Чтение онлайн

— Тебе не нравится это платье?

— А ты как думаешь?

Он медленно улыбнулся.

— Скажи мне, Кириан. Разве ты не получил удовольствие? От раздетой, беспомощной женщины, без сознания?

Несколько преувеличенным движением, он наклонился ко мне, пока наши лица не оказались в нескольких дюймах друг от друга.

— Сомневаюсь, что ты когда-либо была беспомощной, Тай ла Мар.

Я подняла голову, сокращая расстояние между нами. Мой нос коснулся кончика его.

— У тебя есть ровно минута, чтобы вернуть каждый предмет моей одежды, каждое оружие, что ты украл у меня. Или я… или я…

Его брови нагло изогнулись.

— Или ты что?

Боже, я не знала.

Моя голова упала на подушку, и я взвизгнула. Он не колебался, даже не был озабочен, когда признался:

— Я уже уничтожил твою одежду и оружие.

— Ты, долбаный ублюдок.

— Не сердись, что я так одел тебя. Мне хотелось увидеть тебя в своей национальной одежде.

В его голосе не слышалось никакого раскаяния, зато ощущались хриплые ноты желания.

— И я должен сказать тебе, темный ангел, что связав тебя так, ты выглядишь как воплощение секса. Превосходного, чувственного секса. Ты даже более красива, чем я представлял… — Он наклонялся ближе с каждым словом, сокращая расстояние между нами, словно не хотел быть одиноким. — И вообрази себя, что я воображал — обнаженную, подо мной, на мне, принимая меня внутрь своего тела и ….

— Заткнись, — произнесла я на слабом выдохе.

Между ног скопилась влага. Не расслабляйся. Он привязал тебя к своей кровати. Его взгляд задержался на моих губах, затем переместился к моим глазам.

Я удержала его взгляд, воздух вокруг нас стал густым от сексуального напряжения.

Он резко покачал головой.

— Нет. Не сейчас.

Разрывая странные чары, которые он оказал на меня, он встряхнулся и направился к окну. Держась ко мне спиной, он произнес:

— Я хотел бы снова поцеловать тебя, но не стану, пока не объясню тебе несколько вещей. — Здесь он резко выдохнул. — Ты не можешь покидать этот дом, Миа. Твой браслет будет следить за этим.

Я моргнула в замешательстве.

— Я не понимаю.

— Если ты окажешься за пределами этого дома, разряд из браслета распространится по всему твоему телу. Боль и напряжение спадут, как только ты переступишь порог моего дома.

— Ты лжешь.

— Я говорю это не за тем, чтобы рассердить или напугать тебя, — произнес он, — но за тем, чтобы предупредить, к чему может привести попытка к бегству. Ты останешься здесь, в качестве моей гостьи, пока наши дела не будут согласованы.

Хрипловатый тембр его голоса был таким интимным, таким решительным.

Мой Бог, он действительно говорил правду. Он решил заманить меня в ловушку, как животное, чтобы отнять у меня свободу и права. Пальцы ног скрутило от той силы, с которой я сжала их.

— Ты похитил Райанну Харт и таким же образом привязал ее?

Он обернулся и посмотрел на меня, его глаза пылали.

— Я пытался защитить Райанну.

— Так же, как твоя сестра пыталась защитить Уильяма Стила? — огрызнулась я.

Мускул на щеке дернулся, но он не ответил.

— Это не выход для того, чтобы заполучить женщину в свои руки.

Он вскинул брови.

— Неужели?

Кинан снова приблизился ко мне, его бедро прижалось к моему, и он поднял еще одну прядь моих волос. Пропустил сияющие пряди сквозь пальцы, наблюдая за тем, как они падают, затем снова подхватил их, выражение желания росло на его лице.

— Возможно, мне следовало попытаться доказать, что ты ошибаешься.

Осознание своего положения заключенной боролось с моим свербящим желанием. Продолжай говорить, сказала я себе.

— Ты никогда не говорил мне, какого рода дела нас связывают. Какой смысл рисковать своей жизнью, чтобы похитить меня с моего собственного рабочего места?

— Вначале, я думал выторговать тебя на мою сестру, — признался он, лаская моими волосами свою щеку.

Его глаза закрылись, предаваясь искушению так же, как и кожу на моей голове покалывало от опьяняющего ощущения.

Я мотнула головой в сторону, быстро выдергивая чернильный локон из его рук.

— Кредо агента — долг прежде эмоций. А.У.Ч. не будут вести переговоры о моем освобождении.

— Твои коллеги приговорят тебя к смерти? — спросил он.

— В мгновение ока, — ответила я. Нет, это было не совсем так. Они бы охотились за ним и дрались за меня, просто потому, что я для них сделала. Подбородок Кириана дернулся в сторону, его глаза зажглись любопытством.

— И это тебя не огорчает?

Я понимала политику А.У.Ч. Я даже помогала ее создавать.

— Зачем освобождать убийцу, чтобы спасти одну жизнь? Убийца потом заберет намного больше.

— Это спорный разговор, — произнес он, махнув рукой. — Прежде, чем ты проснулась, я уже решил не заключать с тобой сделок.

Страх сковал меня.

— Тогда, что ты планируешь сделать со мной? Как долго ты будешь удерживать меня здесь?

Он предусмотрительно что-то взвесил, прежде чем уклончиво ответить:

— Я буду удерживать тебя ровно столько, сколько будет нужно, чтобы завоевать твое доверие.

Доверие? Он серьезно? Я фыркнула.

— Однажды я доверилась тебе, чтобы помочь тебе поймать Атланну. Ты привязал меня к кровати. Как я смогу доверять тебе снова? Я доверяю мало кому, к тому же, те, кому я доверяла, были людьми. Не думала, что ты глупец, до этого момента.

— Увидим, — только и сказал он.

Он поднялся на ноги и сделал шаг по направлению к двери.

Маленький уголек паники вспыхнул.

Я дернулась в своих оковах.

— Куда ты идешь? — прокричала я. — Не оставляй меня здесь.

Кинан остановился, повернувшись ко мне лицом. Я рухнула на мягкий матрас. Мне пришлось сказать что-нибудь, чтобы удержать его здесь. Мне не хотелось снова оставаться одной.

— Почему ты так скрываешь все, что связано с Атланной? — спросила я. — Ты ей помогаешь? Удерживать меня здесь — это план, который вы сочинили вместе?

Мучительный блеск отразился в его глазах.

— Нет. Я лучше умру, чем помогу ей.

— Тогда отпусти меня и помоги мне найти ее.

— Я помогу тебе, Миа. Тебе. А не А.У.Ч. Я ненавижу охотников.

— Я охотник.

Наши взгляды столкнулись, и я была не в силах отвести глаза.

— Да, — произнес он. — Я готов передумать.

Он выдохнул.

— Ты голодна? — мой желудок сжался в знак протеста, но я ответила.

— Да, — еда всегда помогала людям расслабиться. Способствовала тому, чтобы им хотелось больше рассказать.