Чтение онлайн

Она кивнула.

– Безусловно. И вы все обсудите с ним, когда я вас пропущу.

Она пожала плечами.

– К тому же, если ему хотелось его убить, он уже сделал это.

Нам оставалось только ждать. Было ясно, что Халька нас не пропустит. Когда мир в очередной раз рвется на две половины, каждый выбирает свою. И Халька не поколебалась в выборе. Добро, зло, справедливость для нее были абстрактными понятиями. А Иштван был ее другом.

Я подумала, а что я знаю о нем? Мы столько времени живем и сражаемся рядом. Я знаю, что он умный, любит читать и некрасивый. Впрочем, иногда, когда он откидывает волосы назад и не кривит презрительно губы, когда он не бывает угрюм и чем-то озабочен, то выглядит, если не хорошеньким, то, по крайней мере, по-детски трогательным. Малгося называет его «очаровательным ребенком», и зовет просто Иштик, и он позволяет ей это. Только ей, хотя вряд ли питает к ней особо нежные чувства. А вот Орлу он действительно уважает, здоровается с ней, несмотря на время суток, всегда «Trachannona maith agat» - «Добрый вечер», единственное, что знает по-ирландски…

Хотя все это уже в прошлом. В сущности же, я о нем ничего толком не знаю. И, наверно, не придется что-нибудь узнать. Если можно бы было что-то исправить! Но для этого пришлось бы повернуть время вспять, не совершать глупых ошибок. Сколько раз нам в жизни выпадает шанс пойти по другому пути, но мы почему-то никогда его не используем. Хотя Анджей Старший, вроде бы пытается что-то сделать…

========== 6. Тайна пещеры Иштвана ==========

Все-таки итальянцы схватили Иштвана, хотя мы так надеялись, что этого не произойдет. Но недаром их отряд считался лучшим, и Христан поручал им только самые ответственные задания. Я не знаю, где они его настигли, и как им удалось с ним справиться, но факт в том, что на пятый день после нашей беседы в горах, его приволокли связанного в лагерь.

И мы ничего не могли поделать. Тут Христан был в своем праве. Иштван убил двоих его людей, по крайней мере, одного точно, и Христан мог его казнить или покалечить и сделать рабом, а мы не смели даже заступиться. Тогда он и нас мог бы обвинить в пособничестве убийце. Трудно было даже представить себе, что во Взводе казнят человека из Легиона, хотя если разобраться, Иштван был предателем и отступником. Но об этом почему-то никто не вспоминал. Все знали только, что Иштван был нашим, а теперь русские хотят его убить.

Нам удалось поговорить с ним напоследок, когда итальянцы вели его мимо нашего лагеря к русским. Мы с Халькой бросились им наперерез. Один из итальянцев, Энрико преградил нам путь и даже попытался удержать Хальку рукой - она шла прямо на него.

– Отойди, - сказала Халька сквозь зубы, - нам надо поговорить с ним.

– Нет, - спокойно ответил Энрико, - нельзя.

По-русски он говорил хоть и медленно, но чисто, почти без акцента.

Итальянцев было всего семеро, самый маленький отряд, но каждый из них семерых же и стоил. Красавец Энрико, угрюмый Пьерлуиджи, невозмутимый Марко, грузноватый Марио, очень некрасивый Бруно, совсем юный Доменико и слишком молчаливый для итальянца Эвальдо, который казался мне самым симпатичным из всех.

Но сейчас они все мне были одинаково неприятны. Особенно Энрико с его самодовольным видом и Пьерлуиджи, который был у них командиром. Видимо Халька испытывала те же чувства, но она умела держать себя в руках.

– Мы же не пытаемся его освободить, - сказала она, явно сдерживаясь, чтобы не дать Энрико по смазливой роже.
– Но поговорить с ним, вы запретить не можете. Он же наш.

– Да уж, попробовали бы вы его освободить!
– пробормотал Доменико.

