Чтение онлайн

В той же промзоне он принялся захватывать продуктовые и фармсклады, торговые базы и заправочных станции. Его люди уносили и увозили всё, что было нужно на ставшую своей «Станцию Текстильщики». Вычищенные, опустевшие территории просто оставляли. Кое где Герман встречал упорное сопротивление хорошо вооружённых отрядов и тогда он просто откатывался назад. В такие моменты он остро ощущал недостаток вооружения своей группировки. В оружейке филиала им удалось забрать только пистолеты под 9 мм патрон и полуавтоматические карабины Сайга 12 калибра.

Для боя его людям требовалось подходить близко к противнику и потому нести потери. Он потерял двух парней на таких стычках. Будь у него какой-нибудь нарезной дальнобой, да хотя бы просто АК, он бы парой точных выстрелов мог бы решать исход таких противостояний без лишней крови. Забраться в здание напротив, выцелить издалека, без риска, одного из защитников и жахнуть. Даже не убивать, а просто обозначить, к примеру, в ногу, свои возможности. Стражи мигом дeрнут с объекта, спасать свои жопы. Одним словом, без нарезного оружия их штурмовые действия скоро сойдут на нет. С трудом хватало возможностей защитить своё.

Для рейдов за добычей Герман выделял группу из трёх бойцов, которую всегда возглавлял сам. Отсиживаться на базе бывший инкассатор считал вредным и для дела и для авторитета. Ведь он нарочно окружал себя людьми с оружием и потому должен был всегда быть с ними, быть в теме, быть лучшим. Иначе однажды он рискует оказаться на месте директора своего филиала.

…………………………………………………………………………………………………………………….

Однажды, когда день уже подходил к закату, группа залегла на крыше одного из брошенных частных домов на улице Онежской. Нужно было понаблюдать за небольшим продуктовым складом при магазине, чтобы решить по зубам ли им этот орешек. На секунду отвлекшись от разглядывания территории за магазином, Герман вдруг увидел, как в квартале от них улицу быстро пересекла группа военных.

Солдат было всего трое. С ними шла пожилая женщина и молодой парнишка, который тащил объёмистый рюкзак за спиной. Это был подарок судьбы. В обстановке жилых кварталов, улиц по которым спешат в разных направлениях люди с сумками, свёртками, коробками и чемоданами, ему с парнями удастся достаточно близко подойти к солдатам. Прежде чем вояки поймут, что рядом появилась угроза, люди Германа отстреляются по ним с эффективного расстояния и вопрос будет решён.

У группировки появятся три автомата! Как уже многие, стоящие на пути свершения его планов люди, эти солдаты легко получили приговор. Жизненные принципы Германа довольно быстро подверглись переменам с того дня, когда он первый раз выпустил пулю в человека — начальника огневой подготовки в филиале. Он по прежнему видел себя хорошим человеком. Однако количество хороших, в его понимании, людей вокруг резко сократилось. Хорошими он продолжал считать тех, кто сегодня терпел бедствие. Этих он считал достойными помощи и поддержки. Хотя и среди них было полно негодяев, судя по дракам на улицах. Тех же, кто с оружием отвоeвывали себе место под солнцем, он сразу принимал за соперников и не видел зла в их уничтожении. Солдаты были вооружены и мотивы их были неизвестны, потому они были просто одними из тех, с кем можно и нужно поспорить за трофеи.

Герман объяснил своим задачу и плюнув на продуктовый, группа встала на след, следующей через Пашковский посёлок, военных. Было неизвестно куда идут солдаты, но можно было догадываться, что если к своим, то основные силы, наверное, расположены где-нибудь в промзоне. Значит атаковать их необходимо на окраине посёлка, сразу за улицей Новороссийской, которая отсекала жилую зону от территорий предприятий.

Там, где военные вышли к Новороссийской, она была на удивление пуста. Нужно было начинать. Но конвой вместе со старухой и парнем, неожиданно ускорившись, быстро пересекли её и скрылись за трехэтажным офисным зданием. Прежде чем Герман успел дать команду своим парням на сближение и атаку. Бывший инкассатор выматерился, понимая, что упустил возможность и быстро перекроил план. Нужно было заставить этих солдат задержаться у здания, затем взять их в клещи и перещелкать в ближнем бою. Иначе они пересекут большое открытое пространство промзоны, раскинувшееся за зданием и люди Германа, преследуя их, окажутся как на ладони и на дистанции поражения для автоматов АК.

— Коля, резко ускоряйся, обходи вон то здание слева, — крикнул Герман одному из спутников, — сразу, как увидишь их — стреляй! Не дай им уйти за разгрузочный площадку! Отвлекай на себя. Свяжи их боем, а мы подойдем быстро, тут напрямую и пока они на тебя отвлекаются, грохнем их всех в упор.

— Игорь, а ты так же быстро! Вон тот склад справа обходи и бей их с другой стороны! Сразу! Задача та же: задержать и отвлечь до нашего подхода!

