Чтение онлайн

— Куда они ведут нас? — тихо, едва слышно спросила странница через плечо Оллистэйра, когда вопрос уже полностью занимал все пространство её разума.

— Не могу знать наверняка, — принц пожал плечами. — Но скорее всего в свой лагерь, поселок, или город. Может быть и дворец… — высказал предположение мужчина и оказался прав.

Когда путешественники прошли уже достаточное расстояние, пред ними открылся настоящий лесной город в ветвях. Дома размещались прямо в стволах толстых деревьев. Между жилищами были натянуты витиеватые навесные мосты, изящные и невероятно хрупкие с виду. Кругом цвела и благоухала растительность, а устремленный к верху взгляд тонул в бесконечной синеве небесного свода, изрезанного полосками багряного заката.

Жителей процессия не видела, но можно было услышать их взволнованный шепот, который слышался то тут, то там. Охотницы подвели странников к огромному дереву, самому высокому из всех. Отодвигая свисающие пышные ветви, путники продвигались ко входу в огромный зал чертога.

Зал же этот представлял собой широкое, просторное помещение, украшенное цветами самых разнообразных видов. Здесь были и царственные розы, и подобные солнечному лучу лютики, и нежные фиалки, и незатейливые анютины глазки, и даже благородный, чистый как снег эдельвейс. Освещалась комната светлячками, а не привычными свечами. Светляки издавали слабый, тонкий звук, чем-то напоминающий пение арфы. Может это были и не светлячки вовсе, а какие-нибудь волшебные феи. После приключений в пещере допустить можно было все что угодно. Любой король мог бы позавидовать роскошному убранству дворца. Служившие окнами отверстия были занавешены тончайшей как паутина тканью, отливающей золотисто-алым светом. Пол выстлан шелковыми коврами из лепестков луноцвета. В глубине покоев красовался сделанный из белоснежных клыков животных, обитый кожей и инкрустированный камнями малахита, аметиста и янтаря, величественный трон. Выглядел символ царской власти действительно впечатляюще по сравнению с престолами, которые занимали монархи в мире капитана и шпионки.

Но ведь это был другой мир? Или нет? Неужели пещера являлась порталом? Если вспомнить предание, шагнувшие за зеркало водопада не возвращались на землю. Что если заблудившиеся смельчаки не сходили с ума и не умирали, а просто находили выход в другой, непривычный нашему пониманию, мир? А из него обратного пути просто не было. Гадать об этом времени не оставалось. Нимфы-охотницы подвели девушку и мужчину к миниатюрной фигурке, восседающей на вышеупомянутом троне.

Фигурку эту нельзя было назвать особенно красивой. Но шлейфовое платье венценосной особы, сшитое из какой-то невероятной эфемерной ткани, при каждом полном грации движении пылало и переливалось всеми цветами радуги. Светлые волнистые волосы королевы, ниспадающие до самых пяток, украшала серебряная диадема в виде изысканной веточки с изящным бутоном орхидеи по середине. Выполнено украшение было с таким мастерством, что любой ювелир мог бы смело утверждать, человеку не под силу создать подобное. Ноги королевы обхватывали аккуратные свободные сандалии, созданные из полосок серовато-серебристой кожи. В руке она держала высокий посох, увенчанный лунным камнем и россыпью маленьких сапфиров.

Владычица величаво поднялась, и девы, ведущие путников, плавно опустились перед ней на колени. Принц при этом решил не следовать их примеру и остался стоять. Франческа так же оставалась неподвижной. Она заворожено смотрела на хрупкую женщину, неотрывно следя за каждый её движением. Повелительница, мысленно мужчина решил называть ее так, изящным жестом указала охотницам подняться и покинуть покои. Это казалось удивительным и странным, потому что никакой охраны здесь не было видно, а царица казалась с виду слабой и, вероятно, не смогла бы защититься в случае угрозы. Наконец, государыня подошла вплотную к Франческе и глубоко заглянула той в глаза.

— Значит, — она говорила на общем наречии, ломая слова, но всё же говорила. — Пророчество исполнилось. И Призванные явились в предсказанный час.

Женщина махнула рукой и в зал вошли двое юнцов. Она наклонилась к ним и что-то произнесла на мелодичном, неизвестном Франчески и капитану языке, те кивнули в ответ.

— Вы, наверное, жутко устали от путешествия? Мерлоинди и Карро проводят вас туда где вы сможете отдохнуть перед тем как расскажете мне всё, что приключилось с вами. — заключила Её Величество и опустилась на кресло, давая понять что на сегодня их разговор окончен. За пределами чертога уже воцарилась глубокая ночь и усталых странников, взволнованных, но заинтригованных в словах женщины, проводили в покои где они могли (о счастье) вдосталь отужинать и привести себя в порядок после долго пути.