– Дурак, - холодно огрызнулась Халька.
– Думаешь, я вас испугалась? Я просто знаю закон. И знаю, что вы не можете нас к нему не пустить.

– Да пусть они попрощаются, - сказал Марио.
– В самом деле.

Я думаю, Пьерлуиджи с гораздо большей охотой послал бы нас подальше. Но ссориться с Легионом ему не хотелось. Кроме того, он и так был победителем.

Сами итальянцы ехали всю дорогу верхом - Иштвана вели на веревке. Именно вели, а не тащили. И хотя ехали они не слишком медленно, Иштван умудрялся идти и не падать. Даже когда остановились, он удержался на ногах, хотя и с трудом. И только когда Бруно резко потянул за веревку, на которой его вели, он упал на колени.

– Отдохни, - хмыкнул Бруно.

Остальные засмеялись.

Халька побледнела и, оттолкнув Энрико, бросилась к Иштвану. Я подошла следом. Иштван поднял голову, привычным движением тряхнул волосами, отбрасывая их назад. Выглядел он бледнее обычного, хотя всегда был очень бледным. Все лицо его было залито кровью. Я сначала подумала, что он ранен в голову или его так избили, но потом поняла, что у него вырваны зубы - клыки.

– Подонки, - сказала Халька.

– Этот гаденыш мне чуть горло не перегрыз!
– возмутился Марко. Я только сейчас заметила, что шея у него перевязана.
– Так вцепился, что минут пятнадцать оторвать не могли. А нам пришлось заночевать с ним в горах. Что ж вы хотели, чтобы он нас ночью высосал?

– Чтобы тебя высосать, ему и пятнадцати минут хватило бы, - хмуро бросила Халька.
– Зря он тебя пожалел.

– Нет, - голос у Иштвана был совершенно ровным.
– Не пожалел. Просто противно стало, не смог себя пересилить… Знали бы вы, какая у него мерзкая кровь.

– Я тебе это припомню, - сказал Марко.

Халька резко обернулась

– Может, отойдете и дадите нам поговорить?

– Размечталась, - хмыкнул Пьерлуиджи.
– Говорите при нас.

– Не надо, - сказал Эвальдо.
– Не надо ссориться. Нам не трудно отойти, не так ли, Луиджи? Своих союзников нужно уважать. Вы отойдите, а я покараулю.

Он обернулся к Хальке.

– Совсем оставить его без присмотра мы не можем, и не просите. Но так вам все равно будет проще.

Халька холодно кивнула. Благодарить она не собиралась.

Я подумала, а ведь мы могли бы освободить Иштвана, если бы захотели. Вот только вернуться после этого в Легион мы бы уже не смогли.

Халька обняла Иштвана и помогла подняться на ноги.

– Как же так, - сказала она, пристально глядя на него.
– Как же ты им попался?

– Бывает.

Он пожал плечами, вернее, попытался - мешали связанные в локтях руки.

– Они теперь убьют тебя.

– По крайней мере - попытаются…

Халька застонала.

– Если бы я могла… хоть чем-то тебе помочь…

– Не переживай, я не боюсь никого из них. Даже Людвига. Не говоря уже о Христане и этих идиотах.

Все-таки ему было трудно говорить, он уже начал задыхаться. Халька сказала мне, не оборачиваясь.

– Иди, Лин. Все. Нам надо побыть наедине.

Я это понимала.

– Прощай, Иштван.

– Подожди… Лин!

Он тяжело дышал, опираясь на Хальку. Я подумала, что еще немного, и он потеряет сознание.

– Alli… - сказал он вдруг.
– Alli, donde encontramos… Te acuerdas?

Халька посмотрела на него с удивлением. Даже мне показалось, что он бредит.

– Donde ablabamos, - настаивал Иштван.
– Aquel lugar, comprendes?

Я, наконец, поняла. Иштван пытался говорить со мной, по-испански, правда слова он подбирал с трудом.

– Que? Que hay aca?