Чтение онлайн

Я сделала жест рука лицо и накрылась одеялом.

— Дело не в твоей расе, а в твоих эмоциях. Ты не понимаешь, что я чувствую.

Мой бубнеж под одеялом его не успокоил.

— Что ты сказала? — с такой яростью спросил он что мне даже поплохело.

Я сейчас не в том состоянии чтобы убеждать его в том, что расовых предрассудков у меня нет. Мне нужна тишина и возможность погоревать. Может даже напиться и забыться дня на три. Чтобы потом моя дурная голова отошла от всех этих новостей.

Моя решимость вернулась ко мне. Меня теперь никто не удержит. И делать я буду все что захочу. И сейчас я не хочу споров, не хочу с пеной у рта доказывать ему то, что остальные демонстрируют ему постоянно. Я хочу хотя бы покоя. А раз спас… пусть терпит.

Я откинула одеяло, резко встала с лежанки босыми ногами и подошла к нему. Красавчик, теперь уже злобно подумала я. Злобный холодный и красивый. Орлиный нос, синие глаза сверкают, густые брови. Брови сейчас с друг другом встретятся. Губы как ниточка. Но мне это не помешает. Мне вообще больше никто не мешает. Ни правила их идиотские, не ослиное упрямство.

В отличии от Шайда волосы у него длинные, нереально красивые и сейчас растрепанные. Вот за них я его потянула вниз и чмокнула в плотно сжатые губы.

Хозяин домика оторопел. Он смотрел на мои губы потом на руку, державшую его волосы. В синих глазах вопросы. И пока они не посыпались на мою голову я прикрыла его рот рукой и сказала сама.

— Я не знаю послал тебя кто — нибудь или ты сам по себе. Мне плевать какой ты расы и на ваши законы. Я понимаю, что я в твоем доме. Вежливость и все такое. Но у меня сейчас горе. Могу я часик побыть в этом гадостном отстойнике, который у меня в душе, а потом уже ответить на твои вопросы? — закончив свою речь я убрала ладошку с его лица, отпустила прядь его волос слегка погладив на прощанье.

Пытаясь изобразить лицом картину: «я просто мимо проходила, а твои волосы сами на руку намотались». Оставив красавчика охреневать от моей наглости. Легла на лежанку спиной к нему и накрылась одеялом с головой.

— Ты дахью? — спросил пораженный моим поведением зарганец.

— Я попросила тишины — напомнила я.

— Ответь! — зарычал он.

Я откинула одеяло и увидела перекошенное от злости лицо.

— Ты имеешь что-то против дахью? — спросила я.

— Я хочу знать кто за тобой придет — тяжело дыша отвечал зарганец впиваясь взглядом в мое лицо.

— Лааадно — я села на кровати и сложила руки на груди. — Совместим противное с полезным. У тебя выпить есть?

Зайлас.

Я думал, что схожу с ума, когда она спала, но сейчас я просто умираю, глядя на нее. Меня скручивает от того что бьется под кожей, когда она смотрит в мою строну. В ее взгляде нет презрения. Есть интерес, есть злость. Даже опасения и никакого страха.

Секунду назад я ее почти ненавидел. И ждал после сосульки обычных оскорблений с которыми на нас бросаются жители Арильяна, когда сталкиваются с зарганцами в жизни. В следующую секунду она меня целует. Зло, едва коснувшись, но внутренности перекручивает в другую сторону. Плевать кто придет за ней. Плевать что они захотят. Мне она нужна больше. Я хочу заклеймить ее прямо сейчас.

«А если она дахью» — мелькает в моей голове. Если так, то мне есть на что купить ее время. Пусть так. Мне все равно. Я найду еще деньги, я сам украду ее и спрячу. Она станет только моей.

Она пламя! Она живая и невыносимо притягательная. Я должен ее проверить.

— Ты дахью? — спросил я.

— Я попросила тишины — вещала она под одеялом.

— Ответь! — зарычал я не в силах ждать.

Девушка откинула одеяло и закатила глаза опять без тени страха. А ведь яростного зарганца боятся все.

— Ты имеешь что-то против дахью? — спросила она.

Так это правда? Боги неужто такая как она может быть дахью?

— Я хочу знать кто за тобой придет — тяжело дыша, попытался я спрятать свой интерес, лицо красавицы было по прежнему непроницаемым и притягательным.

— Лааадно — она смерила меня взглядом и выдала очередную неожиданность. — У тебя выпить есть?

Она действительно надеется перепить зарганца?

Эль

Когда он вогнал кинжал в деревянную столешницу по рукоять, я слегка поежилась. На столе появилась пыльная бутыль. Я села, подогнув колени на лежанке. Зарганец у стола.

Мне подвинули полную кружку, зарганец поставил рядом с собой бутыль. Я понюхала жижу в кружке. Пахло фруктами и чем-то терпким. Сделала большой глоток, чтоб быстрей притупить боль. Сладкое, крепкое и похоже на вино. Зарганец тоже отхлебнул из бутылки, в его синих глазах плескалось нетерпение и любопытство.

Я махнула рукой.

— Спрашивай.

— Ты дахью?

Я задумалась, если полностью оборвать связи с мужьями, и кое — что проверить. То может быть это неплохой вариант.

— А дахью обязательно заниматься сексом? — закусила я губу чтобы не рассмеяться.

Куда вы катитесь дорогая Аннэль Григорьевна? Вы серьезно думаете о судьбе куртизанки.

— Сильной не надо. Достаточно контакта кожа к коже — мне придвинули кружку.

Еще глоток и внутри стало теплей.

— Тогда скоро я буду дахью. Только надо найти хорошего охранника, чтобы руки не распускали — принялась размышлять я вслух, подпирая голову рукой.

— Кто за тобой придет?

Я задумалась, исходя из разговоров что я подслушала можно сказать так.

— Большая вероятность, что первым придет Мороженка. Он самый опасный. Рыжий — я вздохнула — порывистый если решит найти… можно ждать в гости. Плюс барахло в его комнате. Пират наверно — кажется я начала пьянеть. — Плюшевый мишка… — я тоскливо вздохнула. — Хороший, но такой несамостоятельный. Вряд ли — наконец решила.

— А ты хочешь, чтобы кто пришел? — уговаривая меня на новый глоток, выпытывал информацию зарганец.

— Моя кошка — вздохнула я. — Единственное родное существо, которое меня не предало.

Вспомнились крики этих мужей. Ууу, диктаторы. Покомандовать захотели слабой и одинокой женщиной.

— И ничего не помогает. Ни слова любви, ни связь именем. Все равно предают и не уважают — стукнула я кулаком по столу возвращаясь к теме, которая меня мучила.

Потом мы сидели друг напротив друга не знаю сколько времени и кажется я рассказала ему все что думаю о мужчинах. Сколько это длилось не помню. Но язык устал.

— Сколько дней ты здесь?

Голос зарганца уже не был холодным и злым, скорее торопливым и вкрадчивым. Неприятно напомнил другого зарганца.

— Подожди — схватила я его за запястье. — Вот тебя как зовут?

— Зайлас — глядя мне в глаза произнес хозяин домика у черта на куличках.

— Зааая — протянула я, уже двумя руками вцепившись в его руку. — А вот ты меня видишь сегодня первый день. Я разумная. Я красивая. Ну, скажи — дергала я его за руку пока он не согласился. — Я не прошу подарки, не закатываю истерики. Я вообще один раз умерла. Да представь себе — развела я руки в стороны. — Там умерла, а здесь появилась. Одна. Без семьи. Но я человек. Я личность! — взорвалась я пьяным шепотом. — Ты меня уважаешь?