Чтение онлайн

Рэтар до безумия хотел сейчас притянуть её к себе и обнять, поцеловать эти немного припухшие губы, наплевать на все эти запреты, наплевать на мнение людей и законы, он хотел её и он знал, что больше не сможет себя контролировать…

Вот бы коснуться её щеки рукой.

— Я рад, — с трудом выдавил из себя Рэтар, а потом перевёл взгляд вниз, на юбку платья — всё то же, которое было вчера и от которого она оторвала два лоскута на заговоры. — Ты ходишь в разорванном платье?

— Ничего, — теперь она повела плечом, — на мой век и этого хватит.

— Хэла-Хэла, — он покачал головой, из под юбки показались мягкие туфли, которые слуги носили дома, а Хэла надевала на улицу, а в доме всегда была босая. — Я давно хотел спросить, почему ты ходишь босая дома и не носишь тёплую обувь на улице?

— Потому что заговорить, чтобы не было холодно ступням, проще, чем заговорить мозоли, которые у меня от сапог появляются, — и она протянула руку к морде тооры. — Ничего, у меня с обувью всегда была проблема. Хоть хорошо, что и на себя можно немножко кой-чего наговорить.

Она улыбнулась и потрепала тоора по морде, тот ткнулся в её руку и довольно заурчал.

— Береги нашего достопочтенного ферана, лапушка, — прошептала она, уткнувшись в морду зверя лбом.

Рэтар кивнул в знак благодарности:

— До встречи, Хэла.

— Лёгкой вам дороги, достопочтенный феран.

Рэтар больше не мог, ему просто невозможно было вот так стоять рядом с ней. С одной стороны он ощущал себя спокойно и, чтоб ему провалиться, счастливо, а с другой его скручивали тревога и вот это чувство, что ему нужно, просто необходимо вернуть себе самого себя, а значит надо бежать, бежать, как можно дальше, и граница была достаточно удобна для этого бегства.

Он сел в седло и уже отъехал на приличное расстояние.

— Рэтар, — позвала его Хэла и, боги свидетели, он был готов бросить сейчас всё, только бы она звала его по имени всегда.

Феран обернулся.

— Спи под плащом, — улыбнулась она своей грустной улыбкой.

— Хорошо, — ответил он и улыбнулся в ответ.

А тревога росла, заполняла его, он немного проехал дальше и ещё раз обернулся на удаляющуюся фигуру Хэлы.

Да что ж такое? Кажется это будет невыносимо тяжело.

Глава 16

Милена проснулась от того, что внутри появилась нестерпимое желание. Её прямо таки вывернуло от того, что снилось что-то невыносимо страстное и жгучее как… как… да хрен знает как что.

Милена села, пытаясь унять себя.

В комнату, уже пустую, потому что серые разбежались работать, зашла Хэла, которая вернулась с прогулки со своими монстрами.

— Что такое? — спросила она у Милы, когда увидела её лицо.

— Ничего, — выдавила из себя девушка хриплым после сна голосом и к щекам прилила краска.

— Ну, конечно, — отозвалась женщина и села рядом с ней на кровать. — Давай, что у тебя там во сне случилось или в голове? Вроде похмелья быть не должно — я тебя вчера весьма маленечко напоила.

— Всё со мной хорошо, — качнула головой Мила и увидела на спинке кровати плащ митара.

На неё вихрем налетело воспоминание о вчерашнем, и это возбуждение, которое всё ещё не прошло, заставило неуютно поёрзать.

Хэла рассмеялась.

— Мне тоже такие снятся, всем снятся, ну правда, — проговорила она.

— Что? — в недоумении уставилась на неё белая ведьма.

— Сны такие, сексуальные, — Хэла залилась смехом, — или как сказать — эротишшшные?

— Да ну тебя, — Милена слегка улыбнулась.

— Снятся конечно, детка, я ж живая, мне по-твоему мужика не надо? Или всем тут не надо? Некоторые, вон по углам умудряются пообжиматься.

Милена вспомнила вчера Шеру с Элгором и кажется ещё больше раскраснелась.

— Ты про девочек? Серых? — выдавила она из себя, обводя глазами комнату.

— Ну да, — подтвердила догадку женщина. — Чего снилось-то?

— Я бы тебе не сказала ни за что, но я не помню, — ответила Милена, а Хэла на это снова рассмеялась. — А ты бы рассказала?

— А чего нет, — повела она плечом. — Вот ещё — такое развлечение и осталось. Серым-то можно, если без последствий, и пока не застукал никто, а мне куда… да и кто тут на такую, как я, позарится?

— Шутишь? — Милена уставилась на неё в замешательстве. — Ты шикарная, Хэла! Вон и феран даже от тебя без ума.

— Феран? — чёрная ведьма залилась смехом. Потом помотала головой. — Неужели эти “кумушки с лавочки”, — она сделала характерный жест пальцами ставя сказанное в кавычки, — уже напели? Вот, ей богу, чувствую себя, как дома в старые добрые времена, когда сплетницы-бабки около подъездов попы свои на газетках насиживали и всех чехвостили по чём зря.

— Но ты же говорила, что он тебе нравится, — стушевалась девушка.

— И что? Он мне может хоть тыщу раз нравиться, я и от Брэда Питта в восторге, но где я и где он? — она покачала головой и усмехнулась. — Милка, Милка…

— Брэд Питт он там, далеко, а феран здесь, — заметила девушка.

— Расстояния между нами это не уменьшает, — ответила Хэла.

— Я не понимаю.

— Я чёрная ведьма, — и она стала горестно серьёзной, — я зло во плоти, понимаешь? Со мной близость запрещена, это хуже смерти. Меня казнят за это, уж не знаю как тут — на костре вроде не жгут, но голову определённо отрубят, или ещё чего похуже. Тут такое не прощают.

— Но кто скажет? — вдруг подумалось Милене. Ведь женщину все любили, девушка это видела. — Ты же хорошая, Хэла, ты всем нравишься…

— Нравлюсь, пока в постель к обожаемому ферану не лезу, — покачала головой чёрная ведьма.

— А если он сам захочет?

— Пфф, не захочет, — слегка улыбнулась Хэла. — Есть тут конечно наверное такие господа, кто нервишки себе так щекочут, но уж точно наш феран к этим экстремалам не относится.

Милене стало так тоскливо от этих слов, что на глаза навернулись слёзы, снова дрожью по телу пробежал шёпот Роара и заставил её отчаянно жалеть себя — что за фигня вообще с ней сегодня происходит?