Чтение онлайн

– - Дай угадаю, -- перебила она готового ответить друга, -- первый -- это сам Штандаль, верно?

– - Нет, -- ответил он.
– - Вовсе нет. Знаешь, -- в голосе прозвучало предупреждение, -- боюсь, это тебя расстроит, но второй, а вернее первый -- это Демиен Альгадо.

– - И почему это должно меня расстроить?
– - немного раздраженно спросила она.

И, хотя это было так, Эмма не хотела выдать своего удивления.

– - Ну, вы и так соперничаете, -- заметил Макс.
– - Я имею в виду стрельбу.

Верно, а она и забыла. Воспоминание о том, как Альгадо обошел её на стрельбище, вновь окунуло девушку в "чан разочарования".

– - Ты что, правда расстроилась?
– - спросил Макс, наблюдая поникшее выражение на её лице.

– - Знаешь, -- призналась она, -- меня действительно огорчают эти неудачи. Стрельба и физика, -- она подняла руки ладонями вверх, имитируя качающиеся чаши весов.
– - Я в равной степени люблю заниматься ими и очень стараюсь. И, если в первом у меня есть шансы обойти его, то насчет физики -- сильно сомневаюсь.

Она вздохнула и поднялась, чтобы принести еще кипятка.

– - Я не могу изучить всю программу сама.

– - А Феликс?
– - напомнил крестный.
– - Разве он не помогает тебе?

– - Помогает, и очень хорошо. Он приносит мне все свои лекции, и мы вместе делаем домашнее задание.

– - Что же тогда?

– - Этого не достаточно, -- снова вздох.
– - Феликс молодец, но он и правда не лучший на факультете.

– - Тогда тебе стоит взять в репетиторы к Альгадо, -- пошутил Макс и тут же притих под её грозным взглядом.

– - В лекциях Феликса куча ошибок, -- заметила она.
– - К тому же, всегда есть разница между тем, как читает лектор и тем, как эту информацию воспринимает мозг слушателя.

– - И, -- не понимал Сэм.

– - Эмма хочет сказать, -- помог Макс, -- что, занимаясь с Феликсом, она усваивает новую информацию через призму его собственного восприятия, которое несколько обедняет полноту знаний.

Вид застывшего с чашкой у рта Сэма рассмешил их.

– - А мне кажется, -- заметила Кари, -- Макс абсолютно прав!

Новый, троекратный взрыв смеха.

– - Кажется, сумасшествие -- это заразно, -- невозмутимым голосом сообщил ей Алек.

На очередной волне хохота в гостиную спустилась Джессика. Она уже привела себя в порядок после работы и облачилась в легкий махровый халат, насыщенно-голубого цвета и такие же пушистые тапочки. Женщина спустилась и заняла свое место за столом, где для неё уже был налит жасминовый чай.

– - Спасибо!
– - поблагодарила она Макса, и отхлебнула глоток, -- мой любимый аромат! Так что тут у вас за обсуждение, семья?
– - спросила она, и от чего то, все сидящие за столом почувствовали приятное, согревающее тепло в груди.

Это было так естественно и столь приятно одновременно, что казалось -- они и правда, одна семья. Джессика глянула на детей: они мирно играли посреди их уютной гостиной. Кари просто светилась от удовольствия. Вместе с Алеком они проводили все дни напролет. И, то ли это сказывалось их общение, то ли воздух поместья имел такое воздействие на детский организм, но она точно могла сказать, что с тех пор, как они переехали в "Пятый луч", её маленькая дочь ни разу не задыхалась в приступе кашля, преследовавшего её с тех пор как погиб отец. Врачи диагностировали начальную стадию астмы, заметив, что приступы провоцирует нестабильное душевное состояние девочки. Но разве такое возможно? Раньше она не верила в психосоматику, считая это модным веянием медицины. Но сейчас её убеждения пошатнулись. Наблюдая за детьми, Джессика улыбалась мысли, что эти двое словно родные брат и сестра.

Мысль, блуждавшая в мозгу женщины уже несколько дней, обрела устойчивые черты, и заставила её осознать один важный факт -- она обрадовалась тому, что эта погода воспрепятствовала отбытию мальчика из поместья. Она видела, как играют дети, видела, как оберегает её старшую дочь Макс. Он был хорошим и умным парнем, а мальчик старался во всем брать с него пример. Еще одним, пожалуй, не менее значимым индикатором в пользу решения была безошибочная интуиция Сэма, который безоговорочно доверял Максу. Сама она чувствовала то же самое. Поэтому, когда сейчас, спускаясь вниз, она увидела всех пятерых вместе и ощутила давно не посещавшее её чувство умиротворения и счастья, мысли сами собой оформились в слова.

– - Я хочу взять Алека под свою опеку, -- произнесла она, отпив очередной глоток.

Повисла тишина. Эмма посмотрела на мать, затем на Макса и на Сэма. Оба мужчины, одинаково парализованные, смотрели на Джессику широко распахнув глаза. Недоверие, смешанное с радостью и благодарностью читалось на лице парня. Эти эмоции попеременно еще не раз тронули его мимику, прежде чем он решился спросить:

– - Миссис Керн, -- от волнения в горле пересохло, -- вы уверены?

Джессика поставила пустую чашку на стол и посмотрела ему в глаза.

– - Я абсолютно точно, наверняка и полностью уверена в том, что сейчас сказала. Я хочу, чтобы Алек остался жить в поместье, хочу, чтобы он рос рядом со своим страшим братом, хочу заботиться о нем так же, как забочусь о Кари. И, я хочу, чтобы ты сейчас же перестал смотреть на меня как на инопланетянку, потому что то, что я хочу сделать продиктовано вполне человеческой чертой.

– - Мам, ты, правда, -- начала Эмма, -- правда собираешься взять Ала под опеку?

– - Официально?
– - уточнил Сэм.

Макс молчал. Джессика обвела их взглядом и с досадой почесала лоб.

– - М-да, -- произнесла она, -- если вы так реагируете, мне даже страшно подумать, как воспримут мои слова органы опеки и иже с ними.

– - Так вы действительно серьезно?
– - все еще не верил Макс.

– - Сваровский!
– - женщина подняла правую ладонь, словно собираясь принести клятву на суде.
– - Может мне еще и библию принести?

Выражение лица матери, и этот момент заставили Эмму рассмеяться, а за ней и Сэм расплылся в улыбке. Подскочив к Джессике, Макс поднял её и закружил вместе со стулом.

– - Думаешь, у нас есть иммунитет?
– - спросила Кари, наблюдая эту картину.

– - Надеюсь, -- серьезно ответил Алек.
– - Ведь должен же быть в семье хоть кто-нибудь нормальный! Верно, Мармеладка?

Маленький ежик, свернувшийся в сплошной колючий клубок, медленно расслабился, позволив детям пощекотать свой живот.

***

Артур Альгадо Шорс сидел на мягком кожаном диване в кабинете ректора. Он имел четкое намерение поговорить с Соболевым. Цель разговора и главная идея, зародившаяся у него в голове еще неделю назад, складывались в одно простое предложение: "Перевод Эммы Керн на физико-математический факультет".