Чтение онлайн

— Может, попозже, Руди. Я сам как раз собирался повести Флору на танец. Если ты извинишь нас…

Хотя сказанное далее не было предназначено для ее ушей, но Кристи услышала, что Руди прошептал Синжуну:

— