Чтение онлайн

Данте промолчал. Он думал.

Здоровяка мог подослать Эткинсон. С американца станется зарубить на корню карьеру человека, с которым он не поладил с самого начала. Возможностей у бедствующего мультимиллиардера тоже достаточно.

С другой стороны, пока еще теория о Падшем не имеет опасности для Коллегии и лично для американца, да и вообще выставила Данте в не лучшем свете. Даже благожелательно настроенный Афанасий — и тот лишь вежливо улыбнулся, но комментировать идею Данте не счел нужным.

Можно ли расценивать появление Чинтано как первый из политических козырей, просящихся в рукав?

В конце концов, а что он собственно теряет? Карьеру кардинала? Так жил без этого сана, проживет и дальше. Если его теория верна, а Данте был уверен в собственной правоте на все сто, то лишение монсеньорского титула лишь замедлит наступление его триумфа веры. Но не отменит его.

— Мистер Чинтано, давайте сделаем так, — произнес Данте. — Сразу же по окончании Коллегии я побеседую с вами в приватной обстановке.

Здоровяк с готовностью кивнул.

— И пожалуйста, не надо больше нелегальных подключений к видеосистемам Коллегии. Все что нужно, вы узнаете от меня лично. Я, знаете ли, не хочу терять новоявленных союзников.

— Итак, господа, вернемся к нашим баранам.

— Лучиано, будьте прямее, — попросил Эткинсон. — Они не бараны, а самые что ни на есть козлы.

Итальянец с укоризной посмотрел на Эткинсона. Американец лишь дернул подбородком, и еще фривольнее устроился в кресле, закинув ногу за ногу.

— Энжи, не надо недооценивать восток, — наставительно произнес кардинал-викарий Лью Синь, впервые за все заседание. Даже собеседование с пекинским филиалом МГБ старый китаец, возглавляющий Восточный викариат, провел молча. Хотя с госбезом Поднебесной успели переругаться почти все кардиналы, включая Данте.

— Вы можете считать азиатов кем угодно, но это ваши национальные предрассудки, не более.

— Да ну? — меланхолично отозвался Эткинсон.

— Я знаю, Энжи, что в Прелюдии у вас погиб брат, военный летчик. И то, что последующий Армагеддон унес жизни остальных членов вашей семьи в Калифорнии. Но это не значит, что в ваших несчастьях виновны исключительно китайцы. Политика США эпохи до Армагеддона была не менее… скажем так, вызывающей, чем политика Поднебесной.

— Синь, не надо чистить мне мозги, — ответил американец. — Вся моя прошлая жизнь осталась в прошлом. Я говорю про сейчас. А сегодня ваши соотечественники у нас под носом в нарушение всех соглашений умывают нам задницу скипидаром. Что и подтвердила наша перепалка с их спецслужбами. Вы сами все слышали.

Да, Синь слышал, как и все остальные члены Коллегии. Видеоконференция с руководителями китайского МГБ оставила впечатление, что китайский госбез безусловно согласен со всеми решениями Коллегии, но не считает нужным подчиняться европейской и общемировой Церкви. Министерство опровергло обвинения в свой адрес о том, что оно поддерживает проект создания биологического оплота Границ. Более того, госбез Поднебесной сам выразил желание разобраться, кто и на какие деньги создает какое-то так биологическое оружие против Инферно. Генералы МГБ всячески уверяли, что уже начали копать в эту сторону и что поиски следов таинственного проекта уже ведутся. Пока результатов немного, известно лишь, что из частной клиники на юге страны была похищена девочка, рождение которой покрыто мраком тайны. Вроде бы, она — следствие искусственного оплодотворения с применением новейших генных технологий.

Но это все, что якобы знали в госбезе КНР. Любое участие правительства в каком-либо тайном проекте генералы опровергали. От участия своих агентов в поиске открещивались. Были готовы даже передать полный и подтвержденный протокол действий агентуры в последние две недели. В общем, переговоры с МГБ закончились ничем. Стороны раскланялись и расстались без сожаления. А между тем, к поднебесникам оставалось множество вопросов. Увы, влияние "Непсис" на КНР по-прежнему оставляло желать большего.

