Чтение онлайн

Мгновение и оказалась в крепких руках. Макар прижал меня к себе так сильно, что кислорода не хватало. Прижалась к нему и зажмурилась. Лихорадочно цеплялась пальцами за шею, плечи и не могла поверить в то, что это реальность. Все сомнения, страхи и мысли улетучились. Одна истина пульсировала в голове. Макар — тот, кто мне нужен. Только рядом с ним мое сердце будто ожило от спячки, кровь неслась по венам быстрее, а внутри стало тепло и уютно. Мир снова исчез… Потянулись друг к другу навстречу. Ощутила на своих губах его влажные губы и чуть не умерла от переизбытка адреналина. Макар зарылся руками в мои волосы, пропускал пряди через пальцы. Его язык немного грубо ворвался в мой рот, а меня накрыла волна возбуждения. Бешеные посасывающие движения его губ и языка, сводили меня с ума. Я отвечала с не меньшей страстью. В любимых глазах плескалась раскаленная лава, она будоражила мою кровь.

Макар обхватил мои щеки ладонями и уткнулся своим лбом в мой лоб. Прожигал меня взглядом, отчего мурашки бегали по спине, а внутренности стягивало в узел. Нервы оголились до предела. Кислород закончился в помещении?

— Макарунчик, — выдохнул Поляков, нежно провел пальцем по моим припухшим от поцелуя губам, и улыбнулся. Мне показалось, что земля ушла из-под ног. Как же мало нужно для счастья. Мне хотелось визжать от радости, ведь мы наконец-то снова вместе. Чуть не запрыгала, как в детстве, от восторга, от переполняющих меня эмоций. Однако тело не слушалось, мышцы окаменели. Сияла, как гирлянда, улыбалась и не хотела выпускать из своих объятий любимого.

Сергей Иванович кашлянул, а мы вздрогнули, совсем забыли про родителей. Макар отстранился от меня и обнял маму, а потом отца.

— Как же я рад, что вы приехали. Необходимо подождать полчаса. Сейчас подпишут мои документы, и я смогу провести с вами четыре дня.

— Конечно, подождем, — улыбнулся Сергей Иванович. — Как служба?

— Нормально. Освоился, — пожал плечами Поляков, бросив на меня жадный, голодный взгляд. У меня в груди был пожар, лихорадило так, что не знала, как унять эту дрожь. Смотрела на любимого и все встало на свои места. Макар — единственный человек, которого я любила. Андрей… Всего лишь друг, который мне очень симпатичен. Калинин нравился мне как человек, а не как мужчина, у нас было много общего, но к нему я не испытывала такой всепоглощающей любви, как к Макару.

Полякову принесли документы, и мы вышли на территорию воинской части, направились к высокому забору, за которым нас уже ждало такси.

— Макар, — позвал парень в форме. Любимый обернулся. — В увольнение? — усмехнулся незнакомец.

— Да, ко мне семья приехала, — спокойно ответил Поляков.

— Хорошо тебе отдохнуть. Ты медсестричку предупредил о том, чтобы она вечером тебя не ждала? А то Катюха будет спрашивать у меня о том, куда ты делся, — рассмеялся парень.

У меня сердце замерло в груди. Я нахмурилась, с изумлением смотрела на Полякова. Жгучая, разъедающая ревность заполнила вены. Я тут терзалась из-за своего неправильного поведения, а Макар? Выходит, что тоже с кем-то общается? Или его с этой Катей связывает гораздо больше, чем просто общение? Мне не хватало кислорода. Непроизвольно сжала кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони. Хотелось придушить Макара… Однако сдерживала свои эмоции. Ведь тоже не отличалась идеальным поведением…

— Нет, не предупреждал. Скажи, что ко мне семья приехала, — с раздражением проговорил Поляков, бросив на меня настороженный взгляд. Любимый пытался уловить мою реакцию на происходящее. Я судорожно сглотнула и отвернулась от Макара. Делала глубокие вдохи, чтобы взять в узду эмоции.

В такси Поляков взял меня за руку, но я выдернула свою ладонь и отодвинулась от него. В глазах Макара клубилась гремучая смесь. Казалось, что он мечтал мне шею свернуть. Любимый прищурился, прожигая взглядом, а я отвернулась к окну. У меня внутренности горели, накатила обида, а еще странное, непонятное чувство горечи. Может, мы поспешили, дав друг другу обещания хранить верность? Никто из нас толком не справился с данным словом.

