Чтение онлайн

Одна взяла вилы. Другая — мастерок. Рева улыбнулась, когда Уна взяла лопату, которой Рева чистила по утрам свинарник. Пленницы теперь могли дать отпор тем, чем их заставляли работать в заточении.

Они выбежали из сарая, когда почти все нашли орудия защиты, побежали к вратам. Рева вела женщин по периметру. Склад был западнее, они были в тени, прижимались к стене, как могли. Рева миновала свинарник, приближаясь к вратам. Она подумала о поросенке, что кусал пальцы ее ног каждый день, подумала о грязных повязках на ногах и туниках, что редко меняли. Они редко мылись, холодная вода лилась на них, и они дрожали ночью, мокрые, пытались уснуть после дня труда. Она подумала о страже с сестрами, они ели виноград, хлеб и оливки, пока пленницы выживали на бульоне и сухарях. А еще она подумала об Эмми, умирающей на земле в лесу, пока сестра Валерия стояла над ней.

Рева заставила себя идти к вратам. Она хотела бежать к огню, толкнуть туда сестру Валерию и смотреть, как та горит. Но она была в ответе за женщин. Она должна открыть врата. Она кивнула Лотти, у которой был ключ. Они с Кариной подняли тяжелый засов. Это было просто. Дальше были врата за домами зверей, и там была тяжелая решетка, которую требовалось поднять. Пока им везло, но стража была на посту рядом с решеткой, эта часть плана не давала Реве спать. Она следила, пока они шли по дворе, никто не входил и не выходил через главные врата, и стражи все еще были у решетки.

Они открыли врата так, чтобы женщины прошли по две за раз, но не так широко, чтобы это привлекло внимание. Пленницы выходили. Рева передала нож Карине.

— Когда доберешься до решетки, поднимись к платформе на стене и усмири стража. Пусть Лотти сделает так на другой стороне. Они будут смотреть на огонь, не будут ожидать вас. Хватит сил перерезать горло стражу, если придется?

— Да, но…

— Хорошо. Заберешь его меч и с тремя женщинами подними решетку. Другие три пусть откроют амбар коров, конюшни, выпустят коз. Животные тоже важны. Если они сбегут, сестры будут ловить их раньше, чем нас. Займите лошадей, Можно забраться по три на лошадь. Мы все легкие. Уне потребуется одна…

— Зачем ты мне это рассказываешь? Ты сможешь сделать это! — глаза Карины блестели в свете огня.

— Она должна заплатить.

— Райна, — сказала Карина.

— Не… Это даже не мое имя.

— Я знаю, — сказала Карина. — Думала, я глупя? Конечно, ты не Райна и не дочь торговца. Ты леди мертвого лорда, и тебя ищут король или принц. Не смотри на меня так. Ты не доверила мне имя, но доверила жизнь, так что ты хоть как-то меня ценишь. Миледи, идти за ней нет смысла. Это не принесет радости или справедливости… будет лишь пустота и неминуемая смерть. Идемте с нами, будете жить.

Последние пленницы прошли врата, Рева повернулась к пылающему складу. Она не видела лицо Валерии, но знала, что многие сестры и стражи были жестокими. И все же Карина, наверное, была права. Если Рева пойдет мстить, получит ли она шанс? Рева выживала. Пережила убийство родителей. Пережила неприятный брак и смерть детей. Пережила нападение на замок Унны и людей принца Стефана в Херено. Переживет и это. Она кивнула Карине, они закрыли врата.

Они двигались в тенях к конюшне. Рева по пути шептала пленницам план. Сначала две женщины должны проникнуть в конюшни и начать освобождать коней. Рева и Карина заткнут стражу. Они выбрали пятерых, что выпустят скот и коз, когда Рева и Карина махнут тряпками. Потом приведут лошадей, и откроют решетку. Она многое просила от женщин, но она верила в них. Она смотрела в их лица, они сжимали орудия. Они были сильными, смелыми перед лицом настоящего страха, настоящей опасности.