— Я все равно считаю, что вы не владеете китайским вопросом, — сказал Синь. — И поэтому…

Вдруг кардинал-викарий отвлекся от американца, прислушался. Поднял голову, постучал себя ладонью по уху, затем поднял указательный. Давал знать, что новость, поступившая ему на мобилу, действительно важная. С минуту выслушивал доклад, задал несколько вопросов по-китайски, затем снова обратился к Коллегии.

— Господа, только что мне доложили, что замечена активность китайского госбеза в наших телекоммуникационных сетях.

— Ну и что? — удивился Махмуд. — Одним из пунктов нашего соглашения с КНР является взаимное предоставление линий связи.

— Да, — склонил голову в согласии китаец. — Но впервые МГБ использовала наши сети в режиме интеллектуального поиска.

Все до единого кардиналы посмотрели на Синя. Это действительно новость! МГБ рьяно охраняло секреты своей системы интеллектуальной прослушки, и вот, ввело в бой тяжелую артиллерию. Нет, сверхтяжелую. Известно, что Прелюдия началась с щелчка по носу американским спецслужбам, когда КНР получила доступ к правительственной связи США. По сути, интеллектуальная система прослушивания госбеза КНР представляла собой мощнейшее оружие. Грубое, но эффективное. Внедрение программных агентов Большого Уха, как называли систему в мире, заметно даже самому неподготовленному коммуникационному администратору. Но ничего сделать с этим он не может. Лишь констатировать прослушку и стараться лишний раз не общаться через Сеть.

— Что они искали? — спросил Афанасий.

— Фильтры агентов настроены на поиск наших касимских беглецов. Девчонку и беглого контрабандиста.

— Нашли? — это Лучиано.

— Да. Господина Уайта зафиксировали по сетевому следу где-то в Хабаровске, это совсем рядом с китайско-российской границей.

— Надо думать, что мистер Уайт уже в руках МГБ, — сделал вывод Эткинсон. — Поздравляю, господа, нас только что поимели еще раз.

Коллегия молчала. Коллегия переваривала поражение. И что самое обидное, враг, а скорее даже не враг, а соперник воспользовался оружием самого "Непсиса" — сверхскоростными сетями передачи данных.

— Ну и что, господин Синь, — улыбнулся американец, — помогло вам знание Востока?

— Считалось, что проект Большое Ухо закрыт, — сказал китаец. — Никому не хотелось повторения Прелюдии.

— Как большое ухо — да, закрыт. Но как ма-а-аленькое такое ушко — вовсе нет. Итак, — Энжи поднялся из полулежачего положения и хлопнул ладонями по столешнице. — Кто за экскоммуникацию Китая из наших сетей? Я считаю, что мы не имеем права и дальше выдавать КНР такой карт-бланш.

Первым заговорил Александр, кардинал-вдохновитель. По общему мнению, истинный глава Коллегии "Непсис". Он задавал направление, и кардинал Лучиано вел церковь по заданному пути. Сам Александр был очень молод, дай бог лет тридцать пять — сорок. Безобразно юн даже для епископа, что уж говорить о представительстве в высшей власти. Но его слово каким-то таинственным образом всегда было решающим.

— Энжи, — сказал Александр. — Вы поднимаете вопрос не в вашей компетенции. Стратегическое планирование ведут исключительные иерархи нашей организации. Ни вы, ни я в их число не входим.

Исключительных иерархов было два. Господин Тодоровски, глава CERN и по совместительству председатель совета директоров компании "Отпорные технологии Инкорпорейтед". И господин Камир аль Триях, председатель правления Российско-арабского союза поставщиков энергоресурсов. Грубо говоря, первый продавал для всей планеты безопасность, а второй — ресурсы для обеспечения этой безопасности. С момента, когда мир опутала паутина оплотов Границ, больше трети всей производимой энергии уходило на поддержание работоспособности этих устройств. А ведь человечество лишилось всех атомных электростанций. Попытка защитить сверхвысокомощные реакторы от вторжения Инферно требовала столько оплотов и столько энергии для их питания, что на три четверти покрывало возможности самой АЭС.