Чтение онлайн

– Чен, разговор не простой.
– Начал я, когда спины братьев скрылись из виду.
– Ты знаешь, как кочевники относятся к своим женщинам. Словно компенсируя сложность и трудность их образа жизни. Жена, мать, сестра, дочь... Это свято. А похищение и плен для девушки... Нашему роду, вне зависимости от итогов, даже когда мы докажем, что нашей вины нет, придётся взять на себя восстановление чести семьи Вхен. Ты примешь девушку в свой гарем.

– Нет. И это не обсуждается.
– Резко ответил Чен.
– Никаких гаремов или жён, даже если речь идёт только о благе престола. Ни одной женщины рядом я не потерплю!

– Что?
– слишком уж решительно прозвучали слова моего малька.
– Чен, кто она? Откуда?

– Из Верхнего мира. Я оставил своё сердце в волнах у её ног.
– Опустил взгляд Чен.

– Ты понимаешь, что означают твои слова?
– спросил я тихо.

– Да, отец.
– Совсем бесцветно прозвучал голос сына.

– Когда же ты успел вырасти, малeк?
– покачал я головой.
– Я понимаю, почему ты не утянул её с собой сразу. Но сейчас...

– У неё семья... Там. Я ничего не могу ей предложить, кроме собственного сердца. И надеюсь на милость Волны, может я ещё получу шанс.
– Признался Чен.

– Сын, мы вернёмся в Верхний мир. Месть за твой плен, за смерть Ясина приведёт нас туда.
– Пообещал я сыну.

– Я знаю. А что касается Ксиулан Вхен, то почему ты не возьмёшь её в свой гарем?
– предложил сын.
– Живот Райнис всё заметнее, значит, роды уже скоро и место рядом с тобой будет свободно!

– Ты что говоришь? Никаких гаремов больше, место Райнис навсегда останется только её...
– сказал я и замолчал, натолкнувшись на сочувствующее понимание во взгляде собственного сына.
– Я... Мне нужно побыть одному.

Не дожидаясь ответа, я развернулся и ушёл. Смысл и значение собственных вырвавшихся в порыве слов оглушали.

Когда это случилось? Когда жгучая ненависть растворилась в чeм-то гораздо более сильном? Но как же тогда... Думать и разбираться в собственных чувствах, было страшно.

Задумавшись, я сам не заметил, как пришёл к развалинам храма. Райнис была там. Как и в прошлый раз, она нежилась в купели. Я подошёл настолько тихо, что моё присутствие осталось для неё незамеченным. И начал осторожно массировать ей голову, откинутую на бортик. Недовольный моим вмешательством спрут, хлестанул меня щупальцами по рукам.

– У меня лучше получится, потому что у меня пальцы, - сказал я ему, чувствуя, как напряглась Райнис.

Странное дело, сейчас мы были не в Гроте, но я прекрасно чувствовал её эмоции. Удивление, некоторую настороженность... Её чувства имели десятки оттенков, и постоянно менялись. Словно радуга на бегущих струях.

– Я сама, - попыталась она прекратить происходящее.

– Ты же не собиралась так быстро уходить? Так что изменилось?
– тихо спрашиваю я.
– Я просто побуду рядом. Да и вон, смотри, как за мной следит страж храма.

– А так я сейчас усну, - блаженно прикрыла она глаза.

– Ну и спи. Или хочешь, я тебе что-нибудь расскажу?
– предложил я.
– Может сказку?

– Ты умеешь рассказывать сказки?
– сверкнуло любопытство.

– Конечно. В детстве я сам их очень любил. О воинах и о проснувшихся душах. Хочешь, расскажу о красавице с каменным сердцем и о том, как проснулась её душа?
– странно, но оранжевые краски любопытства сменились красными оттенками тревоги.

– Нет, не хочу. Представляю себе ту душу, просыпается такая, а тело-то всё это время жило, и что оно там творило, - как-то странно созвучно моим мыслям прозвучали слова Райнис.
– Расскажи лучше, что это за место и почему его все боятся?

– А ты ходишь сюда и сама не знаешь, что это за место?
– улыбнулся я.

Райнис, которую я встретил в пещерах была именно такой. Лишённая предрассудков, не считающаяся с молвой. В её действиях всегда больше порыва, чем расчёта.

– Мне здесь хорошо. И Немо не против моих визитов.
– Плеснула она ладонью в воде.

– Хорошо ей.
– Усмехнулся я.
– Это храм обретения справедливости и душевного покоя. А покой, как известно, возможен, только если тебя ничего не гнетёт, и за свои дела ты уже получил по заслугам. Но признавать справедливость воздаяния никто не желает, оттого и обходят это место стороной. На всякий случай, чтобы не напоминать о себе Великим Водам.

Глава 34.

Саар-Нали-Юфей.

– Смотрю, ты подготовилась, - взял в руки лежащую рядом с каменной чашей простынь.

– Угу, - буркнула она.
– Дай её мне, пожалуйста, и отвернись.

– Что? Зачем?
– усмехнулся я.

– Отвернись!
– надавила голосом Райнис.

– Райнис, это нелепо.
– Попытался я ей помочь, но окунулся в настоящую волну стеснения и злости.
– Ну, чего ты злишься?

– Потому что я не собиралась тут сверкать голым... голой кожей!
– непонятно ответила она.
– Я сейчас вытрусь и оденусь...

– Можешь просто завернуться. Я тебя отнесу в покои, отдохнeшь, пока я буду на совете. Или пойдёшь со мной?
– предложил я.

– Не думаю, что я очень нужна на этих советах, - засомневалась Райнис.

– Ну, почему же?
– улыбнулся, вспомнив, как она спорила со старым Ле-Гунном.
– Твое присутствие оказалось очень нужным и полезным.

Я услышал шорох ткани, и понял, что Райнис решила всё-таки одеваться.

– Ты что...
– возмутилась она, когда я обернулся, и тут же схватила отложенную простыню.

– Вот упрямая!
– я сам завернул её в ткань, пряча от слишком любопытных взглядов.

И сам стараясь не смотреть на даже сейчас выглядевшие жуткими шрамы.

– Я сама прекрасно дохожу!
– ворчала она, пока я нёс её на руках.
– А если увидят?

– И что? Несу на руках собственную жену в собственные покои. Ты слуг стесняешься? И давно?
– с удивлением отметил, что Райнис, чувствует себя не в своей тарелке.

Но возможности задуматься об этом у меня не было. Тонкой, робкой паутинкой, потянулось, казалось, к самому сердцу знакомое тепло. Малeк. Уже чует, тянется... Хорошо ему, наверное, спрятанному между родителями.

– Ты чего улыбаешься?
– тут же заметила Райнис.

– А ты малька не чувствуешь?
– удивился я.

– Нет, он же ещё не пинается. Только иногда становится так спокойно и тепло... Я думаю, что это он.
– Поделилась она своими ощущениями.

– Скажешь тоже, пинается.
– Я не стал напоминать, что когда малeк начнёт пинаться в своей икринке, роды будут давно позади.
– Пока он может общаться только так, посылая волны тепла. В комнате я опустил Райнис на пол и не удержался, встал на колени и прижался к её животу.