Парни кивнув рванули в своих направлениях, а Герман обратился к оставшемуся с ним бойцу:

— Мы ждем тут, чтобы картинку со стороны видеть. Как только парни огонь откроют, бежим к зданию. У вояк перед носом выскочим пока они отстреливаться будут.

— Хорошо, — ответил Саня Круглов. Это был тот самый напарник Германа, который вместе с ним захватывал оружейку. Обычно энергичный и решительный, сейчас Саня был как-то молчалив и словно подавлен. Рука его то и дело нервно сжимала рукоятку Сайги.

Отправленный в обход слева Николай выскочил из за дома и тут же в 20 метрах перед собой увидел стоящего на углу на одном колене Шульгу. Солдат смотрел в сторону и был прекрасной мишенью. Сердце возбужденно заколотилось, предвкушая победу, и Николай вскинул Сайгу. Мальчишка, стоящий неподалёку закричал и солдат, разворачиваясь на колене, ушёл с линии прицеливания. Грохнул выстрел и пучeк дроби выбил облако кирпичного крошева в считанных сантиметрах от плеча Шульги. Тот шарахнулся в сторону с воплем, потому что несколько свинцовых шариков угодили всё таки в руку. Николай повел стволом за вскочившим противником и выстрелил снова. Однако и Шульга, смешаясь вправо, успел навести АК на врага и дать короткую очередь. Они упали вместе одновременно: один с развороченной ниже левой ключицы грудиной и второй с вошедшей под глаз пулей 5,45.

Димка грохнувшись наземь, дико вращал головой из стороны в сторону. Шульга в пяти метрах шумно вдохнул и замер, а со стороны противоположного угла здания, где стоял Карпачев, тоже грохнуло дважды. Карпачев укрылся за старым стальным мусорным баком, стоявшим вплотную к стене, потому оба выстрела, вышедшего на него Игоря, пришлись по железу и не смогли пробить два листа контейнера. Сидя на корточках, Карпачев высунул ствол из-за бака и дал две очереди наугад. Откуда по нему стреляли увидеть он не успел, а теперь высунуть голову было опасно.

Игорь понял положение противника, тот был зажат. И хотя от него требовалось именно этого: лишить военных манёвра, кураж толкнул дальше. Игорю захотелось закончить всё самому. Уже не скрываясь, он выскочил из кустарника, облепившего складской модуль, и держа на прицеле контейнер, двинулся на сближение.

Внутри здания тоже раздались две длинные очереди.

Димка пополз к Шульге. То ли потому что с его стороны стихла пальба, а у Карпачева стреляли, то ли потому что неосознанно хотелось оказаться рядом с кем-то сильным в такой момент, но действовал он не думая.

Вокруг Шульги расползалась липкая лужа. Димка потряс его за плечо, глупо выкрикивая:

— Эй! Эй! Эй!

Быстро поняв, что тот больше не отзовется, парень начал тянуть на себя автомат. Однако ремень зацепился за разгрузку, и мальчишка взвыл от отчаяния и натуги, овладевая оружием.

Тем временем, выставив перед собой ствол и по дуге обходя мусорный бак, Игорь подошёл к нему на дистанцию около 5 метров. Каждое следующее мгновение за железным углом должен был показаться укрывшийся там солдат. Внезапно у самой земли из-за бака выглянул ствол АК и широким веером полоснул пространство. Пуля перебила Игорю голеностоп. Вопя от боли, он обрушился вниз на правое плечо. Как раз с этой точки ему и стал виден Карпачев, злобно щерившийся на него из своего укрытия. Их лица внезапно стали как бы очень близки, настолько что каждый смог рассмотреть и плотно сжатые губы и капли пота на лбу и упрямое желание досмотреть до конца финал этой дуэли. Дульные срезы тоже смотрели в лица людей. Широкий 12 калибра и маленький на 5,45. И люди не жмурясь нажали на спусковые крючки. И когда выстрела не случилось, Игорь решил сперва, что он уже умер поэтому не слышит ни своего выстрела, ни выстрела того парня. А Карпачев злобно подумал, что он мудак и пропустил в запаре момент, когда его магазин опустел и теперь этот бандос использует свой шанс и как жахнет из этого своего дробовика и он Женя Карпачев будет лежать без башки с пустым магазином, как лошара.

Поэтому от досады он зажмурился, приготовившись к неприятного ощущению. А Игорь не смог выстрелить потому что его рука при падении сломалась и острые края излома надорвали тонкие нити нервов. Наблюдая, как солдат тянется к разгрузке за полным магазином, он догадался, что жив и это чувство вмиг прогнало накатывающую слабость. Игорь рванулся к Сайге левой, целой рукой. Он видел, что сделает свой выстрел быстрее: солдат только тянулся рукой с магазином к автомату. Рука сжала пистолетную рукоять дробовика, палец лёг на спуск и оставалось чуть подвернуть ствол, когда несколько пуль впилось ему в грудь и живот, закончив все мысли.