Чтение онлайн

Бастилла, бывшая рабыня, и Сиарра встретили нас у входа в пещеру.

У их ног стояли тюки с вещами. На сумке с краю лежала моя кольчуга. Уходя из своей комнаты, я не стал доставать ее из шкафа, прихватил лишь меч.

Орег все предусмотрел.

– Орег, – с искренней благодарностью в голосе воскликнул я. – Что бы я без тебя делал!

Сиарра помогла мне надеть кольчугу – в этой тяжелой штуковине я всегда чувствовал себя привычно и комфортно. Выслушав мой краткий рассказ о Гарраноне, королевском указе и моих намерениях, Сиарра дважды приложила ладонь ко лбу. Это означало: Я одобряю твой план, Вард.

–  Хочешь поехать вместе со мной?

Лицо Сиарры осветилось счастливой улыбкой, и я даже не стал говорить ей о том, что вначале собирался подыскать какое-нибудь безопасное местечко, где мог бы оставить ее до лучших времен.

– Бастилла, прости, что не смог подарить тебе свободу в Хуроге, – сказал я, повернувшись ко второй женщине. – Но обещаю позаботиться о том, чтобы ты больше никогда не попала в рабство.

Бастилла ничего не ответила, лишь пристально оглядела меня с головы до ног.

Хорошо, что место, где мы условились встретиться с Аксиэлем, находилось на расстоянии полумили от замка, не дальше: Бастиллу мне пришлось всю дорогу нести на плечах. Она могла идти самостоятельно, но очень уж медленно.

Два больших валуна лежали у дороги, окруженной осиновой рощицей. Рядом с Аксиэлем и Пенродом, ожидавшими нас, стояли восемь лошадей. К спинам шести из них были прикреплены седла, двух других – вьюки с вещами.

Шесть седел, отметил я. Но нас всего пятеро!

– Я подумал, вам может пригодиться еще один человек, – сказал Пенрод.

Когда-то Пенрод служил в Синей Гвардии, принимал участие в военных действиях и, кроме того, упражнялся с воинами Стейлы вместе с другими конюхами и по сей день – и потому, что сам любил воинское искусство, и потому, что этого хотел отец. Он считал необходимым тренировать всех своих людей на случай нападения врага.

Трое человек, обученных военному делу, и один колдун, подумал я. Маловато, конечно, но для начала вполне неплохо!

– Мой заместитель скажет вашему дяде, что вы пришли в конюшню с какой-то женщиной, потребовали подготовить лошадей и приказали мне ехать с вами, – продолжил Пенрод.

– Неплохая мысль, – заметил Орег. – В таком случае они не станут разрушать Хурог с намерением достать из-под него свою рабыню. – Он протянул Пенроду руку. – Меня зовут Орег. Я кузен Варда. Мне нужно было спрятаться где-то, и Вард позволил мне пожить некоторое время в Хуроге. Я еду с вами.

Я с восхищением отметил, что Орег прекрасно вошел в придуманную мною для него роль, и представил ему Пенрода, потом Бастиллу – Аксиэлю и Пенроду. Я сделал это максимально быстро: стоило поторопиться.

– Нельзя терять ни минуты, – сказал Аксиэль. – Стейла пообещала, что попытается выиграть для нас какое-то время. Но мы и сами должны сделать все возможное, чтобы уйти от Хурога как можно дальше.

Мы занялись распределением лошадей. Я с удивлением заметил, что среди них – Нарцисс. Ездить на нем до сих пор представляло определенную опасность. Но я был искренне рад видеть его среди «своих».

Почувствовав на себе мой теплый взгляд, Нарцисс повернул голову, добродушно фыркнул, шагнул ко мне и уткнулся носом в мое плечо.

Была с нами и Перышко.

– Пенрод! Зачем ты ее взял? – удивился я. – Брать в поход жеребцов вместе с кобылой? Разве это допустимо?

Пенрод потрепал по шее собственного мерина.

– Когда на них надеваешь седло и уздечку, они понимают, что надо работать, – ответил он, улыбаясь. – И потом, эту кобылу нельзя бросать. Она с ума сойдет от переживаний.

Он был прав. На Перышке, кроме меня, могла ездить лишь Сиарра. А она с нами.

Я помог сестренке взобраться на широкую спину кобылы. Орег, как выяснилось, никогда не сидел верхом на лошади. А Пенрод, выбирая животных, не рассчитывал на это. Пришлось снять вьюки с одного из жеребцов. Он был прекрасно обучен правилам езды, но обладал очень спокойным нравом. Бастилла, к счастью, не впервые садилась на коня.

Столько людей вместе с лошадьми не могли просто так укрыться от посторонних глаз, поэтому об этом не стоило и задумываться. Главным для нас была скорость.

– Куда мы направляемся? – спросил Пенрод, когда мы двинулись в путь.

– На юг, – ответил я. – Сначала в Тирфаннинг. Если поспешим, сможем добраться туда к утру. Потом на каком-нибудь из грузовых судов поплывем в Сифорд. В один из главных его портов – возможно, это будет Ньютонбурн. А после направимся в Оранстон. И посмотрим, что в состоянии сделать.

Чем больше я отдалялся от Хурога, чем меньше чувствовал магию, обволакивавшую его плотным кольцом, тем хуже делалось на душе. Я знал, что скоро жизнь вообще покажется невыносимой, а потом станет легче. Но пустота не исчезнет, а на сердце будет лежать тяжкий камень. До тех пор, пока я не вернусь в Хурог. Наверное, мой отец не испытывал подобных эмоций, когда уезжал из этих мест, потому что при рождении не был одарен колдовскими способностями.

Суждено ли мне вернуться домой? – с тоской думал я.

– Ты сказал – Оранстон? – спросил Аксиэль, догоняя нас с Пенродом. – Почему именно Оранстон?

– Там назревает война, – ответил я. – Мне кажется, это для меня лучший, а может, и единственный способ вернуть Хурог. Вы вовсе не обязаны вместе со мной вступать в бой с бандитами.

К моему великому удивлению, Аксиэль, верный слуга моего отца, принимавший участие в многочисленных военных операциях, не сказал мне в ответ ни одной из тех благоразумных вещей, которые перечислил Орег, и не назвал мой план безумной затеей. Лишь улыбнулся, и его белые зубы блеснули в темноте.

– Для меня великая честь быть на войне рядом с тобой, мой господин.

– Не лучше ли нам идти сушей? – спросил Пенрод. – Люблю путешествовать по горным перевалам. Конечно, это более утомительно, но не придется мучиться от морской болезни.

За разговором мне было легче отвлечься от жутких ощущений, терзавших сердце: Хурог с каждой минутой оставался все дальше и дальше.

– Вообще-то сначала я вовсе не думал о морском пути. Что ж, дойдем до Тирфаннинга, впишем наши имена в список пассажиров какого-нибудь корабля, и пусть Гарранон плывет за нами по морям. А как нам лучше действовать на самом деле, мы решим утром, в Тирфаннинге.