Чтение онлайн

Узнав, по какой причине мы к ней нагрянули, Света побледнела и сделала попытку упасть в обморок.

— Не верю! — произнесла она наконец. — Это дурацкая шутка. Любка не могла умереть! Она же такая молодая! С ней не могло случиться ничего плохого!

Мы заверили женщину, что, вопреки ее мнению, молодость вовсе не является панацеей от всех бед. Но она продолжала сомневаться:

— Я не верю вам! — повторяла она как заводная. — Не верю! Любка не могла умереть! Нет! Не может быть! Не верю!

Пришлось Марише дать ей свою трубку. И только после того, как Света переговорила с Наташей, она поверила, что мы вовсе не шутим с ней.

— Какой ужас! — поникнув, произнесла Света. — Наташа мне сказала, что Раиса Захарьевна уже звонила ей и что-то говорила про устройство похорон. Вроде бы деньги нужны. Боже мой!

Она упала на стоящий возле окна стул, безвольно уронив руки. А мы устроились возле нее и думали, насколько разной бывает у людей реакция на одно и то же известие. Наташа сразу же рыдала взахлеб. А Света сидит, словно мешком стукнутая, потихоньку приходя в себя от шока. Наконец она очнулась и посмотрела на нас.

— А вы кто? — спросила она.

— Мы расследуем убийство вашей подруги, — сказала Мариша.

— А, — отозвалась Наташа и сделала вывод: — Так вы из милиции.

Мы не стали спорить, хотя и сомневались, чтобы милиция ходила по домам друзей убитых по трое. Этак им никакого личного состава не хватит. Тем более что нас заинтересовала реакция женщины. На наших глазах она воспряла духом, глаза заблестели, и в них промелькнуло весьма странное выражение.

— Так это был не несчастный случай? Ее что, в самом деле убили? — воскликнула она.

Мы с подругами машинально кивнули, поражаясь про себя произошедшей в Свете перемене. Если бы мы не боялись кощунства, то сказали бы, что Света при известии о том, что ее подругу именно убили, испытала если не радость, то во всяком случае изрядное облегчение. Глаза у нее снова заблестели, а затем в них наконец блеснули слезы.

— Как это произошло? — спросила у нас Света. — Расскажите мне! Я ее ближайшая подруга и имею право знать!

Мы вкратце пересказали ей о случившемся. Но никаких предположений, кто мог убить Любку, мы от Светы не дождались. Она молча сидела и думала о чем-то своем.

— Скажите, а вы сейчас одна? — спросила у нее Мариша, чтобы как-то прервать молчание. — А где ваш муж?

— Зачем вам мой муж? — моментально окрысилась Света, так злобно сверкнув на нас глазами, что мы даже вздрогнули.

Но быстро взяла себя в руки и уже более нормальным тоном произнесла:

— Он вернулся в город. У него же работа. Он только на выходные приезжает ко мне на дачу. Он тут совершенно ни при чем! Он не общался с Любой помимо меня. И потом… Ее же убили под Новгородом! А мой муж все выходные провел со мной на даче. И соседи могут это подтвердить.

— Успокойтесь! — отозвалась порядком шокированная этой странной реакцией Мариша. — Никто вашего мужа и не обвиняет.

— Да я вам и не позволю! — неожиданно снова налилась злобой Света. — Он ни при чем! И не смейте к нему являться с вашими идиотскими вопросами. Он хоть и не старый, но уже гипертоник! Ему нельзя волноваться! Он почти не общался с Любкой. И ничего не сможет вам о ней сказать.

— Хорошо, хорошо, — поспешила утешить ее Катя. — Мы и не собирались его дергать. Если вы ответите на все наши вопросы, то ваш муж нам совершенно не нужен.

— Спрашивайте! — тут же согласилась Света. — Что вас интересует? Были ли у Любки враги, да? Так я вам скажу! Ее мать и ее родной брат — вот ее главные враги! Мать Любку просто ненавидела. А брату она была до лампочки. Но если хотите знать, то они вполне могли ее прикончить, чтобы заграбастать дом себе.

— Но ведь Люба и так собиралась его продать, а деньги отдала бы им, — сказала Мариша.

