мы уже делали это бесчисленное количество раз, а я не помню, когда самый интимный контакт стал для нас самой мучительной болью. Вопрос о том, узнает он или нет о том, что я слепая, перестал быть существенным и нож обратно попал в мои руки.

— Если ты ещё раз дотронешься до меня, я покончу с собой. Если я умру, между нами всё будет наконец-то кончено, и я почувствую облегчение.

— Яна……

Он упал на мою оголённую грудь, нервно обнимая. Не обращая внимания на нож, всё ещё зажатый в руке. Руслан завыл, как маленький мальчишка, окропляя моё тело горячими слезами.

— Яна, дай мне ещё один шанс. Не оставляй одного. Полюби меня опять, я тебя умоляю!

— Руслан, всё кончено. Давай вместе уйдём к нашим детям…

Тело Руслана на мгновение напряглось, но он не двинулся с места, будто согласился.

Моя рука не дрогнула. То количество душевной боли, что я пережила за свою короткую жизнь, не сравнимо с физическими травмами. Каждый день, проведённый в этом мире, разочаровывает сильнее. Так зачем это всё?

— Откройте дверь! Помогите! Руслан! Яна! — только хриплые крики Алёши доносились из-за тонированного стекла.

Мои глаза опустели, душа словно вылетела из тела. Я второй раз чувствую себя так, будто все беды этого мира не имеют никакого значения. Некоторые люди говорят, что в последние минуты человека, его образ срастается с кем-то очень важным. Я хотела узнать, кто тот, который предназначен для меня. Он был одет в белую рубашку, безукоризненно чистую. У него тёплая улыбка и блеск в глазах. Руслан, ты выглядишь моложе, кажется. Вот как мы выглядели, когда встретились…… это, то, что я любила больше всего в жизни.

— Яна! — голос Алексея Ивановича проник в мои барабанные перепонки, и я мгновенно открыл глаза.

Свет хирургической лампы ударил в глаза. Мир считает, что жизнь — это благословение, но найдутся и те, кто думает, что жизнь — это ад, а смерть — рай. И… я опять вернулась в свой личный и привычный ад. Сколько спасений может быть выделено на одного человека? Неужели я пользуюсь чужими, может же быть, что они кому-то важнее, чем мне?

В обеих операционных одновременно проводились реанимационные мероприятия.

Пять или шесть часов прошли в мгновение ока.

Когда я опять открыл глаза, мир остался в темноте. Алёша потом объяснил, что такие рецидивы — обычное дело, и попросил не беспокоиться. Я знала, что это не очень хорошо, но врач усердно старался спасти меня. Через несколько дней я уже отправилась в наш старенький дом, но с Русланом дела обстояли хуже. Он прибывал в глубокой коме и кажется, не планировал возвращаться. Мой удар пришёлся не в сердце, но совсем близко.

Миша приготовил для меня завтрак. Я, закутавшись в плед, спала в кресле и не собиралась разговаривать ни с кем по душам.