Чтение онлайн

Найти, чем занять ответственный по значимости, но мало загруженный по времени участия в борьбе «одноразовый» вид ВС (проблема, которой у США нет) конечно же надо. Но не ценой разрушения сложившейся и развивавшейся десятилетиями СИСТЕМЫ ИНФОРМАЦИОННОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ воздушно-космической обороны ГОСУДАРСТВА. Оно не только нелогично и совершенно бессмысленно, но и очень опасно. Ведь делается это в условиях продолжающегося, особенно в США, бурного развития глобальных ВОЗДУШНО-КОСМИЧЕСКИХ СИСТЕМ различного, особенно военного назначения, а также СМЫКАНИЯ суборбитальными классами СВКН: гиперзвуковыми крылатыми ракетами (ГЗКР), воздушно-космическими самолетами (ВКС), ракетопланами (РПл) и др. — ВОЗДУШНОЙ (ниже 35-40 км) и КОСМИЧЕСКОЙ (выше 120-150 км) областей военных действий ЕДИНОГО воздушно-космического противника.

В связи с военной ненадобностью всего этого для нынешних РВСН осваивать ими наряду с пусками МБР (и БРСД) по наземным объектам противников ещё и давно освоенные Войсками ПВО ведение разведки в космосе средств на траекториях и орбитах, а также ведение борьбы с орбитальными и комбинированными средствами («в космосе, из космоса и через космос»), сменяя на этом десятилетия готовившиеся Войска ПВО, ни к чему. Тем более, что не ясно, до каких пор боевые средства ВКС и ПКО будут находиться в зачаточном состоянии (а вести борьбу им пока ещё нечем), и когда войска РКО впишутся в неясно какую, кем и когда заказанную и полученную в условиях сокращения военных расходов, а вообще-то и ненужную с и с т е м у в РВСН. Это не только сложно и совершенно не обеспечено техническими средствами, но и необъяснимо логически — зачем всё это делать в одной стране дважды?

Во-первых, ради чего в принципе ни с того, ни с сего менять то, что есть и слажено, на то, чего нет, и отбирая у тех, кто занимался этим с самого начала, поручать всё другим, ранее этим не занимавшимся, с созданием при этом вместо существующей ЕДИНОЙ СИСТЕМЫ ВКО от ЕДИНОГО воздушно-космического противника в одном виде ВС ДВУХ новых и пока никем не проработанных практически и даже не обоснованных теоретически систем в разных видах ВС?

Во-вторых, из каких военных соображений сочли лучшим вместо ЦЕНТРАЛИЗОВАННЫХ ДЕЙСТВИЙ единой системы ВКО, готовившейся для этого в течение 30-40 лет, организовывать, особенно в «промежуточной» области воздушно-космического пространства (на высотах от 40 до 120 км) сложное ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ войск и сил двух впервые создаваемых и ранее никогда не встречавшихся гибридов — «ВВС и ПВО» и «РВСН, ВКС и РКО Войск ПВО» — при борьбе с ГИПЕРСКОРОСТНЫМИ перспективными средствами ВКН, маневрирующими С ОРБИТ В АТМОСФЕРУ И НАОБОРОТ?

В-третьих, передача войск РКО в РВСН, а ПВО в ВВС — это не только межкабинетные перевозки кресел, ковров и прочего служебного скарба из Балашихи в Одинцово, а с Пироговки в Балашиху, успешное мгновенное осуществление которых уже, ликуя, объявляют «заметной подвижкой» и даже «большим достижением» в военной реформе. А кто будет не просто «начальствовать» в мирное время, но и организовывать ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ новых ВВС и новых РВСН НА МЕЖВИДОВОМ (межгибридном) УРОВНЕ в военных конфликтах? Кто его будет осуществлять? С помощью каких технических средств? Кто и когда определит их облик, задаст в разработку, получит на вооружение, развернёт и освоит? В СССР на подобное уходили десятилетия и не всегда успешно!

А ведь проще и дешевле одуматься, вернуться к началу и научно обосновать, как надо реформировать ВС по серьёзному, а не в ведомственных целях? Надо же смотреть в корень и учитывать прошлый опыт! Мы провозгласили «реформу во имя экономии», а замахиваемся на российскую военно-техническую «панаму» или на советский «БАМ». И в действиях и в желаниях надо помнить о ЦЕЛИ РЕФОРМИРОВАНИЯ!

Из доложенного следует, что логики в объединении РВСН и войск РКО ПВО нет никакой. Их надо разъединить.

Единственной ОБЩНОСТЬЮ в этом конгломерате войск и сил является наличие во всех родах авиации в ВВС и в одном из родов войск в Войсках ПВО САМОЛЁТОВ. Но и то разных классов и назначения, в целом НЕ ВЗАИМОЗАМЕНЯЕМЫХ не только по боевому применению, а в значительной степени и по их обслуживанию (эксплуатации, ремонту, обучению). Не очень, но самое близкое сходство имеют существенно различающиеся всепогодные перехватчики Войск ПВО и фронтовые истребители ВВС для действий в несложных условиях погоды и времени суток. В остальном между Войсками ПВО и ВВС ПОЛНОЕ РАЗЛИЧИЕ и даже ПРОТИВОПОЛОЖНОСТЬ в нескольких планах.

