Чтение онлайн

— Ты постоянно выкидываешь такие штучки? Сигаешь с крыш, чтобы людей пугать?

Его ухмылка сделалась шире, но он ничего не ответил. Он отвернулся от Ханны и метнул мячик в стену.

Цок.

— Ты падал головой вниз, — сказала Ханна. — Как тебе удалось приземлиться на ноги?

Дэнни хохотнул.

— Волшебство, — лукаво ответил он.

— Но… но…!

— Ханна! Ханна!

Она повернулась и увидела маму, зовущую ее с заднего крыльца.

— В чем дело? — крикнула Ханна.

Цок.

— Мне нужно отлучиться на час. Ты бы не могла позаботиться о Билле и Гербе?

Ханна снова повернулась к Дэнни:

— Мне пора. Увидимся.

— Увидимся! — отозвался он с лукавой улыбкой.

Цок.

Ханна слышала стук мяча по кирпичной стене всю дорогу до дома. И вновь ей представился Дэнни, падающий с крыши.

Как ему это удалось? — недоумевала она. Как он сумел приземлиться на ноги столь бесшумно?

— Я буквально на часик, — сказала мама, роясь в сумочке в поисках ключей от автомобиля. — Как там на улице? Сегодня вечером должно быть облачно, временами дождь…

Еще один прогноз погоды, подумала Ханна, закатывая глаза.

— Уж как-нибудь постарайся, чтобы они дружку не поубивали, — сказала миссис Фэйрчайлд. Она нашла, наконец, ключи и застегнула сумочку.

— Это был Дэнни, — сказала Ханна. — Новенький, который живет по соседству. Ты его видела?

— Ага. Извини. — Миссис Фэйрчайлд поспешила к двери.

— Так ты его не видела? — крикнула Ханна ей вслед.

Сетчатая дверь захлопнулась.

Тут подбежали Билл с Гербом и потащили Ханну в свою комнату.

— «Змеи и лестницы»! — потребовал Билл.

— Ага. Давай играть в «Змеи и лестницы»! — поддержал его Герб.

Ханна опять закатила глаза. Она ненавидела эту игру. Ничего скучнее «Змей и лестниц» она не знала.

— Ладно, — со вздохом сдалась она и опустилась на ковер напротив близнецов.

— Йэ-э-эй! — восторженно завопил Билл, раскрывая игровую доску. — Ты играешь?

— Угу. Я играю, — с несчастным видом отозвалась Ханна.

— А можно мы будем жульничать? — спросил Билл.

— Ага! Давайте жульничать! — с восторженной ухмылкой подхватил Герб.

После ужина близнецы отправились наверх и там устроили оживленный спор с родителями, выясняя, кто последним будет принимать ванну. Оба всеми фибрами своей души ненавидели мытье, и каждый по мере сил отстаивал свое право проходить эту процедуру последним.

Ханна помогла убрать со стола посуду, после чего отправилась в гостиную. Подходя к окну, она думала о Дэнни.

Раздвинув шторы, она прижалась лбом к прохладному стеклу и посмотрела на его дом.

Солнце садилось за деревья. Дом Дэнни отбрасывал тяжелую, темную тень. Окна закрывали шторы и жалюзи.

Ханна вдруг поняла, что никогда не видела никого в самом доме. Ни разу не видела, как Дэнни заходит в дом или выходит оттуда. Ни разу не видела, чтобы вообще кто-нибудь выходил.

Ханна попятилась от окна, напряженно раздумывая. Она вспомнила утро, когда познакомилась с Дэнни — после того, как он врезался в нее на заднем дворе. Они разговаривали — а потом он будто растворился в воздухе.

Она вспомнила, как он словно бы исчез в тени у стены своего дома, как сильно ей пришлось напрягать глаза, чтобы его разглядеть. Она вспомнила, как плавно он спланировал с крыши, как бесшумно приземлился.

Бесшумно, как призрак.

— Ханна, ты что? — вслух укорила она себя.

Опять сочиняешь истории с привидениями?

Внезапно у нее в голове возникло множество вопросов.

Как Дэнни и его семье удалось переехать сюда так, что она ничего не заметила? Как мог он учиться в ее школе — в ее классе! — а она ни разу его не видела?

Как получилось, что она не знает его приятелей, а он не знает ее друзей?

Чертовщина какая-то, подумала Ханна.

Я ведь ничего не вообразила. Я ничего не выдумала.

Что если Дэнни и в самом деле призрак?

Если б только она могла с кем-нибудь поговорить, хоть с кем-нибудь поделиться своими соображениями насчет Дэнни! Но все ее друзья разъехались. А родители о таком и слушать не станут.

Я должна сама это себе доказать, решила Ханна. Я буду за ним наблюдать. Я буду его изучать. Я буду следить за ним. Я буду шпионить за ним.

Да. Я буду шпионить за ним.

Вот сейчас пойду и загляну в окно его кухни.

Она вышла на заднее крыльцо и захлопнула за собой наружную дверь. Стоял тихий, безветренный вечер. Бледный осколок луны висел над двором в ярко-синем небе.

Когда Ханна широкими, торопливыми шагами шла через задний двор, вокруг нее завели свою громкую песню сверчки. Дом Дэнни маячил впереди — темный приземистый силуэт на фоне вечернего неба.

У задней стены по-прежнему стояла лестница.

Ханна пересекла дорожку, разделявшую их дворы. С колотящимся сердцем она прокралась через лужайку и поднялась на бетонное крылечко. Дверь кухни была закрыта.

Она подошла к двери, приблизила лицо к окну, заглянула в кухню… и обомлела.

Там, за окном, стоял Дэнни и смотрел прямо на нее.

— Ой! — вскрикнула она и чуть не свалилась с узкого крылечка спиной вперед.

От удивления Дэнни широко раскрыл глаза.

У него за спиной Ханна разглядела накрытый стол, уставленный ярко-желтой посудой. Высокая, стройная блондинка — очевидно, мать Дэнни, — доставала что-то из микроволновки на кухонной стойке.

Дверь распахнулась. Удивленное лицо Дэнни выглянуло во двор.

— Привет, Ханна. В чем дело?

— Ни в чем. Я… э… ничего, правда, — пролепетала Ханна. Она чувствовала, как лицо наливается жаром, и знала, что покраснела до корней волос.

Дэнни посмотрел ей в глаза. Его губы изогнулись в усмешке.

— Ну, хочешь зайти, или как? — спросил он. — Мама накрыла на стол, но…

— Нет! — воскликнула она, пожалуй, чересчур громко. — Я не… я не имела в… я…

Выставила себя круглой идиоткой! — подумала она.