Поляков общался с родителями, бросая на меня убийственный взгляд. Знала, что ему не терпелось остаться со мной наедине, чтобы выяснить отношения. При родителях не собирался устраивать разборки и затевать неприятный разговор. Мы приехали в отель, поднялись в свой номер. Сергей Иванович и Ирина Михайловна всю дорогу о чем-то рассказывали сыну, я не вникала в их разговор, ушла в себя.

— Сережа, давай быстренько сходим в торговый центр, который я видела по дороге сюда. Хочу посмотреть, что там за распродажа, — улыбнулась Ирина Михайловна. — Когда мы еще походим по местным магазинам?

Сергей Иванович закатил глаза. Он понял намек жены.

— Иришка, конечно. Мы скоро будем, — заявил Сергей Иванович, похлопал сына по плечу и, взяв жену за руку, вышел из номера.

Мы с Макаром остались наедине. Кожей ощущала наэлектризованный воздух. Он стал осязаемый, обволакивающий, будоражил каждый оголенный нерв. Я затаила дыхание, когда заметила нечто звериное в глазах Полякова. Макар явно ждал, что я начну расспросы или брошу в его адрес упреки, но, как бы мне не хотелось, не стала этого делать. Развернулась, прошла мимо окаменевшего Макара, включила телевизор, выбрав музыкальный канал. Я отошла к окну, обхватила себя руками, чтобы унять дрожь. Странное чувство. Так мечтала увидеть любимого, умирала, сгорала, думая о нем, а теперь вот он рядом, но между нами словно так и остались тысячи километров. Поляков уверенным шагом подошел ко мне и встал за спиной, обвил мой живот руками и уткнулся подбородком в мой затылок.

— Не накручивай себе. У меня ничего не было с медсестрой, просто общаемся… — нарушил тишину Макар, а я не могла сделать вдох. Ревность, подобно яду, отравляла.

— Просто общаетесь? — хмыкнула я, не веря его словам. Знала Макара слишком хорошо, чтобы поверить в эту сказку.

— Макарунчик, когда же ты поймешь, что я тебя люблю? Душа и сердце тебе принадлежат. Я не спал с Катей, если тебя это так беспокоит. Однако пару раз поцеловал ее. Бросишь меня из-за минутной слабости, из-за того, что флиртовал с медсестрой? — насторожился он, затаив дыхание.

— А ты расстанешься со мной, если узнаешь, что я целовалась с Калининым? — монотонно проговорила, ощутив, как напряглись мышцы у Полякова. Макар с шумом втянул в себя воздух. Услышала, как скрипнули у него зубы, соприкоснувшись друг с другом.

— Что ты делала? — зарычал он, резко развернув меня. Смотрел в глаза, прищурившись. Губы в тонкую линию натянулись, на шее вена бешено пульсировала. Макар был в ярости.

— Не накручивай себе. У меня ничего не было с Андреем, просто общаемся. Мои душа и сердце тебе принадлежат, — процитировала любимого, вздернув подбородок. — А мы с тобой идеальная пара. Наверное, все же поспешили, решив стать одним целым. Ни один из нас толком не знает, что такое доверие и верность. Пошли на поводу физического влечения.

Поляков с силой припечатал меня к стене, пальцами сдавил горло, лишив кислорода.

— Я убью тебя, — зашипел он так зловеще, что у меня мурашки поползли по спине. — А потом сверну шею Калинину. Вика, какого черта ты с ним целовалась? — рявкнул на меня Макар, в глазах клубилась гремучая смесь. Я оттолкнула от себя Полякова, с жадностью хватала ртом драгоценный воздух. Смотрела на любимого, как на врага. Кулаки непроизвольно сжались, меня затопили противоречивые эмоции.

— Может, горишь желанием проверить, девственница ли я? — вскинула брови, одарив его убийственным взглядом. Сложила руки на груди, чтобы унять дрожь.

— Не сомневайся, проверю. Когда вернусь домой. И не дай Бог, ты меня не дождешься. Придушу, — процедил он сквозь стиснутые зубы. Да уж… Не так я себе представляла нашу встречу. Прав был Леша. Мы гремучая смесь.

— В следующий раз, когда будешь зажимать в углу свою медсестру, знай, что со мной то же самое может вытворять Калинин. Ты ни одной юбки пропустить не можешь. Чертов бабник! — прорычала, тяжело дыша. У нас эмоции вышли из-под контроля.

— Кто бы говорил! — рявкнул Поляков, сжав кулаки. — Люблю, буду ждать, — передразнил он меня, — а сама с Андреем целуешься. Что ты ему еще позволяешь?