Чтение онлайн

Но Маг Мастер не дал ему договорить и предложил Питера для демонстрации, который также присоединился к брату.

– А может быть, с этой леди вы сможете показать нам свои фокусы, - явно издевался Маг Мастер над противником.

Виолетта, тоже не задумываясь, присоединилась к братьям, откидывая капюшон. Ребята стояли перед растерянным императором и гордо смотрели ему прямо в глаза.

– Я вижу, что вы пытаетесь продемонстрировать нам свои слабые стороны. Что ж, великодушно с вашей стороны. Поступок, достоин истинного джентльмена. Тогда как вы объясните тот факт, что послали однажды в город Сан-Диего одного из запуганного вами призрака вашими фокусами, которого продержали на своей галере в качестве гребца, чтобы извести семейство одного господина по имени Томас Уэли.

– Какого Томаса? Я ничего не знаю!
– попытался оправдаться Истолаут.

Но Маг Мастер, не слушая его оправдания, продолжил:

– Если вы отдали приказ уничтожить детей мистера Уэли, почему же вы не можете проделать с ними еще раз то же сами, а не чужими руками?

– В каком смысле?
– не понял Истолаут.

– В прямом. Перед вами те самые дети, которых убили по вашему приказу, правда, здесь нет еще одного полуторагодовалого мальчика.

– Ну не надо списывать на меня все грешки какого-то психа, который заявил, что это я его послал, - возмутился император.

– Тогда, может быть, вы объясните мне еще один непонятный феномен?
– не слушая собеседника, продолжал Маг Мастер.
– Зачем вы приказали мистеру Джиму Робинзону превратить жизнь мистера Томаса Уэли в настоящий ад?

При имени Джим Робинзон императора передернуло, и он явно стал что-то лихорадочно соображать.

В этот момент Томас Уэли выступил вперед и, откидывая капюшон, надеялся увидеть, как тот затрепещет от страха. Но на императора этот выход не произвел никакого впечатления, и он в недоумении спросил:

– А это еще кто?

– Я тот самый Томас Уэли.

Император, наконец, сообразил, к чему велся весь этот разговор и, рассмеявшись, выложил карты на стол.

– Теперь я понимаю, почему этот чокнутый сбежал. Он провалил задание, которое ему поручили.

– Значит, вы признаете, что это вы послали его уничтожить семейство Уэли, - задал вопрос Маг Мастер.

– Уэли или не Уэли, это не имеет значения. На их месте могла оказаться любая другая семья. Мне нужно было держать этого Джима подальше от себя как можно дольше.

– Так значит, мистер Томас Уэли, то есть мой отец не представляет для вас никакой угрозы?
– растерянно осведомилась Виолетта.

– Томас? Да кто он такой. Это мой шаман выбрал первого попавшегося человека, тем более этому Томасу вздумалось построить дом на том месте, где казнили Джима, вот мы и разыграли эту комедию.

– Но какой смысл во всей этой истории?
– не отставала пораженная Виолетта.
– Джим, почему вы от него пытались избавиться?

– Почему пытался? Я избавился от него. Этот Джим сейчас сидит где-то в пещере и прячется от страха.

– Но почему вы его боитесь?
– продолжала задавать вопросы Виолетта.

– Я его боюсь?
– ухмыльнулся император и вдруг осекся и продолжил уже более таинственным голосом: - Твоя правда. Этот призрак Джима Робинзона действительно является для меня опасным субъектом. Думаю, что ничего не случится, если я вам расскажу, перед тем как вам придет конец еще раз, что он был самым опасным моим противником.
– Он вздохнул и продолжил: - Этот призрак является самым могучим и самым древним магом во всем мире, имя которому Куанауанана. Но его самая большая ошибка, что он переродился в такого неудачника.

Призраки Уэли переглянулись между собой и невольно посмотрели на Маг Мастера. Но Глава парламентеров смотрел на императора невозмутимым взглядом, и задал свой вопрос.

– Ну а чем же этот призрак великого мага Куанауанана так напугал вас?

– В общем-то, ничем, но у меня есть предсказание, в котором говорится, что именно призрак этого мага придет именно в это время и помешает мне осуществить все мои планы. Но, увы, этому не суждено случиться, поскольку он...

Но Маг Мастер не дал договорить ему. Он поднял руки вверх, держа свой магический шар, и властным голосом выкрикнул так, что его голос разнесся звучным эхом над морем и сушей:

– Не может быть преград меж двух миров, откройся третий мир второму!

Из магического шара Маг Мастера вырвалась мощная молния, и от нее раздвинулся потолок каюты, а следом растаяли и стены. Перед ними возник новый мир, наполненный огромным количеством иных существ. На суше, вперемешку с изумленными воинами, стояли эльфы в белых одеждах с золотыми волосами, кентавры, отбивающие в нетерпении пыль земли. Бородатые гномы топтались под ногами кентавров с кирками на плечах и в серых по пояс туниках. В небе парили сотни белых ангелов, образуя кольцо над местом событий. В воде плескались зеленоволосые русалки, угрожающе помахивая своими кулаками пиратским кораблям.

– Что вы теперь скажете, император Истолаут?
– задал справедливый вопрос Маг Мастер.
– Принимаете вы наши условия, или будете настаивать на своих?

– Мне не нравятся ваши условия. Но сейчас вы примете мои!
– не сдавался Истолаут и приказал своим стражникам принести первое зеркало.

Минуту спустя, перед ним поставили зеркало, накрытое темным полотном. Император ухмыльнулся и неожиданно для всех толкнул его. Зеркало покачнулось и, упав на палубу, разлетелось на мелкие кусочки.

– Только что, на ваших глазах, я уничтожил три тысячи призраков, - в отчаянии констатировал он.
– Будем продолжать или вы все же примете мои условия? Не ваше ли это изобретение, мистер Томас Уэли?

– Можете продолжать свой блеф! Это вам не поможет, - спокойно ответил Маг Мастер.

– Блеф?
– закричал император.
– Уничтожить три тысячи призраков вы воспринимаете как блеф?

– Да!
– спокойно продолжал Маг Мастер.
– Я уверен, это было пустое зеркало.

– Пустое?
– не поверил своим ушам Истолаут, и приказал принести следующее зеркало с пленниками.

Через минуту, перед ними снова стояло зеркало, накрытое темным полотном. Он приоткрыл занавеску, и оттуда послышались стенания сотен голосов.

– По-вашему, это блеф?

– Да, - невозмутимо ответил Маг Мастер.
– Может, вы откроете и убедите нас в обратном, подарив жизнь парочке призраков?

– Ну, что ж, - вскипел император, - он одернул накидку, приготовившись тут же ее накрыть снова, но застыл в недоумении.