Чтение онлайн

Тимка-то с тигриком как? Пашут еще на президента? Молодцы, так держать! Тигрику даже орден дали, а за что?! Спас Тимона из горя-щего танка. А он-то как там оказался? По пьяни? Это он-то?! Блин, со-всем вы без меня от рук отбились! Ладно, извини, братан, но мне уже некогда. Жена ругается, говорит, что чай за то время, пока мы с тобой трепались в мочу превратился. Да не, это шутка такая. Просто остыл малость! И тебе того же!

Кладет трубку. Супруга:

— Ну, со, Барсёк, есё пирожного хочите?

— А то нет, я же сладкоежка, а вот чаю больше пока не надо. Я лучше кофейку с коньячком врежу. Сваргань, пожалуйста!

Химико уходит на кухню готовить кофе по секретному рецепту. Барин Барсик, развалившись в кресле, попивает кофе с коньяком, супруга суетится у телевизора, не может понять, почему это подарен-ный им русским президентом Ситроник берет только двести каналов. Компьютер посла дает сигнал о том. Что пришла электронная почта.

259

Барсик, срочно допив кофе, идет посмотреть в чем дело. Чуть позже приносит распечатку и показывает ее супруге.

Барсик:

— Взгляни-ка и ты. Дорогая на то, как наш Севастьян над полом Россвальдской церкви порхает. Просит проверить, не липа ли это.

Супруга:

— Хорошо, попрошу начальника внешней разведки лично про-верить.

Примерно через неделю, когда результаты экспертизы пять дней как готовы, снова звонит Севастьян, уже из Питера и интересуется тем, как продвигается его просьба.

Барсик:

— О, привет, меньшой! Чего не чешешься, все уже давным-давно готово! Сказать результат?! Дружок, тебя обвели вокруг пальца. Конеч-но, самый, что ни на есть обычный фотомонтаж! Как догадались-то? Так там такие спецы сидят, не чета нашим. Спрашиваешь, где? Ясное дело, во внешней разведке. Скоко, говоришь, заплатил за нее? Тысячу баксов! Это ты точно погорячился! Гарантировали качество. И ты им поверил! А к чему все затеял-то? Хотел самого президента удивить, чтобы тебя повыше продвинул. Ну, ты это загнул. Он на такое вряд ли бы клюнул. Чего теперь делать, интересуешься? Ладно, уговорил, попробуем что-нибудь с Химико нахимичить, только уже по-японски!

После того, как все было сварганено с поистине японской дотош-ностью и, результаты работы получены в далеком Санкт-Петербурге, вновь звонок, теперь уже сотового. Барсик включает громкую связь. Из репродуктора­ раздается могучий бас Севастьяна:

— Барс, ты чего натворил-то!? — А что такое?

— Так это, президент так заинтересовался этим феноменом, что хочет сам ехать в Шотландию!

— Небось, тоже вздумал помедитировать в воздухе?! А тебе-то что?

— Он предложил мне проехаться с ним за компанию.

— Блин, видать делать нечего, придется тебе признаться, что все это всего лишь шутка.

— Ну, уж нет. Я лучше последнее отдам этому грёбаному экстра-сенсу, чем посажу такое пятно на свою доныне кристальную репута-цию.

— Ну-ну, незапятнанный ты мой. Смотри, как бы хуже не вышло! — Придется рискнуть, если что будет не так, скажу брачок, мол,

вышел.

260

Коли решит переснять, вначале пришлю тебе результат, чтобы ты чуток снова пошуровал, а потом уже отдам президенту.

— Не, ты меня в это дело не впутывай!

— Бля, ну ни хрена вдруг стало не слышно! Ладно, жди!

Ровно через пять дней напряженного ожидания Барсик, не выдер-жав, сам звонит младшему брату.

— Ну чего, Севастьян, в чем дело, почему до сих пор ни слуху, ни духу?!

— Так это, чего тебя зря тревожить, все само собой прояснилось! — Не врубился?!

— Да, бля, он передумал. Говорит, понял, что это первоапрельская шутка.

— А кто подсказал-то?

— Да Тимон число на обороте углядел!

— Блин, вот молодец-то! Ведь там не было этого, я точно помню! — Да, повезло тебе, ведь сегодня еще только 30 марта!

10 апреля 2007 г.

ТЕАТР БРАТЬЕВ КОТОВСКИХ

Кража в музее, или где русский дух, там Русью пахнет!

Действующие лица:

Барсик — здешний землевладелец. Тима — его бедный родственник. Сева — младший брат последнего.

Буся — богатый предприниматель, бывший работник нефтяной отрасли.

Котя — частный сыщик.

Нурик (Нурадин) — управляющий пана Барсика, французский бульдог.

Крыса Арнольд — слуга. Все коты.

Сцена 1

Гостиная на чердачном этаже особняка хозяина. Нурик, Тима и Сева играют в карты. Неожиданно стук в дверь.

Нурик (он за старшего): Да, да входите. Появляется Арнольд весь бледный от волнения.

Арнольд: Нурадин Залманович, Барс Сергеевич срочно требует вас к себе!

Нурик (обращаясь к братьям): От бляха, а ведь я уже выигры-вать начал. Ничего, хлюпики, вернусь продолжим, а пока перекурите что ли.

Тима: Ладно топай уж, а мы тут малость потренируемся.

С е ва: Точно, точно, братик, а после вломим ему уж по самое дальше некуда!

Арнольд и Нурик уходят.

Тима (Севе): Я полагаю дело серьезное, видел как Арнольд рас-старался?

С ева: Аха, а ведь он лодырь известный не то, что мы с тобой. Тима: А, давай. пока ему босс там вставляет, пометим все карты

нафиг!

С ева: Правильно мыслишь, старшой, тогда мы его точно обла-пошим!

265

Начинают метить карты, где-то на половине работы раздается звонок телеф имона. Тима берет трубку, Сева плохо слышит и потому не лю-бит долго говорить по телефону.

Тима: Алло, ой, Барс Сергеевич, это вы, всячески желаю здрав-ствовать! Понял, срочно прибыть к вам да еще и с братом. Уже идем. (Обращаясь к Севе.) Слушай сюда Сивый. Похоже мы влипли.

С ева: А что такого случилось-то? Тима: Да, блин горелый, не разобрал!

С ева: Чего так?

Тима: Ты же его знаешь, орал, как обычно, что-то не членораз-дельное, да бросай ты ерундой заниматься! Ноги в руки и почапали к барину, не то мало не покажется.

Уходят, правда, не забыв прихватить с собой недоделанную колоду, разделив ее примерно поровну, чтобы поменьше из трусиков вы­ пирала.

Сцена 2

Уже в кабинете у богатого родственника.

Барсик (красный от возмущения): Явились, засланцы, призна-вайтесь, обормоты, пока я не озверел окончательно, кто из вас такую ересь отчебучил?

С ева: Босс, да мы знать ничего не знаем.

Тима: Чистая правда, ваше свирепое Сиятельство! А что случи-лось?

Барсик: Бросьте брехать, недоросли, кроме вас это сделать было некому. У Нурика с Арнольдом крепкое алиби.

С ева (тоже начиная сердиться, он парень заводной, единствен-ный из всех кто осмеливается хотя бы иногда рубить правду-матку, глядя прямо в глаза благодетелю): И у меня тоже алиби!