У конюшен Рева кивнула двум, кого выбрала. Анжелика и Элоиза знали лошадей, были сильными и умелыми. Сестры плохо кормили их, но работа на ферме укрепляла. Рева знала, что Анжелика и Элоиза смогут. После пары попыток открыть дверь, две женщины тихо проникли в конюшни, пока стражей отвлекал пожар. Рева видела, как их лица озарял огонь. Ее желудок сжался при мысли о схватке со стражей. Она их узнала. Они были юными и опасными. Она сглотнула.

Пленницы двигались дальше. Женщины прошли к скоту и загону коз. Рева сказала им прижаться телами к стене под двумя сторожевыми башнями. Она приказала пятерым идти к загонам, смотрела, как их силуэты сливаются с тенями. Она молилась, чтобы в шуме у склада не слышали звон их цепей. Она сама едва его слышала.

Они еще не обнаружили пустой зал? Если они найдут их слишком быстро, все будет напрасно. Это могло произойти в любой миг. Она глубоко вдохнула, взяла себя в руки.

— Карина, — прошептала она.

Девушка повернулась к ней.

— Поменяйся оружием с Уной.

— Зачем, Райна?

— Ты должна оглушить стража одним ударом, нужно большое оружие. Мы поднимемся вместе. Считай со мной, — Рева считала с Кариной, пока они не выбрали ритм. — По шагу на счет, — продолжила Рева. — Я сосчитала ступени, когда шла в поля. Их сорок одна на каждой башне. На сорок первый раз ты ударишь стража изо всех сил лопатой, чтобы он упал. Если не упадет, ударишь еще и еще. Понятно?

Карина кивнула. Рева не видела выражение ее лица, но та точно переживала, как и она, тоже была бледной.

— Нужно, чтобы стражи упали одновременно, иначе они успеют предупредить. Наше оружие — внезапность. Никто не ждет, что мы сбежим, никто не пытался за много лет. Это наш шанс, Карина. Как ты и сказала, мы будем жить, еще и без цепей.

Она прижала лоб ко лбу Карины и отошла. Они пошли к башням, пока остальные пленницы касались их плеч, поддерживая. Рева добралась до низа лестницы, увидела Карину поверх голов пленниц и кивнула.

Раз…

Два…

Три…

Рева сжала нож.

Четыре…

Пять…

Шесть…

Семь…

Восемь…

Девять…

Десять…

Она сможет дальше жить с кровью на руках?

Пятнадцать…

Шестнадцать…

Семнадцать…

Восемнадцать…

Она могла и не выбраться живой. А если он увидит ее первой? А если…

Двадцать один…

Двадцать два…

Ступеньки поскрипывали под ней, цепи гремели, даже если она двигалась медленно. Но крики со двора были громче. Она молилась, чтобы они заглушили ее движения.

Тридцать три…

Тридцать четыре…

Она была так близко. Ощущала запах его пива. Хорошо. Если он пьян, ей будет легче.

Тридцать шесть…

Тридцать семь…

«Готовься, Карина…».

Тридцать восемь…

Тридцать девять…

Он не смотрел на нее. Хорошо. Она сжала нож.

Сорок…

Он услышал ее. Повернулся.

Сорок один…

Рева бросила вес на мужчину, застала его врасплох, и он отлетел. Она вонзила нож под его подбородок, смогла пустить кровь. Свободной рукой она выхватила меч из-за его пояса и бросила на ступени. Не было времени думать о Карине, она надеялась, что подруга хорошо ударила стража.

— Слезь, стерва, — рявкнул страж. Он был юным, даже красивым — был бы, если бы не большой шрам, идущий через его нос, и отсутствие пяти зубов.

Рева увидела, как его рука тянется к ней. Она всей силой ударила коленом по его паху. Мужчина завыл от боли. Рева зажала его рот рукой. Нужно спешить, если она хочет выжить. Проще было перерезать горло, но она не могла себя заставить. Она выхватила из панталон запасные тряпки и сделала кляп и повязку на глаза. Она перевернула мужчину на живот, связала его руки и ноги. Она встала, сердце билось дико. Она махнула последней тряпкой.