— Как же! — хмыкнула Света. — Это раньше Любка была такой дурочкой, что с нее сталось бы отмочить такую глупость. А в последнее время с ней что-то случилось… В общем, она мать и брата уже не так слушалась, как раньше. И я точно знаю, что вырученные от продажи дома деньги она собиралась потратить только на себя. Она так мне и сказала, мол, пусть мамаша себя тешит мыслями, что им с Митькой что-то обломится, но я больше не позволю им меня использовать. И я точно знаю, что на этой неделе Любка сказала своей матери и брату, чтобы они на вырученные за дом деньги планы не строили. Что у нее свои мысли насчет того, как эти деньги потратить.

— Вы это точно знаете? — насторожилась Мариша.

— Еще бы! — ответила Света. — Раиса Захарьевна такой скандал Любке по телефону учинила! Вопила, что Любка неблагодарная дрянь и она своими руками задушит такую дочь, которая готова мать на старости лет оставить без помощи! А ее никто за это не осудит.

— И что Любка?

— Ну, она напрямую против матери никогда выстоять не могла, — ответила Света. — Сразу же начала мямлить, что это она только так сказала, что ничего еще не решила и никаких у нее конкретных планов нет. В общем, Раиса Захарьевна успокоилась, сочтя, что Любкин бунт ей удалось подавить в зародыше. Но на самом деле Любка просто затаилась. Но мне сказала, что она открыто с матерью спорить не может, но деньги ей тоже не отдаст. Что-нибудь придумает, но не отдаст. И еще меня просила, чтобы я ей помогла придумать. Я предложила ей сказать, что деньги у нее украли. А лучше, чтобы это произошло на глазах у самой Раисы Захарьевны, чтобы у нее сомнений не осталось. И Любка со мной согласилась, что так она и сделает. Мы даже прикинули с ней начерно, как это лучше будет провернуть. В общем, денег за дом Любка матери твердо решила не давать.

— И в связи с чем в Любке произошла такая перемена? — спросила я.

— Могу только предполагать, — ответила Света. — У меня есть два объяснения. Во-первых, Любка тут недавно узнала одну новость, которая ее очень сильно потрясла. Оказывается, собственная мать продала ее Виктору за деньги! Да, да, явилась к нему и предложила купить у нее дочку.

— А Люба об этом раньше не знала?

— Нет, Виктор ей не говорил, только после развода, когда она затеяла дом продавать, он со злости и выложил правду о ее мамочке. Орал, что вот ты ее во всем слушаешься, а она тебя как скотину бессловесную продала.

— И что Любка?

— Она к матери побежала, та юлить принялась, да только у Виктора расписка была в том, что она у него эти деньги взяла. Он ее Любке показал, она и поверила. И ясное дело, после этого к матери очень переменилась.

И, немного подумав, Света добавила:

— Только сдается мне, что не в одном этом дело было. Любка была очень уж доброй и рохлей, если честно. Она долго злиться на мать не смогла бы. Тут дело еще и в другом. Думаю, что у Любки новый мужик появился. Он-то ей и велел все деньги себе оставить, а матери и брату ни шиша не давать. Оно и понятно, не всем же таким снисходительным быть, как Виктор. Да и он под конец тоже недоволен стал, что Любка с матерью и братом общается, а те через нее из Виктора пытаются деньги тянуть. Он, и когда дом этот на Любку переписывал, условие ей поставил, что, во-первых, сам в доме жить будет, когда захочет. Думал, если Любка его всегда беспрекословно слушалась, так и дальше будет. А не понял, что Любка любого слушается, у кого характер сильней. Вот появился новый мужик, она ему подчинилась.

— И кто же этот новый кавалер? — спросила Мариша. — Уж не Костя ли Осин?

— Костик? — переспросила Света и даже засмеялась. — Вот уж не думаю. Он Любку даже к свадьбе склонить и то не смог. Его она совсем ни в грош не ставила. То есть ценила, конечно, за верность и преданность. Все-таки он ее сколько лет любит, но из-за него она бы не решилась против матери, брата и Виктора пойти. Тут какое-то очень сильное чувство у нее в жизни возникло. И появился этот мужчина возле Любки не так давно, это я вам точно скажу. Я по Любке всегда читать умела, как по раскрытой книге. И этот человек в ее жизни не больше как пару месяцев назад появился.