Чтение онлайн

Всё заняло меньше получаса. Теперь можно и на завтрак.

Подруг не было на месте, не стала их ждать, быстро съела кашу и ушла. Они со своими разговорами просидят до самых занятий, а мне желательно увидеть Алексея Тимофеевича.

Я знала, где его искать, он всегда с утра был в лаборатории. Поздоровавшись с ребятами, постучалась в кабинет. Профессор открыл через пару минут.

— А, это вы, Анастасия Павловна? Проходите, — впустив меня, закрыл дверь.

Мужчина был не в настроении, немного нервный. Да и выглядел неважно.

— Вы спали? — спросила напрямую.

— Немного. Хочу быстрей закончить… в нашем деле нельзя медлить, совсем нельзя. Завтра… завтра надо… — взгляд Алексея Тимофеевича уплывал куда-то, он явно хотел спать или его что-то беспокоило до такой степени, что он уходил в проблему на ходу. Подойдя к столу, он открыл термос, налил что-то в кружку, потянуло горьковатым запахом. — Вы что-то хотели?

— Да. У меня стихия огня пробудилась.

Поднеся ко рту кружку, профессор так и замер.

— Вы уверены?

— Да, — вместо лишних слов просто зажгла огонёк на пальце.

— Невероятно! — Алексей Тимофеевич так впечатлился, что едва не уронил кружку. Подошёл, рассмотрел огонёк. — Присаживайтесь, дорогая. Сейчас акт напишу. Это просто невероятно, — повторился профессор, просветлев лицом. Он взял лист бумаги и стал писать. — На днях вас вызовут на комиссию, там ничего страшного, простая формальность. Продемонстрируете дар эксперту. А можно поинтересоваться, это получилось спонтанно или при каких-то обстоятельствах?

Пришлось пересказать события вчерашнего вечера.

— Ах да, день рождения. Я не забыл про подарок… А сейчас давайте поторопитесь, у вас занятия через пятнадцать минут. Увидимся на третьей паре.

* * *

На уроках я, как всегда, слушала вполуха и заодно продумывала стратегию развития. Сейчас у меня появилась стихия, которую даже проверить толком не могу, нужен хотя бы полигон, а на него меня раньше второго курса не допустят. Да и в полной мере не получится освоить, мне же надо попробовать соединить огонь и время, а это в стенах академии невозможно.

Рокотов обещал посодействовать моему переходу на второй курс в следующем семестре, но как бы не вмешался форс-мажор, как на том же экзамене. Ведь не будь у меня сильного аргумента, то старая грымза сделала всё, чтобы я не поступила или сильно подпортила мне начало учёбы.

Стоит ли заводить разговор об этом с ректором или пустить на самотёк? Рассуждения прервал звонок. Сейчас хореография… Так, опять я не могу найти время для тренажёрного зала, сегодня же напишу идеи, пусть Юрий Андреевич поработает на нашем совместном поприще.

Переоделась в балетное платье и села на скамейку. Ира, как всегда, отнеслась к своему виду с юмором, и перед зеркалом выделывала балетные па. Я понимала, что за этой весёлостью скрывается комплекс, ей тоже хотелось быть стройной, как другие девчонки. Но была одна проблема, она очень любила поесть и не готова идти на жертвы в виде отказа от хорошего куска мяса и куска пирога к чаю, очень большого куска.

Я достала блокнот и стала зарисовывать тренажёры, делая пояснения.

— И что это ты чертишь? — любопытная подруга бросила кривляния и уже нависла надо мной.

— Идеи кое-какие, я этим деньги зарабатываю, — даже не знаю, как так получилось, но я сказала то, что не следовало.

— Ой, как интересно! Я всё думаю, а сколько ты за методику получила? — Ирина села рядом и спросила шёпотом.

— Нисколько. Такие вещи нельзя продавать — это вклад в развитие человечества! — звучало высокопарно, но я промолчу, что одну магическую идею я продала и столкнулась с большими трудностями, потому эту просто отдала. Мне хватит знаний, чтобы и в других сферах заработать.

— Ну ты даёшь! Я бы не отдала. Это же гора денег! — подруга даже головой покачала.

— Всех не заработаешь.

— Я бы попыталась, — Ира рассмеялась. — Но у меня нет твоих гениальных мозгов.

Пришлось прервать разговор. Камила Семёновна с холодным лицом и безупречной осанкой открыла дверь и позвала нас в класс. Да начнётся ад. Мы хоть и занимались там до ломоты в мышцах, но всё равно считала хореографию недостаточной для мага. Нам нужна сила в мышцах и скорость реакции…

Когда мы после урока шли в столовую, пампушка сменила свою излюбленную тему про еду, на мои идеи.

— А никак нельзя попросить хоть какую-то сумму? Это же открытие для всего человечества!

— Не знаю, да и неважно. Думаю, если в Императорском Совете решат меня поощрить, то я получу Государственную премию.

— А можно как-то посодействовать этому, может напрямую отправить письмо? Ну нельзя так! — Ира не успокаивалась.

— Хорошо, запишусь на приём к Ректору и спрошу, — решила закончить тему. Не говорить же, что Рокотов скорей всего это уже сделал. Престиж Академии надо поднимать, а если здесь будет учиться студент с Государственной премией, это уже что-то. И неважно, что открытие даже косвенно не относится к самому учебному заведению, главное сам факт.

— Отлично, успокоила, а то я теперь спать не смогу. Это же какие деньжищи!

После обеда отправили на урок Алхимии. Аудитория была закрыта, что странно, Алексей Тимофеевич не закрывал её между парами, даже когда куда-то отлучался. Возможно, у него не было ещё занятий. Просто расписание подкорректировали, а я уже причины ищу.

Заведующий кафедрой появился буквально за пару минут до звонка. Лицо осунулось, глаза строго вперёд. Он мне ещё вечером не понравился, а тут прямо уныние на лице. Хотя усталости не видела, походка твёрдая и взгляд ясный, только тревожный. Что же произошло? И спрашивать бесполезно, мы не в таких доверительных отношениях.

Урок прошёл быстро и был насыщен информацией, единственное отличие, сегодня профессор не шутил. И после пары не подозвал меня, как обычно. Ладно, мало ли какие причины.

В лабораторию после последней пары не пошла — не приглашали. Поэтому подождали Александру и направились домой.

Всю дорогу Ира не унималась и пересказывала Саше, какая я недальновидная и не получила деньги за методику. Она только улыбалась, видно, эта тема затронула её собственную, девушка ждёт от меня идей по их воссоединению с Сергеем. Но пока она сырая и в разработке, ничего говорить не буду.