Чтение онлайн

Мне нужно хотя бы полпачки, чтобы онеметь. А остальное я могу припрятать. Интересно, сколько Алексей даст мне теперь, когда знает мою тайну? Это беспокоит меня, но у меня нет времени думать об этом.

Магда встает передо мной, одаривая меня легкой сочувственной улыбкой.

— Привет, Талия, — приветствует она меня по-английски, хотя акцент у нее очень русский.

Я тупо смотрю на нее.

Алексей бросает несколько коротких фраз по-русски и направляется к двери. Но прежде чем уйти, он останавливается, его взгляд возвращается ко мне.

— Убери все острые предметы из туалета, — говорит он Магде. — И ванной тоже.

Магда хмурится, но кивает. А потом Алексей уходит. Я все еще смотрю на дверь, когда Магда берет меня за руку и ведет к шкафу.

— Здесь есть одежда, — говорит она. — Так что можешь выбрать, что тебе нравится, пока…

Я не слышу остальных ее слов. Я смотрю на одежду, но не прикасаюсь к ней. Ее слишком много. Слишком много цветов. Чувство клаустрофобии вернулось, и я отодвигаюсь от шкафа, натыкаясь на стену.

— Мисс Талия? — спрашивает Магда с явным беспокойством в голосе. — Вы в порядке? Вам нужно присесть?

Качаю головой.

— Очень хорошо. — Она кивает. — Мистер Николаев хочет, чтобы вы привели себя в порядок. Вы можете воспользоваться душем, а я буду снаружи, если вам понадобится помощь.

Она ведет меня к двери в смежную ванную, но я останавливаюсь, прежде чем войти.

— Мисс Талия?

Я не могу смотреть на нее, когда говорю. Я не могу позволить ей увидеть, что онемение снова ускользает.

— Здесь есть зеркало? — интересуюсь я.

— Да, конечно, — отвечает она. — Я вам покажу.

— Я не хочу видеть.

В комнате тихо. Она обдумывает мои слова. А потом она ускользает и возвращается через несколько мгновений.

— Вот, — говорит она. — Я его уже прикрыла. Больше никакого зеркала.

На этот раз я позволяю ей провести меня внутрь. Ванная комната большая и, как и все остальное, подавляющая. Но когда я перевожу взгляд на ванну, возникает ощущение чего-то знакомого и страстного. Те же самые слова начинают звучать у меня в голове. И голос моей матери. Ангелы по утрам. Четыре ангела. И я тоже.

Скоро…

— Никаких ванн, — Магда разрушает мою реальность двумя простыми словами.

Она подталкивает меня к душевой кабине и включает ее. А потом я смотрю, как она убирает бритвы и все остальное, чем я могу пораниться.

— Как только вы помоетесь, я обработаю ваши раны, — заявляет Магда.

И с этими словами она садится в кресло напротив ванной, откуда может быстро добраться до меня, если понадобится. Это только подтверждает мысль, эхом отдающуюся в моей голове.

Этот человек никогда меня не отпустит.

Я не спеша принимаю душ, позволяя ноющим мышцам впитывать тепло. Я не помню, когда в последний раз ощущала горячую воду на своей коже. Когда Каролина купала меня, она не пожалела для меня роскошных средств.

В этом душе много туалетных принадлежностей. Выбор ошеломляет меня, а на мои глаза что-то начинает сильно давить. Онемение ускользает, и боль жадно овладевает моим телом и разумом. Не хочу этого. Я ничего этого не хочу.

Я просто хочу быть свободной. Как и они. Как моя семья.

Но он мне не позволяет.

Я тянусь за бутылкой, не проверяя этикетку, и использую ее содержимое на каждой части своего тела. Я продолжаю брызгать цветочным гелем в руки и умываться, снова и снова, но никогда не отмоюсь. Когда я моргаю и открываю глаза, моя кожа содрана, и я дрожу.

— Достаточно, — говорит мне Магда, появляясь за дверью с полотенцем. — Ты слишком усердно скребла.

Когда я выхожу из душа, мои колени почти подгибаются. Магда хватает меня за руку и помогает сесть на стул. Она обматывает меня пушистым полотенцем, но это не помогает. Я все еще дрожу. Становится все хуже.

— Мисс Талия, с вами все в порядке?

— Мне н-н-нужна таблетка. — Мои зубы стучат.

Она качает головой и хмурится.

— Никаких таблеток. Это пройдет.

— Не пройдет, — возражаю я.

Она игнорирует меня и берет несколько предметов из шкафа, прежде чем вернуться ко мне. Она начинает протирать мои раны. Ее прикосновения нежны, но они словно огонь обжигают мою кожу. Я вскрикиваю везде, где она касается, и эта боль не похожа ни на что, что я когда-либо чувствовала раньше.

— Больно, — говорю я ей. — Очень больно.

Я понимаю, что что-то не так, когда выпаливаю эти слова. Как правило, у меня намного выше болевой порог. Обычно я могу отлючиться от нее. Уплыть куда-нибудь. Но не сейчас. Мое сердце бешено колотится. Я вся взмокла. И комната кружится.

— Дай мне что-нибудь, — умоляю я. — Все, что угодно.

Магда прижимает руку к моему лбу и гримасничает.

— Ты вся горишь.

Она откручивает крышку с пузырька с "Тайленолом" и протягивает мне две таблетки. Инстинктивно я понимаю, что это не то, что мне нужно. Но я все равно беру их и запиваю стаканом воды, который она мне протягивает. А потом я быстро переваливаюсь через унитаз и через мгновение выблевываю их обратно.

В этот момент появляется Алексей, хмуро глядя на открывшуюся перед ним сцену. Я растянулась на кафельном полу, голая и дрожащая, пока мой мозг извергает слова изо рта.

— Просто дай мне умереть! — кричу я. — Дай мне что-нибудь. Что угодно. Покончи с этим. Пожалуйста,

Я плачу. Впервые за слишком долгое время. Нет никакого оцепенения, никакого утешения для меня. Теперь я чувствую все. Даже тяжесть его обеспокоенного взгляда, когда я корчусь на полу. Мне не нужна его забота. Мне нужно его снисхождение.

Он делает четыре быстрых шага и опускается на колени, чтобы подхватить меня на руки. Он чеканит что-то по-русски Магде, прежде чем она выбегает из комнаты, чтобы выполнить его приказ.

— У тебя ломка, — говорит он мне. — Это пройдет.

Я качаю головой и извергаю рыдания в область его груди.

— Я не могу. Я не смогу. Пожалуйста…

— Сможешь и будешь.

Его голос почти не оставляет мне выбора. Он посылает меня прямиком в ад.

А потом мы начинаем движение. Он переносит меня в другую комнату и кладет на кровать, которую только что приготовила Магда. Одеяло сложено до конца, и он осторожно накрывает меня только простыней. Она все еще похожа на лезвия ножей, поэтому я отбрасываю ее, а он не спорит.