Чтение онлайн

– Сейчас уже 19-30, - сказал я вслух, посмотрев на стенные электронные часы.
– А значит, если исходить из моих расчетов, то число инфицированных должно равняться ста процентам. "Однако, как несложно заметить, - продолжал я, рассуждать, - напавшие в магазине - довольно медлительные и тупые типы. Власти могли бы легко справиться с ними, да и достать меня, и других, за железной дверью и окнами второго этажа им будет не под силу. Не надо забывать и о случайностях - факторах, которые невозможно предусмотреть. Ведь, несмотря ни на что, больных во дворе пока нет".

Немного успокоив себя, таким образом, и перекусив нарезанными из колбасы и хлеба бутербродами, запивая из кружки молоком, я продолжал слушать телевизор и наблюдать за происходящим на улице.

Между тем, мирная жизнь города постепенно менялась. Немногочисленные машины, мерно и не спеша, еще утром, проезжавшие через двор, сменились "пролетающими" с заносом и визгом тормозов "сумасшедшими ракетами". Люди, вставшие с утра и муравьиным потоком направившиеся на работу, сейчас либо бегом стремились домой, либо кучками стояли во дворах, яростно жестикулируя руками, что-то доказывали друг другу. Некоторые даже загружали в свои машины какие-то тюки и сумки, суетливо бегая от дома к машине и обратно.

Тем временем, голубое небо продолжали расчерчивать зеленоватые полосы, сгоравших в атмосфере, осколков астероида.

Незаметно для меня, сознание снова погрузилось в воспоминания: "Моя жизнь, с мая этого года, сильно изменилась. Недавно кипучая, полная проблем и нервотрепки, жизнь инспектора ОМВД1, майора полиции, превратилась в размеренную жизнь пенсионера. Но, несмотря на это, как мне казалось, я успел добиться и повидать многое. Так получилось, что мне, выходцу из семьи высокообразованных сельских специалистов, после окончания школы, посчастливилось поступить во Владимирский юридический институт. Два года учебы сменились призывом и службой в армии - демобилизация. Приобретая жизненный опыт и знания, полученные во время службы, я еще больше убедился в правильности выбранной профессии, а твердое желание посвятить себя защите людей и поиску справедливости, еще больше укрепили его. После армейской службы, мне удалось восстановиться и, продолжая учебу по выбранной специальности, параллельно сильно увлечься охотой. Фанатично зачитываясь книгами по биологии диких животных, заядлый охотник-самоучка, я с азартом и кипучей энергией окунулся в это увлечение. Первое ружье, первые добытые лоси и кабаны, опыт различных видов охот на разных животных. Тихое скрадывание хитрых и чутких лисиц, меткая стрельба из охотничьего ружья - все это были спутники моего нового увлечения. Но именно здесь, мне и пришлось серьезно столкнуться с реалиями жестокого мира. Мне было непонятно, как люди, вчера ставшие охотниками, позавчерашние любители природы, уже завтра становились рвачами и браконьерами. Получив в руки оружие и право на охоту, они забывали о природе как таковой, превращаясь в существ, жаждущих ДАРМОВОГО мяса диких копытных или шкурок лисиц, застреленных ночью в свете фар автомобиля.

По окончании учебы в институте, меня пригласили на службу в Юрьев-Польский отдел внутренних дел. Со свойственной мне манерой, я с головой ушел в новую работу, превратив свой участок в полноценное, стабильно подразделение области. Рейды, операции, вызовы для задержания преступников и документирование происшествий, стали повседневной нормой. Ночные выезды, переживания, суды и сфабрикованные жалобы - все пришлось пережить и попробовать. В итоге, съездив в длительную служебную командировку в Северокавказский регион и вернувшись в период откровенного развала милиции-полиции, или, как это было громко названо, ее реорганизации, я понял, что терпение мое исчерпано. Выслужив к этому времени необходимый срок службы, дававший мне право на пенсию, я принял решение воспользоваться им. Глубоко переживая, расставание со своими боевыми товарищами, с которыми не раз приходилось окунуться в сложные и опасные ситуации. Я остался один на один со своей мизерной пенсией и размышлениями о том, как в дальнейшем устроить свою жизнь...".

Внезапное оживление за окном, вывело меня из задумчивости. Стоявшие напротив окон зеваки, стали показывать руками куда-то в сторону торца соседнего дома и пятиться ближе к своим подъездам. С той стороны, куда были устремлены их взгляды, сначала чуть слышно, потом громче и пронзительней, стали раздаваться визг и вопли людей. Неожиданно, в моем поле зрения, оказалась, выбежавшая из-за угла девушка, которая отчаянно отбивалась от парня, схватившего ее за длинные распущенные волосы. Парню было лет 23-25, выглядел он вполне обычно, но вот двигался и вел себя очень странно. Неуклюже подволакивая ногу, он широко и как-то неестественно размахивал свободной рукой, пытаясь схватить несчастную за одежду и остановить. Девушка кричала от боли и звала на помощь, но никто, даже недавно стоявшая рядом группа мужчин, не спешили ей помочь.