Первое. ВВС — не единственный, а один из трёх наступательный (ударный), Войска ПВО — единственный оборонительный вид ВС. Военные действия они ведут против РАЗНЫХ видов сил и объектов противника, в РАЗНЫХ сферах вооруженной борьбы (один с воздуха на земле или воде, другой — с земли и воздуха в воздухе и космосе), в совершенно РАЗНЫХ конкретных местах (Войска ПВО в границах государства, дислоцируясь в важнейших экономических районах, а ВВС за его пределами, дислоцируясь в приграничных и приморских районах) и в РАЗНОЕ время. Сроки наших и противника налётов никто никогда не согласовывает и это не возможно. А значит невозможно конкретно согласовывать и планировать время действий фронтовой авиации ВВС и сил Войск ПВО. Совместное применение фронтовой авиации ВВС и Войск ПВО в борьбе с воздушным противником, не исключаемое на сухопутных фронтах, кроме как с ИА ВВС не по всем классам самолётов и крылатых ракет и только при их визуальной видимости, ИСКЛЮЧЕНО В ПРИНЦИПЕ.

Второе. ВВС России — это не единственный и совсем не главный «меч» не только против всего воздушно-космического противника (ВКП), но и против всех видов его авиационных сил. По тактико-техническим возможностям для ИА ВВС доступна лишь часть даже только авиационного типажа СВН и то не во всём диапазоне условий их действий, а для ДА ВВС практически не доступна территория США. С ВВС крупнейших государств и их военных блоков им далеко не равняться по силе.

Кроме того, ВВС России — совсем не ВВС США, в которых объединены, а точнее сразу же создавались вместе, прежде всего и главным образом ВВС и РВСН, а не ВВС и ПВО. Наличие в одной руке бомбардировщика, а в другой — баллистической ракеты делает ВВС США в противоположность ВВС России полновесным главным и единым воздушно-космическим «мечом», а без иносказаний — единым воздушно-космическим ударным (наступательным) видом ВС. Небольшой «довесок» авиационного компонента (ИА), оперативно подчинённого практически ненужной на удалённом от нас и обособленном континенте системе ПВО NORAD, на облик американских ВВС влияет очень мало. Войска же ПВО СССР, а пока и России — это главный и при оперативном подчинении ему части сил и средств ПВО других видов ВС способный стать единым «щитом» против всего воздушно-космического противника (ВКП), а без иносказаний — единым противовоздушно-противокосмическим оборонительным видом ВС.

Третье. Войска ПВО в целом являются войсками ПОСТОЯННОЙ БОЕВОЙ ГОТОВНОСТИ и ПОСТОЯННОЙ ДИСЛОКАЦИИ с заранее известными уже в мирное время БОЕВЫМИ ЗАДАЧАМИ, оборудованными и подготовленными на всей территории государства боевыми позициями, развёрнутыми системами разведки, связи и управления. ВВС в целом таким видом ВС не являются. Они имеют лишь общее предназначение с готовностью к действиям в различных регионах (районах), но без заблаговременно, до начала очередных военных действий ставящихся конкретных боевых задач и находятся в местах дислокации мирного времени.

Четвёртое. Главное командование Войск ПВО является ОПЕРАТИВНО-СТРАТЕГИЧЕСКИМ КОМАНДОВАНИЕМ. имеет юридическое право издавать БОЕВЫЕ ПРИКАЗЫ подчинённым штатным объединениям на ведение военных действий по выполнению задач, определяемых и ставящихся им своими решениями, и НЕПОСРЕДСТВЕННО РУКОВОДИТ их ведением и выполнением. Главное командование ВВС по фактическим функциям является АДМИНИСТРАТИВНЫМ КОМАНДОВАНИЕМ, которое НЕ ВЕДЁТ самостоятельных военных действий. Объединения и соединения ВВС, всякий раз распределяемые высшим командованием, УЧАСТВУЮТ в военных действиях, проводимых разными оперативно-стратегическими командованиями (Верховным Главным Командованием, командованиями сухопутными фронтами, флотами, зонами ПВО).

Дальняя авиация является одной из составных частей ядерной триады (РВСН, РНМФ, ДА ВВС) и стратегической неядерной силой, применяемой по замыслам и планам ВГК, а не Главкома ВВС.

Фронтовая авиация (фронтовые бомбардировщики, штурмовики, истребители), находясь в составе воздушных армий или ВВС военных округов, действует по замыслам и планам наземных операций под общим командованием ВГК или сухопутных фронтов, а не Главкома ВВС.

Военно-транспортная авиация выполняет задачи (десантирование, транспортные перевозки и др.) по замыслам и планам высшего командования или заявкам оперативно-стратегических командований, а не Главкома ВВС (не он определяет, кого куда и когда транспортировать для выполнения каких боевых задач).