Чтение онлайн

Миллиард. Сотни миллионов. Цифры прыгали в голове, точно воздушные шарики.

– Так вот скажите мне, – продолжал тем временем Рик, – банкротство или сказочное богатство… стоящий мотив для убийства?

Часть меня хотела оказаться как можно дальше от этого человека и того, что он говорил, но еще бoльшая часть хотела узнать больше.

– Если предположить, что хотя бы часть сказанного вами правда, как же, по вашему мнению, он ее убил?

– Мое предположение? Он накачал ее наркотиками до бессознательного состояния, отнес к воде и держал, пока в легких не осталось воздуха.

– Или он может говорить правду – и ваша сестра утопилась сама.

Рик только пренебрежительно хмыкнул.

– Моя сестра участвовала в соревнованиях по плаванию. Мы выросли во Флориде, она практически жила в воде, точно русалка. Она не могла утопиться, даже если б захотела. – Его голова снова дернулась. Ну точно марионетка. – Нет, Джейн, утонуть она могла только в одном случае. Если он утопил ее. Хотя, конечно же, он мог убить ее каким-то другим способом, а потом избавиться от тела.

Я перевела взгляд на пастельный рисунок на стене за ним. Стул с мягкой обивкой, на ручке – белая блузка. Будто женщина собиралась вот-вот вернуться, но так и не пришла.

– Вы знали, Джейн… – понизив голос до зловещего шепота, продолжил Рик, – что он уже начал процесс, чтобы мою сестру признали умершей?

– В самом деле?

– Несколько недель назад он подал заявление в суд.

Неужели правда?

– Но вы могли бы помочь мне, Джейн. Помочь добиться справедливости для моей несчастной сестры. – Сейчас мужчина вел себя чрезвычайно обольстительно, чтобы нельзя было устоять. Ну или, во всяком случае, пытался. – Полиция по-прежнему его подозревает. Они так же, как и я, уверены, что он виновен. Но окружной прокурор никогда не предъявит обвинения без железобетонных доказательств. Вы могли бы помочь мне их найти.

Я резко покачала головой:

– Нет.

Он накрыл мою ладонь своей.

– Вы очень привлекательная, Джейн, знаете? Вы могли бы использовать это против него. Он никогда не мог устоять перед хорошенькими девушками.

Я выдернула руку.

– Если вы будете с ним милой… у него необъятное эго. В подходящих обстоятельствах, если вы сумеете его очаровать, он не сможет устоять перед возможностью похвастаться своими подвигами. – Его мурлычущий голос звучал все более соблазняюще, чуть ли не лаская, и по коже поползли мурашки.

Я поднялась на ноги.

– Соболезную вашей потере, но ничем помочь не могу.

Все очарование тут же исчезло с лица Рика, точно его стерли, а губы растянулись в бескровной ухмылке.

– Знаешь, Джейн, если ты раскопаешь что-то, то станешь очень важным свидетелем. Тебя обязательно вызовут в суд и, если что-то скроешь, предъявят обвинения в препятствии правосудию.

– Спасибо за предупреждение. И за коктейль. – Я уже повернулась к выходу, но остановилась, услышав:

– Твой друг ходит по очень тонком льду.

– Давайте проясним. Я едва знаю Эвана Рочестера.

– А я не про него. Я про твоего настоящего друга, Отиса Фэрфакса.

Меня кольнуло дурное предчувствие.

– Что он сделал?

– Солгал полиции. О том, где был той ночью. Его могут посадить – мне будет так жаль, Джейн. И мне бы ужасно не хотелось, чтобы то же самое случилось с тобой. – Он издевательски поднял бокал, прощаясь.

До «Ауди» я дошла так быстро, как только смогла. Открыв бардачок, откинула в сторону помаду и вытащила стопку документов. Две толстые книжечки и сложенный файл – соглашение на аренду «Ауди S5» от «Ауди Монтерей». Арендатор – Эвандер Эдвард Рочестер.

Рик солгал о том, что Беатрис ее купила, а Эван сказал правду.

Очевидно, нельзя было верить ничему, что говорил Рик Мак-Адамс, – включая то, что у Отиса могут быть проблемы с полицией. Это все блеф. Отис даже не был в Торн Блаффсе, когда Беатрис исчезла.

Или был? Я попыталась вспомнить, что же конкретно он сказал: «Я сто лет как ушел оттуда». А зная Отиса, «сто лет» могут быть как неделями, так и десятилетиями.

Я набрала его номер. Ну же, возьми трубку, возьми…

– Да? – На заднем фоне был слышен шум машины. Он ехал в своем стареньком «Приусе».

– Это был ее брат! – воскликнула я. – Тот, кто меня преследовал!

– А? Чей брат?

– Беатрис. Ну помнишь, я рассказывала, что меня преследует синий «Рэндж-Ровер» с женщиной за рулем? Так это была не женщина. Это был брат Беатрис, Ричард Мак-Адамс.

– Ого, погоди! Как ты узнала?

– Потому что он снова ехал за мной и я только что пила с ним коктейль.

– Ого, – повторил он.

– Ты в своей машине? Куда едешь?

– В Сан-Франциско на ночь. Так что этот Мак-Адамс сказал?

– Он считает, что Эван убил его сестру. Говорит, Эван бил ее, а потом сказал, что она упала с лестницы. А потом он запер Беатрис в лечебнице против ее воли и представил все так, будто у нее суицидальные наклонности, чтобы получить алиби.

– Все чушь. Этот парень скажет что угодно, лишь бы заполучить долю Беатрис. И, слушай, Эвану ничего не говори. Он его ненавидит, а тут может сорваться.

– И что сделать?

– Не хочу даже представлять. Просто не говори ему.

Я помедлила.

– Отис… а полиция допрашивала тебя о произошедшем?

– Меня? Эм… да. Один раз, их было двое, мужчина и женщина. Они спрашивали, что мне известно, где я был и все такое.

Сердце сжалось.

– Я думала, ты тогда еще жил в Окленде.

– Нет, я уже приехал в Торн Блаффс. Ну, то есть, когда Беатрис утонула, меня здесь не было, так что у них нет права меня доставать.

– С твоих слов я поняла, что вы никогда не встречались.

– Я так никогда не говорил. Ну, то есть я действительно ее не знал. Она почти все время была наверху или в Морской комнате, за ней наблюдала Аннунциата. Иногда она выходила и бродила по дому, но всегда была под таблетками, и Аннунциата быстро отводила ее в комнату.

Рик Мак-Адамс так и сказал: «Та парочка, Сандовалы, были вроде надсмотрщиков».

– И ты мог бы подтвердить, что ее держали взаперти, отрезанной от мира?

– Эм… не знаю. Она же совсем сбрендила, была способна на что угодно.

– А потом, после того как она утонула, когда Эван уже жил в доме в Сан-Франциско, ты жил здесь без него?

– Нет, я поехал с ним. Шикарный дом. Жаль, что пришлось сдать его в аренду.

Я вздохнула.

– Отис, скажи, есть ли что-то, о чем ты не рассказал детективам? Я имею в виду, о чем специально умолчал?