Чтение онлайн

— Что? — вскинулся Роар, а тэяр с вопросом глянул на супругу.

— Хэла! — воскликнула белая ведьма, и на лице была такая досада, словно она вообще не собиралась говорить супругу о том, что снова беременна.

— Боги, ты ему не сказала? — удивилась Хэла, которой надоело наблюдать за их внутренним конфликтом и уж если ей было не по себе, то каково было детям, у которых есть способности к магии? — Ты ждёшь, когда тебя раздует, как воздушный шар?

— Милена, — горестно покачал головой Роар.

— О, ну простите, достопочтенный феран! — ядовито фыркнула в его сторону супруга.

— Хватит, вы оба! — рыкнула на них чёрная ведьма. — Боги, мне хочется выйти, и не из комнаты, из дома, а лучше из ферната прям. С вами невозможно. И вы хотите, чтобы ваши дети это терпели? Они же чувствуют вас, как все обычные дети, но, боги, у вас не обычные дети!

— Рейм обычный, — возразила Мила.

— Рейм пока просто не заявил о себе, — возразила на это Хэла, — но он будет намного сильнее сестры и, если вы не закончите с этим, то добьётесь от него ядерной войны.

Роар нахмурился непонятному словосочетанию.

— Всё будет очень плохо, — пояснила женщина свои слова. Потом встретилась с ним взглядами. — Если ты не начнёшь говорить, вместо постоянного применения одной и той же схемы — удовлетворённая близостью женщина равно счастливая и молчаливая женщина. Понятно?

— Хэла! — Мила и Роар воскликнули это в унисон, чем вызвали у чёрной ведьмы усмешку.

— Я не права? — и она перевела взгляд на ферину. — И ты в целом довольна, но только вот как-то проблемы никуда не уходят, странно?

Белая ведьма раздражённо повела головой. Ей было неуютно и стыдно, и кажется только присутствие Рэтара останавливало её от того, чтобы вскочить и выйти вон.

— Мы все, как наши родители, — проговорила Хэла, стараясь быть спокойнее.

— Я не как моя мать, — на этот раз Милена повысила голос и пошла в наступление.

— Неужели, — но было понятно, что с чёрной ведьмой ей не тягаться. В комнате кажется стало тяжелее дышать и это почувствовали и мужчины. Рэтар положил руку на колено супруги, чтобы унять её, но судя по всему это нужно будет пережить, потому что было уже не унять, из неё попёрло негодование, останавливать это Хэла не умела. — Ты не такая как твоя матушка? Не жрёшь своего мужа за то, что он слишком хороший папаша? Идеальный до тошноты? Детей он у неё не ругает! А ты не потому ли папу больше любила, что мама была первоклассной стервой? Мешает её слава?

— Я не, — она всхлипнула обидным словам и уже из последних сил держалась, чтобы не расплакаться по-настоящему и во всю силу.

— Светок, — простонал Роар и встал, чтобы успокоить её.

— Сядь, — приказала ему ведьма. — А ты такой же, как твой отец.

— Хэла, — рыкнул феран.

— Не рычи на меня, Роар. Меня этим не пронять, помнишь? — сказала чёрная ведьма вставая. — Сядь! И запомни, если не научишься разговаривать даже переступая через её слёзы, а ревёт она постоянно и будет реветь дальше, это вообще в ней неискоренимо, то ты пустишь под откос вашу жизнь. Ясно? Каждый раз, встречаясь с её слезами ты лезешь ей под юбку, а от этого случаются дети.

Он хотел что-то ей ответить, но она была права, и хотя было видно, что он злился, но за то время как был фераном всё же намного лучше получалось держать себя в руках.

— Я понимаю, что сложно смотреть проблемам в глаза, особенно, когда проблемы очаровательно любимые и рыдают так горестно, хоть убейся, но надо учится. И ты, — Хэла посмотрела на Милену. — Твои дети тебя любят. Ты их мать и этого никто не изменит. И что бы там тебе не думалось, но ты хорошая мать. И мне твои дети не нужны, ясно.

И Милена подняла на женщину глаза, полные этого диковатого удивления, словно в очередной раз Хэла залезла в её голову и понятно, что всё было понятно и без этих ведьмовских умений. Милена безумно ревновала своих детей.

— Нет. Я не испытываю невероятного восторга триумфатора, когда твоя дочь приходит в ночи к нам в постель, вместо того, чтобы прийти в вашу, — продолжила свою тираду Хэла. — Потому что нам в нашей постели третьи не нужны. Мы не испытываем расстройства, когда занимаемся друг другом, понятно? Нам хорошо вдвоём. Мы любим ваших детей, мы и вас, дураков, любим, но в постель к себе не зовём.

Она фыркнула, потом повела головой в раздражении и пытаясь унять себя.

— Я печалюсь, понятно, — сказала она тише. — Мне больно, что вы, взрослые, а ведёте себя хуже своих детей. И предложением оставить ваших детей у нас на несколько дней в лунь, это не предложение стать их родителями на веки вечные! И на этом я пошла есть!

Она обошла стол и отправилась на выход. За ней встал и Рэтар.

— Думаешь они поговорят? — спросил он, когда закрыл за собой дверь, оставляя Роара и Милену наедине и догоняя супругу.

— Нет, — ответила ему супруга уже совершенно становясь собой обычной, — думаю, что они разнесут нам своей страстью кабинет, потому что никто меня не слышал. И они снова будут делать так, как привыкли.

Тэяр поймал её за руку и остановил посреди огромной, как считала Хэла, гостевой залы их дома.

— Они тебя услышали, родная, — сказал он, обнимая её за талию и притягивая к себе.

— Только наш кабинет это не спасёт, — улыбнулась ему ведьма, давая себя поцеловать.

Чуть позднее, когда наконец все уселись за стол, Милена была намного спокойнее, потому что “я же сказала, что эта схема работает”, фыркнула Хэла, когда Роар с супругой добрались до обеденного стола.

Чёрная ведьма сидела рядом с супругом, а на спинке её стула, устроился между ними взрослый ханг.

Феран сидел за столом с дочерью на руках и Рэтар видел это невероятное сходство между ними, которое никогда не упускал.

Рада была вылитый отец. Личико её было мягким и очаровательным, как у матери, но хмурилась она как Роар, так же упрямилась, так же винилась, когда творила что-то и была поймана на этом.

Рейм сидел рядом с ними и тэяра тревожили слова Хэлы о том, что мальчик будет магом. Они никогда не обсуждали это, сосредотачивались на маленькой проказнице, его сестре. А Рейм вечно спокойный и не требующий особого контроля и внимания, оставался предоставлен сам себе. Впрочем Рэтар любил парнишку, а тот тянулся к нему, и с удовольствием учился всему, чему мог обучить его танар.

Весь этот гвалт за столом был сейчас таким обыденным и привычным. Тэяр вспомнил, как они с Хэлой были в Адире, сидели так же за столом в доме Войра и на Рэтара нашло тогда состояние невероятной благости, совершенно незнакомое в тот момент. Теперь это было постоянным чувством, знакомым, дарящим покой и счастье.

Это был дом. Дети спорящие за столом, люди, близкие и родные, и Хэла рядом, любимая его несносная ведьма.

— Ой, — воскликнула Лорана и покраснела. Все замерли обращая на неё свои взгляды.