Чтение онлайн

Как-то я был на обеде у генерального секретаря ООН в Нью-Йорке. Меня посадили за один столик с Ильхамом Алиевом, президентом Польши Коморовским и Януковичем. Я не знал, о чем разговаривать с Януковичем. Я читал, что в Украине создают совет юстиции, и спросил у Януковича, будет ли судебная реформа. Он сказал: «Они все у меня еще попляшут». И стал рассказывать о Межигорье, о том, что председатель Верховного суда попросил у него взятку в 50 миллионов. А я, говорит, заплатил ему 20.

Янукович предлагал перечислить деньги на офшор, но председатель суда хотел, чтобы всю сумму доставили наличными ему на дачу. Вместо этого Янукович привез ему взятку прямо в Верховный суд. Привез средь бела дня, купюрами по 20 долларов в нескольких чемоданах. Янукович сказал: «Он посмеет против меня пойти? Нет! Все это видели».

Это он рассказывал при всех. Помню, как на рассказ реагировали те, кто понимал по-русски, – они в замешательстве переглядывались.

В 2005-м Янукович был еще в оппозиции. Ющенко просил меня с ним не встречаться. Я его не послушался и по дороге в аэропорт встретился с Януковичем в кафе «Казачок». Незадолго до этого я говорил Ющенко, что мы хотели бы купить несколько пассажирских самолетов АН-142. Но у Украины не было достаточного количества готовых самолетов. Рассказал эту историю Януковичу. Он ответил, что как раз у него стоит три АН-142. Может продать хоть завтра на очень выгодных условиях. У него было больше самолетов, чем у государства! И это в то время, когда на него завели уголовное дело.

Он себя хорошо чувствовал. Готов был даже самолеты нам продать. Конечно, мы бы все равно у него не купили. Но меня поразила его самоуверенность.

Когда я рассказывал об этом Ющенко, он говорил: нужно примирить запад и восток. Думаю, это было связано с тем, что он каким-то образом договорился с Ахметовым. Для команды Ющенко это был входной билет на восток.

После первой встречи с Путиным Ющенко сказал, что с ним можно работать. Я ответил, что точно так же думал год тому назад: «Подожди шесть месяцев, мы еще раз вернемся к этой теме». Это ведь Путин его отравил осенью 2004 года. Уверен, что Ющенко об этом знал, он хотел через это перешагнуть, и это свидетельствовало о широте его души.

Кучму Путин всегда чуть побаивался – тот над ним всегда подтрунивал. А вот Ющенко Путин с первой секунды презирал. Они были людьми разных культур. Между ними не могло быть серьезных договоренностей. Точно так же Путин презирал Юлю. Называл ее «девочкой с косой». Путин считал, что раз она зарабатывала деньги в России, то ее волнуют только деньги и ею всегда можно будет манипулировать.

Интересно, я видел, как Яценюк нагрубил Путину. Он тогда был министром иностранных дел. В 2007 году в Таджикистане проходил саммит СНГ. Ющенко к тому времени перестал бывать на этих саммитах, а Яценюк поехал. Он зашел в вышиванке с опозданием на 40 минут. Сел и сразу начал пререкаться насчет повестки дня. У Путина глаза полезли на лоб: что себе позволяет этот наглый юнец, которого он видит первый раз в жизни. А Яценюк еще примешивал к своей речи украинские слова – так и Ющенко иногда делал. Думаю, специально.

Я был уверен в 2013 году, что в Украине будет революция. В сентябре я встречался с украинскими друзьями. Они все жаловались на пассивность народа – никто ни во что не верит, оппозицию никто не любит. А я говорил, что сейчас все и начнется.

Когда начался второй Майдан, я полетел из Нью-Йорка в Варшаву, чтобы собрать группу европейских депутатов для поездки в Киев. Поселился в отеле и начал обзванивать знакомых. За четыре дня собрал 10 человек. Там был экс-премьер Польши Ежи Бузек, депутат Европарламента Эльмар Брок, несколько поляков, англичанин, бельгиец. В аэропорту они меня обступили со всех сторон и провели через пограничный контроль. Мы приехали сразу на митинг. Все поднялись на сцену. Они начали выступать.

