Чтение онлайн

— Я не уверена, что женщина, которая их родила, знает точно, кто их отец. Сама же она лишена родительских прав. И я бы не спешила называть ее матерью.

— Значит, в законном браке эта женщина не состояла?

— Это абсолютно точно. Можете мне поверить.

— Если решите вопрос положительно, мы к вашим услугам. Еще раз повторяю, никаких препятствий, чтобы сестры виделись и общались, мы чинить не будем.

Тут в игровую совсем некстати ввалился Крокодил, за ним семенила воспитательница.

— Виктория Павловна, тут гражданин вас ищет, — сказала воспитательница.

— Добрый день. Вам кого? Я сейчас занята.

— У вас здесь должны проживать девочки Косаревы. Ольга и Катерина, — буркнул Крокодил.

— Да, девочки живут и воспитываются в нашем детском доме. Почему вы ими интересуетесь? — спросила директриса.

— Я давно их ищу. Может быть, всю жизнь. Дело в том, что я — их отец.

Виктория Павловна совсем растерялась. Наконец взяла себя в руки.

— Извините, кто вы? — спросила она.

Крокодил протянул ей паспорт со словами:

— Топорков Виктор Мефодьевич, отец сестер Косаревых, Ольги и Катерины.

— Вы же сказали — отец неизвестен? — осторожно уточнил усыновитель.

— Правду сказала. Был не известен до этой минуты. Но, похоже… — Виктория Павловна повернулась к Крокодилу: — Не пойму, вы муж Косаревой?

— Нет. Ну да, не совсем, — вынужден был признаться Крокодил. — Я ей был гражданским мужем, ну, типа сожителем. Девчонки — мои. И раз мать у нас с законом не подружилась, я как отец должен исполнить родительские обязанности.

— Вы где живете?

— В Радужном проживаю. Работаю истопником в бане. Зарплату получаю, вот справка с места работы, — предъявил Крокодил документы. — Могу доказать права на детей. Вот метрики.

— Кажется, я сейчас с ума сойду, — простонала Виктория Павловна. — Откуда вы их взяли?

— Мать ихняя дала, Косарева Нэ Фэ, — пожал плечами Крокодил.

— А где же сама Косарева?

— А я почем знаю? — начал раздражаться Крокодил. — Освободилась из мест не столь отдаленных, забила мне стрелу, передала документы, и — всё.

— То есть исчезла?

— А она нам и не нужна. У ней родительских прав нет. А я хочу их получить. И готов их реализовывать на деле. У меня баба хорошая есть, мать приемная девчонкам будет, что надо.

— Откуда известно, что вы отец?

— Не веришь… те? — поправил себя Крокодил. — Я могу экспертизу пройти. Вот справку из поликлиники принес, что здоров. На всякий случай. А приступить к отцовству могу прям сразу, в зоопарк там отвести, леденцов купить.

— Виктор Мефодьевич, зайдите, пожалуйста, в кабинет, там поговорим, — предложила Крокодилу Виктория Павловна.

Он вышел первым, а Виктория Павловна шепнула воспитательнице:

— Позвоните в милицию, Петрову. Скажите, пусть едет немедленно в детдом.

А сама пошла к Крокодилу. Долго-долго тщательно изучала его паспорт, метрики, справки, тревожно поглядывая на дверь.

— Это все очень неожиданно. Мы не знали, что у девочек есть отец, — объяснила она свое молчание.

— Я хочу детей поскорей забрать, — торопился Крокодил. — Я человек простой, с бумажками возюкаться не умею, вы просто мне скажите, какие нужно предоставить, — я и пособираю. А сейчас, может, пойду уже?

Виктория Павловна занервничала. Но туг наконец появился Петров. Крокодил вскочил, но милиционер преградил ему путь.

— Гражданин Топорков? Уж не думал, что мы тут встретимся. По всему Радужному вас ищу.

— Зачем меня искать? — засуетился Крокодил. — Я сам пришел. За детьми своими.

— Задерживаю вас как подозреваемого в похищении детей, — объявил Олег Иванович.

— Я пришел своих детей забрать, своих родных дочек, мне чужих похищать не надо, — лепетал Крокодил.

— Вот и расскажете все это в отделении милиции. Пройдемте.

Диана спать не ложилась, побежала к Артему, крепко сжимая в руках книгу, написанную ее отцом.

— Артем Эдуардович, твоя леди Диана к нам пожаловала, — толкнул Артема один из байкеров.

— Народ, здорово! — запыхавшаяся Диана отдышалась и выпалила: — Тём, можно тебя на минутку? У меня потрясающая новость!

— Салют, Ди, — махнул рукой Артем. — Сейчас нельзя ни на минутку. Подожди, плиз.

— Я-то подожду, а потрясающие новости ждать не умеют, — надулась Диана.

— Ты что-то вычитала в книге? — насмешливо хохотнул Артем.

— Практически. Тём, эта новость — космического масштаба. После нее моя жизнь абсолютно изменится. И твоя, похоже, тоже.

— Ди, сбавь обороты и излагай. Но в трех словах.

— Ладно, в трех, так в трех. Нашелся. Мой. Отец. Мама считает, что я должна поехать в город и познакомиться с отцом. И побыстрее, чтобы заодно успеть подать документы в институт.

— Отличная идея! Что ты решила?

— Я сделаю, как ты скажешь.

— Нет уж, Ди, я в институт поступать не буду, — засмеялся Артем. — Все, что мне нужно, я давно выучил.

Артем, не шути со мной! Ты представляешь, что у меня в голове происходит? Жила себе, бац — отец! И еще не простой, а писатель. — Диана потрясла книгой. — Мама вчера так нервничала, плакать начала. Боялась, что я не пойму ее «опрометчивого поступка».

— Надеюсь, ты поняла? Не было б этого поступка, не было бы и тебя на свете.

— Мне даже посоветоваться не с кем! — всхлипнула Диана. — У меня пока еще нет отца! Мама на нервах, ее грузить нельзя. Поэтому я тебя спрашиваю: ехать?

— Конечно, ехать! — не сомневался Артем. — Мама права. С отцом знакомиться нужно, в институт поступать нужно. Мама всегда права.

— Но я не хочу с тобой расставаться! — разрыдалась Диана.

— И не надо. Предлагаю свои услуги в качестве извозчика. Тем более что в городе у меня накопились кой-какие дела, да в таком количестве, что даже пожить там могу некоторое время.

Диана улыбнулась сквозь слезы:

— Тём, только маме не говори, что ты со мной. А то передумает и не отпустит.

Борюсик вообще любил поговорить. Особенно с пациентками. Он объяснял им, что мезотерапия — это введение препарата непосредственно в проблемную зону, что это совсем не больно, что эффект от уколов поразительный, что молодость будет еще долго-долго, потом придет зрелость, которую можно будет заметить лишь по выражению глаз, но тут уж, как говорится, медицина бессильна. Но сегодня он предложил очередной пациентке странный тест.