Позабыв обо всем, я решил броситься на улицу, но задержался, заметив, как в разыгравшуюся трагедию вмешался водитель проезжавшей мимо машины. Остановив свою красную "шестерку" и выхватив из нее бейсбольную биту, он подскочил к психопату, безбоязненно, на глазах у людей, нападавшему на беззащитного человека. Недолго думая, он нанес удар по его спине, тот споткнулся и упал на колени, но волосы из руки не выпустил, что выглядело невероятно. Мерзавец, все так же упорно пытался ухватить жертву второй рукой, совершенно не реагируя на подоспевшую к ней помощь. Удивленный реакции, не чувствовавшего боли психопата, водитель "шестерки" наносил еще и еще, теперь более сильные удары по его спине и рукам, но это мало меняло ситуацию. Через какое-то время за его спиной, не спеша подошедший полный мужчина, неожиданно ухватился руками за левое плечо водителя и, наклонив голову, впился зубами ему в шею. Взревев от боли, "герой-одиночка", выронив биту, резко развернулся и в сильном гневе ударил кулаком прямо в лицо толстяка. Тот потерял равновесие и упал на спину. Но уже через мгновение вновь стал подниматься и, вытянув руки, крепко вцепился в одежду сопротивляющегося человека. Уже не контролируя свои действия, мужчина бил толстяка в лицо, но тот, упрямо поднимаясь, снова нападал, пока через минуту борьбы, с помощью десятка, таких же, как и он, они окончательно не повалили смельчака...

И тут словно прорвало: из-за дома стали появляться все новые и новые странные персонажи. Внешне, как парень и толстяк, обычные люди, они мерно брели, но, увидев других людей, бросались на них, стараясь укусить, разодрать ногтями и убить. Здесь и там, во дворе дома, возникали ожесточенные схватки. Из останавливающихся и дико сигналивших машин, не способных объехать бредущих по проезжей части людей, ходячие вытаскивали водителей, некоторые рисковали, стараясь обогнуть их через препятствия и застревали, так же подвергаясь нападению. Вначале я собирался броситься на помощь, но потом понял всю бесперспективность этой попытки и остался у окна.

В заключение, первого акта этого дьявольского спектакля, из соседнего подъезда выбежал вооруженный мужик, в руках он держал охотничье многозарядное ружье, и попытался спасти свою дочь. Видимо, потеряв надежду на помощь властей, отец открыл огонь по сумасшедшим, нападавшим на его дочь прямо во дворе собственного дома. Но вот странно! Попадавшие в ходячих заряды, не всегда останавливали их, а лишь отшвыривали назад и валили наземь. Но они, противореча всем законам живого, упрямо поднимались и нападали вновь. Наконец, один из его выстрелов угодил в бензобак машины, вызвав сильный взрыв. Взрывная волна разметала противников в разные стороны, при этом погубив не только трех обезумевших монстров, но и отца и дочь, объяв их пламенем вспыхнувшего бензина.

Я стоял у окна и наблюдал страшную картину передела мира: стоявших и ходивших по улице людей, заменяли, жаждущие плоти и крови монстры в человеческом обличии. Только однажды, из заехавшей во двор полицейской машины, представители властей попытались вмешаться в происходящее, открыли огонь из автоматов по напавшим на очередную жертву. При этом был убит мужчина, защищавший свою супругу. Упали, пораженные пулями, трое ходячих, двое из которых, кстати, после этого благополучно встали и продолжили нападать. Полицейские же, "расписавшись" в своем бессилии, умчались прочь и больше не появлялись.

То, что творилось днем и вечером на улице, ночью продолжилось в подъездах домов и в квартирах соседей. Крики, полные ужаса вопли, грохот переворачиваемой мебели. А один раз в квартире четвертого этажа, дома напротив, раздался оглушительный взрыв. Наверное, взорвался газ, после чего там начался сильный пожар.

Все эти дьявольские звуки сопровождали мою бессонную ночь в собственной квартире. Она оставалась островком безопасности, переживаемого ужаса и полного одиночества. Но главное, я никак не мог понять: почему все это происходит и как это остановить? Сидел на диване в темной комнате и, зажав голову руками, пытался осознать: "Мои расчеты, может быть, с небольшой поправкой по времени - оправдались полностью: ВЛАСТЬ НАД УЛИЦАМИ ГОРОДА, К НОЧИ 14 МАЯ, ЗАХВАТИЛИ ХОДЯЧИЕ МЕРТВЕЦЫ. И ЖИЗНЬ, СКОРЕЕ ВСЕГО, НЕ БУДЕТ ПРЕЖНЕЙ УЖЕ НИКОГДА".

Наблюдения из окна, помогли проследить всю цепочку превращений. И теперь, со всей очевидностью, можно было сказать: укушенный инфицированным, вне зависимости от тяжести причиненных ему ранений, умирал мучительной смертью после непродолжительной лихорадки. Еще через тридцать минут, его нервная система, какие-то физиологические функции восстанавливались, и он, поднимаясь - превращался в Ходячего, как я их уже успел окрестить. При всем этом, кардинальным образом изменялось его поведение. Умирали, присущие человеку, эмоции и переживания. Их заменяло полное равнодушие ко всему, кроме ненасытного желания искать, убивать и поглощать живую человеческую плоть или, говоря по-иному, активно распространять заражение.