Как же было приятно получить долгожданный покой и уют. После изнуряющего похода мечты Мун сбылись. Она действительно искупалась в горячих источниках, после чего тело её увлажнили маслами. Затем вымоли волосы и теперь они источали аромат лесных трав. Пышные, здоровые и блестящие.

Лицо капитана вновь стало свежим и гладко выбритым, сделав его моложе чем он выглядел в последние дни, когда походил скорее на косматого лешего, чем на наследника трона. Гостям лесного края выдали чистые ночные сорочки нежно голубого цвета. Мягкая и приятная на ощупь ткань пропиталась запахом лаванды и ромашки, тем самым способствуя крепкому сну. Желудок, наконец, наполнился всевозможными яствами, которые охотницы принесли в комнату мужчины и женщины. Снова у них, увы, была всего одна спальная кровать. Но, кажется, на этот раз спутники не отчаивались. Им уже было все равно где спать. Они так много пережили вместе.

Тем более ложе оказалось огромных размеров, резное и деревянное с шелковым одеялом и мягкими взбитыми подушками, манящими в мир таинственных сновидений. Давно шпионка и принц не чувствовали себя столь чудесно. Они лежали по обе стороны постели, рассматривая расписной потолок над своей головой. В круглое окошечко лился тусклый лунный свет.

— Хоть тебе и не нравились эти нимфы, Франческа, но согласись, если бы не они, мы бы сейчас все еще валялись на грязных корягах, неумытые и голодные как черти. — не без иронии заметил капитан, повернув голову в сторону Лисси.

— Вы и правда находите их красивыми? — вместо ответа спросила девушка. Этот вопрос чрезвычайно волновал её, хотя она и старалась придать своему голосу как можно более безразличный тон.

— Они просто дети, вот и все. — усмехнувшись, отозвался принц, ощущая разливающуюся по всему телу приятную негу.

— Эти дети, эти дети они вообще! Особенно самая маленькая из них смотрела на вас совсем не как ребенок! — вспыхнула шпионка, устремив строгий взгляд на мужчину.

— Для тебя действительно это так важно, Мун? — не в силах сдержать улыбки, поинтересовался капитан и вдруг совершенно неожиданным образом получил подушкой по лицу.

— Ай, что за дьявол! Незачем так драться. — расхохотавшись, Оллистэйр поймал подушку в воздухе когда девушка замахнулась второй раз и теперь оружие обернулось против неё самой.

— Да как вы смеете!? — довольно ловко увернувшись от перьевого снаряда, промолвила шпионка. Растрепанная и сердитая, она походила на нахохлившегося филина, чем вызвала еще больший взрыв смеха со стороны мужчины.

— Ревность, милочка, — очень не хорошее чувство. — посылая новую воздушную бомбу, разъяснял принц, после чего таки оказался уложенным на лопатки, ведь до этого оба борца уже вскочили с постелей, норовя избить хорошенько друг друга подушками.

— Ревность, — повторила девушка, вскинув брови. Она почти угрожающе смотрела на мужчину, — Вздор, вот что я скажу! Ревность… Не могли что ли придумать что-нибудь более убедительное?

— Убедительней уже некуда. — спокойно отозвался капитан, — Может ты все же ослабишь хватку, а то я уже почти боюсь.

— Не забывайте, Оллистэйр, что я убила человека и не одного! — напомнила шпионка, все же нехотя опуская подушку.

— Как же тут забудешь? Ты же никогда не упускаешь случая об это напомнить. Так что же, ты угрожаешь мне потому что хочешь убить меня или этих девчонок?

— И то и другое сразу. — буркнула в ответ Лисси и снова легла на своё место, почувствовав, что не может долго выносить проницательный и насмешливый взгляд своего спутника. Когда глаза его находились так близко, ей казалось, что они могут увидеть больше, чем следует.

— А все же это именно ревность, моя дорогая. А еще, возможно уязвленная женская гордость. Да… Ничего страшнее просто нет. — почти философски изрек мужчина, изо всех сил сдерживая смех.

— Я вижу, вы весьма наблюдательны, прямо таки знаток женщин. Думайте что вам угодно, а я вот что сделаю… Я лягу спать. — примирительно закончила диалог Франческа, перевернувшись на другой бок. «Надо было все же придушить его, до чего порой раздражает», — мелькнула соблазнительная мысль в её голове.