Чтение онлайн

К нему перекачивали две инновационные целительские рунные структуры, также один готовый блок для брони. Он, как узнал о моей разработке, аж взвыл от желания покопаться. Также взяв фотоаппарат, сфотографировал все листы в моём блокноте. Рокотов молчал, заметила, что местами его раздражали действия напористого друга или соратника, пока не разобралась в этом вопросе. Но одно знаю точно, мы в одной лодке.

— Я всё хотела спросить. Как прошла поездка в Москву? — они молчали, я уже не могла ждать.

— Всё сложно, — Пётр Михайлович сжал губы. — Но одно скажу, там есть умные люди и процесс сдвинулся. Если не напрямую, то как мы, будут искать способы развития. С вашего позволения, я, в частном порядке, обязался передавать доверенным людям последние наработки. Думаю, это в наших интересах.

— Конечно, — такому повороту я была рада. — Тогда я буду сразу вести записи с пояснениями.

— Вы золото, наша дорогая Анастасия Павловна.

Закончив все дела, отправились в академию.

По дороге Рокотов был неразговорчив, скорей всего не хотел мешать моей работе. Броня меня с ума сводила, поэтому, открыв блокнот, я всю дорогу делала наброски.

Приехали, когда уже стемнело. Юрий Андреевич затянул-таки меня к себе на ужин, на радость Михаилу, но на ночлеге не настаивал.

Во время ужина Рокотов-старший сам рассказал о новых дарах. Стелла с сожалением вздохнула, ей нечего было изучать. Мише разрешила изучить только Целителя, но он и за это готов был меня затискать. Наплевав на приличия, полез обниматься, но злоупотреблять не стал, ограничился лёгким сжатием плеч.

Какой же он большой и… пахнет вкусно, так и хотелось прижаться. Так, стоп, ещё о поцелуях начни думать! — ругала я себя. Работа, работа и ничего более. Подрастёт Настя, потом намилуешься, если будете вместе.

Очутилась у себя в квартире уже в одиннадцатом часу. Рокотовы задержали. А всё виноват Юрий Андреевич, который проболтался Михаилу о начавшейся работе с бронёй. Парень с меня не слез, пока я не показала ему наброски и первый блок.

Я начала проработку с руки, а именно с кисти. По мне она вмещает в себя все функции тела, так что на ней я могу отработать буквально всё.

Парень порывался примерить, но получил категорический отказ от меня и запрет даже думать об этом от своего отца. Но его порыв породил в голове другую идею, надо сделать чисто перчатки на руки, вдруг кому-то будет сподручней, чем полная броня. Ага, и сапоги на ускорение. Мысленно хмыкнула, где-то я уже подобное читала.

Потом обсудили следующий день. Миша навязался отправиться с нами на тестирование тренажёрного зала, ну и Стелла не отказалась.

Начинать работу не было смысла, поэтому после душа сразу легла спать и буквально провалилась в небытие.

Сны были путанные и беспокойные, но я ни разу не проснулась. Открыла глаза ровно в шесть, даже без будильника. Вспоминать, что снилось, не стала, не болею я этим. Бывают красочные интересные сны, которые отпечатываются в мозгу и дарят приятные воспоминания, но сегодня не тот случай. Послевкусие после ночи было не очень хорошим, надеюсь, не предчувствие чего-то неприятного сработало.

Почему-то сразу подумала об Эрике, не хотелось, чтобы он чего-нибудь учудил. Надеюсь, всё же приедет, хотелось поговорить, успокоиться.

Александра толком ничего не рассказала. Надо было у Рокотова газеты попросить. И вообще, покупать в ближайшее время новые, вдруг всплывёт интересующая информация.

Мысль была обратиться в администрацию, но подумав, решила, что логичней спросить в библиотеке. И Юрий Андреевич не станет задавать ненужные вопросы. Управлюсь с тренажёрами и зайду туда.

С семьёй Рокотовых решили встретиться у женского зала в восемь утра, поэтому я особо не торопилась. Позавтракала и отправилась заранее.

В зале горел свет. На фасаде и всех окнах я распорядилась повесить гирлянды, чтобы возвратившиеся студенты восприняли нашу затею именно как подарок. Возле здания уже стояла пара любопытных девушек. Такие же ранние, как я.

— С Рождеством! — поздравила я их.

— С Рождеством, Анастасия Павловна! — я уже привыкла, что меня все знают.

— Хотите посмотреть, что внутри?

— Конечно, — ответили хором. Я их пригласила.

Внутри уже кипела работа, собирали мебель, женщины намывали стёкла на окнах и зеркалах.

— Нам сказали, что это для девушек зал. Правда? — спросила одна из студенток.

— Да. Решили для желающих усилить физическую подготовку, — ответила я.

— Зная нашего ректора, желание быстро перерастёт в обязаловку, — хохотнула другая, первая на неё цыкнула. — Не шикай, я только за. Вот где эта хореография сидит, — она показала жестом на горло. — Я дома любила на велосипеде ездить, а здесь не принято кататься по территории академии, — вздох сожаления. Взяла на заметку. — Простите, задница совсем жиреет от такого образа жизни, а за лето не исправишь.

— А вы какой курс? — спросила я.

— Четвёртый.

— Кто по профилю?

— Огонь… воздух… — ответили по очереди.

Без спроса приложила им руку к груди, они не стали возмущаться. У одной из девушек уже проклюнулся менталист, о чём я и объявила. Она побледнела.

— А меня не заберут в надзорники? — девушка явно испугалась.

— Нет. Хочу спросить о каком даре мечтаете? — решила поиграть.

— Огонь, — воздушница чуть не задохнулась.

— Я землю хочу, а получу менталиста, — девушка чуть не плакала.

— Земли у меня пока нет, но огонь и целителя могу дать.

Студентки не поняли, что я им сказала, пришлось объяснить. Тем более Рокотов одиннадцатого числа собрался объявить об этом всей академии.

— Я научилась передавать свои дары, покамест только три, — пока девушки соображали, я задумалась об одном нюансе. Ни Рокотова, ни Сотникова не смутило, что они теперь имеют больше даров, чем у меня. И мне это на руку, пусть считают меня слабей, меньше внимания к самой личности.

— Это шутка? — наконец-то хоть какая-то реакция от огневички.