Проблеск вечности
Шрифт:
Когда они снова выехали на автостраду в Пасадене, Эбби громко вздохнула от изумления, увидев, какими высокими были некоторые здания. А в местности, именуемой Глендейлом, например, они были еще выше. И почти все здания напоминали коробки с окнами. Неужели в них живут и работают люди? Город, казалось, был бесконечен. Всюду вдоль автострады стояли здания.
И с каждой проносящейся мимо милей, с каждой минутой тревога Эбби только усиливалась.
Ах, если бы только Майк знал, как ей хотелось поделиться с ним своими мыслями, как хотелось довериться ему… Тогда она, несомненно, почувствовала бы себя лучше. И если между ними и существовали некие непостижимые узы, то понять Майка сейчас было невозможно.
Впрочем, спустя некоторое время Майк заговорил с ней как ни в чем не бывало, чем привел ее в замешательство.
— Моя контора находится в Беверли-Хиллз, — многозначительно сообщил он, словно и не сомневался, что Эбби знает, где это. — Тетушка Майра запихнула меня туда вскоре после того, как я добился некоторых успехов.
Вскоре Эбби поняла, почему слова «БЕВЕРЛИ-ХИЛЛЗ» должны иметь значение для каждого, кто знает в этом толк. Всюду высились многоэтажные здания, по улицам самоуверенно прогуливались здешние жители.
Многие из них были в такой же одежде, какую носил в пустыне Майк: и мужчины и женщины были в джинсах «Левис» и облегающих тело рубашках — футболках, как называл их Майк. Некоторые женщины выглядели просто бесстыдно. Эбби коснулась мягких складок своей юбки нежно-голубого цвета. Немногие женщины здесь ходили в юбках, да еще такой длины, как у нее. И все-таки можно было надеяться, что она не покажется белой вороной среди горожан.
Эбби внимательно смотрела на проносившиеся мимо магазины, в окнах которых были выставлены необыкновенные товары.
— Это проспект Родео, — объявил Майк. — Ты, разумеется, слышала о нем.
— Разумеется, — солгала Эбби.
— Здесь продается самая дорогая модная одежда, мебель.
Эбби заметила, что на перекрестках улиц Майк останавливался, когда на какой-то штуковине, висевшей над дорогой, загорался красный свет. А когда этот свет сменялся зеленым, он ехал дальше. Правда, она так и не поняла, что же означал желтый свет: при нем Майк то замедлял ход, то останавливался, то мчался вперед.
Контора Майка находилась в большом здании, стоявшем на оживленной улице под названием Уилширский бульвар. Он направил «бронко» в какой-то въезд под зданием и остановился. Из кучи одежды на сиденье позади пего он взял галстук, похожий на те, которые Эбби видела в магазинах в Барстоу. Застегнув рубашку на все пуговицы, он надел галстук, затянув аккуратный узел, даже не прибегая к помощи зеркала. Потом повернулся и вытащил из той же кучи куртку, которую тоже надел на себя. Пробежал пальцами по своим длинным и густым темным волосам, словно причесывая их.
Отдав ключ от автомобиля какому-то служителю, он провел Эбби к длинному ряду дверей. Воздух здесь был еще хуже, чем в Пасадене. Когда Майк вставил в прорезь небольшую карточку, открылась дверь в крошечную комнатку. Эбби почувствовала себя очень скованной, когда дверь за ними закрылась после того, как Майк нажал на кнопку с цифрой «12». Ей показалось, что комнатка начала двигаться!
Хотя Эбби старалась не реагировать ни на что новое — по крайней мере, пока находится с Майком, — но сейчас она просто не могла не прижаться в страхе к стене этой движущейся комнатки.
— Тебе следовало предупредить меня, что ты испытываешь клаустрофобию в лифте, — раздраженным тоном сказал Майк. — В… в лифте?
«Лифт, — подумала Эбби. — Это означает — подниматься. Должно быть, эта комнатка поднимает людей на верхний этаж этого огромного здания». В свое время Эбби читала о подобном изобретении для подъема в больших городах. Возможно, все высокие здания, которые она видела, снабжены теперь такими же перевозочными устройствами. Сделав глубокий вдох, она заставила себя расслабиться.
О Господи, как же быстро движется эта комнатка!
Наконец дверь открылась, и Эбби оказалась перед устланным ковром коридором. Напротив находилась большая деревянная дверь с надписью «Лакомства Арлена». Майк вывел Эбби из лифта и провел ее в контору.
Молодая дама скучного вида с короткими вьющимися волосами сидела в небольшой приемной в окружении всевозможных технических устройств.
— Чем я могу вам помочь? — спросила дама.
— Вы здесь новенькая, — сказал Майк. — Я — Майк Дензайгер.
Дама резко поднялась, явно смутившись. На ней было очень короткое цветистое платье, контрастировавшее с длинным нежно-голубым нарядом Эбби.
— О мистер Дензайгер! Как замечательно познакомиться с вами! А я новая секретарша, Лидия Джонс. Не вызвать ли мне мистера Куадроса или мисс Морган?
— Вызывать мистера Куадроса нет необходимости!
В дверь вошел невысокий жилистый мужчина, среднего возраста, в очках. Он торопился пожать руку Майку. На нем были брюки, куртка и галстук, а еще начищенные до блеска туфли из нарядной кожи.
— Я так рад, что ты вернулся. А Руфь будет просто в экстазе.
— Конечно, буду!
Невысокая женщина, лет на пять старше Эбби, бросилась в объятия Майка. Судя по ее виду, она вполне подходила этому месту под названием Беверли-Хиллз: в белом шерстяном платье с ниспадающим шарфом, с накрашенными ногтями. Серебряные украшения в ушах свисали ниже концов коротких рыжеватых, красиво уложенных волос. Отстранившись, женщина критически оглядела Майка. Выглядишь прекрасно!
Эбби увидела, как в ее подкрашенных голубых глазах появились слезы. Эта женщина смотрела на Майка с таким душевным волнением, что у Эбби не оставалось сомнений: она любит его.
Эбби взглянула на Майка, но тот, похоже, не обращал внимания на волнение Руфи.
— Рад видеть всех вас, — проговорил он и представил им Эбби, которая вздрогнула от пытливого и враждебного взгляда Руфи. А Майк тут же обратился к Эбби: Можешь связаться с кем пожелаешь.
С кем же могла связаться Эбби, в этом времени она никого не знала.
— Спасибо, — вежливо ответила Эбби. Майк отвел ее в сторонку.
— Мы можем связаться с полицией Эл-Эй, чтобы попытаться найти твою семью.