Чтение онлайн

— Бионический скафандр. Они нам понадобятся. Защищает от вакуума, излучений и других типов урона, — пояснила Файре, продолжая демонстрировать возможности биостилхата. — Не требует обслуживания и расходников. При незначительных повреждениях регенерирует за счет собственного запаса нанитов. Обеспечивает владельца кислородом, водой и питательными веществами.

Найг. Нехорошо все складывается. Экипировка, конечно, классная, учитывая, что придется распрощаться с ипостасью «древнего». Но скафандр — изделие морфа. У него наверняка есть незаявленные опции. Например, способность чтения моей нейроматрицы.

Паранойя? Нет. Пожалуй, разумная осторожность. Достичь цели и в самый неподходящий момент вдруг оказаться заложником бионической оболочки?

— Интересная вещь, но откажусь.

— Ты мне по-прежнему не доверяешь?

— А должен?

— Дело твое, — Файре, похоже, обиделась, хотя, мои знания в области психологии морфов равны нулю. Так что нечего выдумывать.

— В общем так. Геном путешественника в обмен на убежище для пленников и биостилхат, способный автоматически воплотиться в мою человеческую ипостась.

— Да. Согласна.

Я транслировал ей матрицу. Файре просмотрела полученные данные, вздрогнула и спросила:

— Это еще что за урод?

— Амреш. Разумное существо из системы Дарг. Внесен в базу данных «Призрачного Сервера» — ближайшего известного мне узла межзвездной сети. Проблем с выходом из экстрамерности и путешествием между системами у тебя не возникнет.

— Но я…

— Рассчитывала получить человеческий геном? Извини. Мне не нужен двойник, путешествующий по сети. Ты хотела обойти ограничения, наложенные на твою расу? Я даю такую возможность. Выйдешь из экстрамерности в обличье амреша, а дальше уже по своему усмотрению изменишь облик на «психологически совместимый».

Файре зло сверкнула глазами.

— Ты и вправду «вандал»!

— Извини. Не та ситуация, чтобы идти на поводу у слабостей. Думай.

— Она — твоя слабость?

— Фай, тебе не все равно?

— Глеб, ну нельзя так поступать с девушкой!

— Ты мне не девушка. И вообще не понимаю, о чем мы спорим? Я же ясно сказал: система читает нейроматрицу и сравнивает ее с носителем. По-твоему, человеческий облик и образ мышления морфа как-то стыкуются?

— Да.

— Поясни, пожалуйста? — я вскинул взгляд.

Она в ярости. Это ощущается.

— Ты ровным счетом ничего не знаешь о морфах! Но… — ее губы дрогнули. Файре порывисто села в кресло. — Но я все же попытаюсь. Жизнь на нашей планете развивалась в очень сложных условиях и часто принимала крайние формы. Представь, какой должна быть среда обитания, чтобы естественный отбор привел к появлению существ, способных копировать ДНК конкурентов и перевоплощаться?

Я лишь отрицательно качнул головой. Фантазировать нет смысла.

— В определенный момент морфы разделились на две эволюционные ветви: «доминаторов» и «менталов», — продолжила Файре. — Доминаторы изначально шли путем агрессии. Проще говоря, они копировали верх пищевой цепи, перевоплощаясь в наиболее сильных хищников. Менталы действовали иначе, внедряясь в среду социальных существ, принимая облик тех, кого станет защищать группа. Например, в детенышей или самок, — я сейчас утрирую и обобщаю, на самом деле все намного сложнее и тоньше.

— Ну, в общих чертах понятно.

— В конечном итоге обе эволюционные ветви морфов спустя миллионы лет развития вновь объединились в один вид, — тогда и зародилась наша цивилизация. Доминаторы по-прежнему олицетворяли силу, менталы же развивались по пути науки.

— Насколько понимаю ты принадлежишь к менталам?

— Да. Я ментал. Одиночество для нас равносильно смерти, а грубая сила, как у этого «путешественника», — она с пренебрежением взглянула на туманные очертания амреша, — не мой инструмент выживания. Хотя, признаюсь, используя запрограммированный биостилхат, я могла бы попытаться сочетать в себе оба эволюционных наследия, но не хочу рисковать. Понятия не имею, к чему это приведет.

— Хорошо. Допустим, я тебя понял. И даже проникся проблемой. Но ты не ответила на главный вопрос. Для ясности приведу личный пример. Оказавшись здесь, я был вынужден использовать тело древнего. Но при этом ни на минуту не перестал ощущать себя человеком. А теперь поясни, в чем между нами разница? Обретя человеческое тело, ты останешься морфом. Любая система распознает подлог.

— Особенность моей эволюционной ветви ведет не к поверхностной мимикрии, или примитивному физическому копированию. Менталы перевоплощаются полностью.

— Но ты ведь понятия не имеешь, что значит быть человеком, — возразил я.

— Сейчас не имею. Потому что нахожусь в форме мимикрирующего аватара. Но, реализовав геном, я получу человеческую биохимию, человеческую сенсорику, и что главное — базовые врожденные инстинкты. Да, я сохраню свои знания, но ментально и физически стану человеком, окажусь в привычной для себя среде, не сойду с ума от одиночества, ведь рядом будешь ты, Кейл, и даже Ржавые, которые имеют много общих черт, словно вы — родственные виды.

Ее краткое, но достаточно информативное пояснение заставило меня глубоко задуматься.

Силой можно добиться многого. Покорности, крох знаний, трофеев. Но ты никогда не будешь застрахован от удара в спину.

Другое дело — доверие. Трудная стезя, особенно когда речь идет об инопланетном существе с неизвестной семантикой.

Да. У меня есть второй геном. Цифровая копия биометрического микрочипа, который я однажды выкрал. Это было очень давно, в пору юности, еще до «Хрустальной сферы» и «Призрачного сервера», до появления первых нейроимплантов.

Геном принадлежит девушке. Мы были очень близки, пока нелепый несчастный случай не оборвал отношения. Чип я хранил, как память, даже не подозревая, что под воздействием технологий Ушедших однажды он станет информационным фрагментом моей нейроматрицы.

— На полную ментальную трансформацию у меня уйдет несколько часов, не больше, — произнесла она, вырвав меня из омута воспоминаний.

— Фай, не дави, ладно?

— Хорошо. Не буду. Но мы могли бы начать со взаимного доверия.

— Это как?

— Для полного перевоплощения мне потребуется рабочая копия человеческой версии нейроимпланта. Сможешь установить в него блок или какой-то ограничитель, чтобы я не могла влезть в твои мысли, даже если захочу?

— Да, смогу.

— Тогда сделай.

Пока Синапс решал поставленную перед ним техническую задачу, я мысленно прикидывал все «за» и «против».

Файре в человеческом обличье осложнит путь. Я буду вынужден защищать ее, но теперь хотя бы пришло понимание, почему она не тянет агрессию.