Чтение онлайн

Джейсон спросил, сколько она получает. Хуанита назвала такую мизерную сумму, что ему показалось, будто он ослышался. Джейсон постарался не выказать ужаса. То, что хозяева не разрешают Хуаните приводить гостей и переоценивают ее знание английского, еще понятно. Но как они могут так мало ей платить? Она получает меньше официально установленной минимальной зарплаты, а работает больше сорока часов в неделю.

Но с другой стороны, ей так остро нужна работа, что жаловаться она не смеет!

— Давай помогу тебе разобраться вот с этим. — Роза показала на компьютеризированную стиральную машину.

Когда по улице проехала машина, Хуанита вздрогнула.

— А если дети рано вернутся из школы? Вы лучше уходите.

Джейсон хотел, было возразить, но вовремя осекся.

— Хорошо. Мы заедем в другой раз.

— Лучше я к вам. — Хуанита записала адрес.

— Когда выберешься? — спросила Роза.

— Как получится. Не знаю. Мне велено быть дома все время, кроме воскресений.

По пути домой Джейсон сказал:

— А может, она преувеличивает? Получается, ее хозяева — настоящие рабовладельцы!

— Меня это не удивляет. — Роза посмотрела в зеркало заднего вида. — Вчера я беседовала с одной знакомой, которая работает в нашем квартале. Так вот, у хозяев Хуаниты скверная репутация. Предшественницу Хуаниты уволили за то, что она попросила отпуск — ей срочно нужно было в Мексику, ухаживать за больной матерью.

Вернувшись домой, Джейсон принялся натирать сыр. Сегодня на ужин он задумал приготовить лазанью. В понедельник Анна вернулась почти в десять вечера и сразу легла спать. А сегодня… она наверняка целый день питалась всухомятку. Так пусть хотя бы вечером поест, как следует.

Джейсон пожал плечами. Можно подумать, что я — ее мать! Но ведь кому-то надо заботиться о ней.

Мысли Джейсона переключились на Хуаниту, и ей подобных. В тексте, сопровождающем фотоснимки, ему хотелось обратить внимание читателей на тот факт, что ведение домашнего хозяйства — это своеобразный мирок, в котором столько же интриг, радостей и печалей, как и в большом мире.

Закончив приготовления к ужину, Джейсон сел на телефон. Он заранее провел подготовительные исследования для своей книги, собрав статистические данные о количестве домработниц, но сейчас ему требовалась более подробная информация.

Женщина из Комитета по правам испаноязычных с готовностью согласилась ему помочь. Она знала о семьях, которые нанимали латиноамериканцев садовниками, кухарками, домработницами, а затем, воспользовавшись надуманным предлогом, увольняли их, чтобы не платить.

Джейсон почувствовал, что его гнев немного поутих. Насколько ему известно, подобные вопиющие случаи — скорее исключение из правил. Взять хотя бы Розу. По ее словам, она довольна своими хозяевами. Да и Анну трудно назвать эксплуататором.

Какое впечатление намерен он создать своей книгой? Удастся ли ему сохранить беспристрастность? Или же читатели будут думать, что Ирвайн — скопище жестоких рабовладельцев?

Парадная дверь открылась, каблучки Анны застучали по лестнице. Просто удивительно, как быстро он научился распознавать ее привычки. Например, он знает, что она имеет обыкновение рассеянно беседовать с самой собой, когда сосредоточена на какой-то задаче. После трудного дня походка у нее особенно усталая. А еще она закрывает глаза, наслаждаясь ароматом вкусной еды.

— Лазанья? — Она устало облокотилась о косяк двери. — Здорово! Кстати, вы не забыли, что сегодня еще и день стирки? Или вы составили новое расписание?

Джейсон приложил правую руку к сердцу.

— Ни за что!

Удивительно, как столь мужественный человек уместно смотрится на кухне, подумала Анна. Впрочем, ее покорили именно его кулинарные таланты.

Ее взор привлекло что-то красное, и она пригляделась к дуршлагу на рабочем столе.

— Неужели клубника?

— Со взбитыми сливками. — Джейсон начал выкладывать слои теста для лазаньи в форму. — Лазанью нужно запечь. Через пятнадцать минут я подам коктейли и закуски в патио. Вы успеете переодеться и освежиться.

Кивнув, Анна поспешила наверх.

Мысли ее вернулись к больнице и к беседе за обедом. Может быть, не слишком умно с ее стороны приглашать в пятницу Олдоса? Вспомнить хотя бы, как Джейсон обошелся с Орасом.

«А может, я просто чувствую себя виноватой из-за того, что позволяю другому мужчине вторгаться во владения Джейсона?»

Владения Джейсона, надо же! Анна решительно покачала головой, переодеваясь в блузку с короткими рукавами и белую юбку. Он слишком много себе позволяет! Кроме того, пару часов назад ей позвонила по телефону одна беременная…

Нелегко противостоять мужчине, который так изящно сервировал поднос с дайкири и закусками! Тем не менее, Анна заставила себя посмотреть ему прямо в глаза.

— Поговорим о Дини Паркер…

— А! — Джейсон сел напротив и виновато улыбнулся. — Она немного увлеклась. Я обещал оказать ей любезность, но только если вы согласитесь.

Анна с трудом преодолела возмущение. Он все глубже вторгается в ее жизнь; теперь хочет проникнуть и в сферу ее профессиональной деятельности! Но… она старается идти навстречу пожеланиям пациенток, и у Дини те же права, что и у прочих.

Анна постаралась, чтобы голос ее звучал хладнокровно.

— Меня заботит только то, что ваше вмешательство может осложнить течение родов, — заявила она, отпивая глоток дайкири. Иногда возникают непредвиденные обстоятельства…

— Если такое произойдет, я немедленно уйду. — На сей раз, Джейсон не шутил. Его темные глаза впились в лицо Анны. — Не полный же я идиот!

Она кивнула.

— Я сказала Дини, что не против вашего присутствия, раз не будет ее мужа. Но если он вернется, ваше участие исключается. Каждый лишний человек увеличивает шанс заражения, да и вы, откровенно говоря, будете путаться у сестер под ногами.

— Понимаю.

Возможно, она неверно судит о нем и мысль о съемках всецело принадлежит Дини. Да, Джейсон завладел ее домом, прежде чем она до конца поняла, что происходит, но это еще не повод полагать, будто Джейсон стремится завладеть всей ее жизнью.