А я пошел с другой стороны площади. Народу там было немного, в основном плохо одетые пожилые люди. Молодежи почти не было. Все начали меня окружать, аплодировать. Брок потом спросил меня, зачем они сюда приехали, если я привлекаю к себе все внимание и устраиваю цирк в их присутствии. Но я правда не специально это делал.

Мы провели в Киеве три дня. Я каждый день разговаривал с Кличко и Порошенко.

На одной из встреч Яценюк начал со мной спорить. А Порошенко сказал, что у него уже был опыт в 2003-м и все, что Миша говорил, оказалось правдой. Лучше с ним не спорить. Я все время говорил, что нужно заставить власть делать ошибки. Надо их провоцировать. И только Порошенко и Тягнибок с этим соглашались.

Зашел взволнованный Кличко. Сказал, что Янукович отдал приказ всех нас арестовать. «Так это же прекрасно!» – воскликнул вице-спикер грузинского парламента Гиоргий Барамидзе. На него все посмотрели, как на сумасшедшего.

Скоро я полетел с украинскими лидерами в Мюнхен. После первой поездки я два с лишним года стоял на учете на границе. Каждый раз мне приходилось подолгу ждать на паспортном контроле. Украинская бюрократия так работала, даже при новой власти.

Так продолжалось, пока я не закатил скандал. Президент лично вмешался, чтобы снять меня с учета.

Когда в феврале 2014 года начались события в Крыму, я ничуть не удивился. Я еще в 2008-м предупреждал об угрозе аннексии Крыма. Мне никто не верил. Все говорили, что татары не дадут этого сделать.

После бегства Януковича я плотно общался с Наливайченко, возглавившим после революции Службу безопасности Украины. Мы были давно знакомы. В 2010 году он подумывал баллотироваться в президенты, и у него тогда были хорошие шансы. Я верил в него. Мы составляли для него программу. Наливайченко очень много знал об украинской коррупции и собирался обнародовать всю эту информацию. В итоге он решил не баллотироваться. Но мы остались в хороших отношениях.

Наливайченко не знал, что с Януковичем и где он, и можно ли полагаться на СБУ. Надо высылать погоню, но неизвестно, какое сопротивление они встретят, плюс новая власть пока не контролирует границы. Я сказал, что нужно особенно усилить Крым. Так и вышло – Янукович в итоге бежал через Крым.

Когда в Крыму только появились зеленые человечки, никто не понимал, кто это. У меня был разговор с высокопоставленными должностными лицами (не буду их называть). Было два часа ночи, мы сидели в кафе, рядом с Крещатиком. Я объяснял им, что у них вряд ли есть время со мной общаться, что у них отбирают Крым. А они мне на это: «Миша, ты ничего не понимаешь. Наши спецназовцы их окружили, мы им отключили воду и электричество. Завтра до конца дня они сдадутся».

Это были очень высокопоставленные люди, но у них нашлось время в два часа ночи пить со мной чай. Я удивился, объяснил, что это Россия и их военные не сдадутся. Они опять мне повторили эту чушь, что если что – они выдадут татарам оружие, и те ничего такого там не допустят.

После захвата Крыма я предупреждал ведущих украинских политиков, что будет Донбасс. На это они ответили: ты же понимаешь, что Южная Осетия и Абхазия никогда не вернутся, вот точно так же и мы понимаем, что Крым не вернется, поэтому будем договариваться с Западом: они нас принимают в НАТО и ЕС в обмен на Крым. Я им возразил: «Во-первых, кто вам сказал, что Южная Осетия и Абхазия не грузинские территории? Мы без них не можем и мы их вернем. Во-вторых, не думайте, что не удержали только Крым – после него однозначно будет Донбасс». А они: «Нет, это невозможно на Донбассе, там слишком серьезные украинцы, это не Крым».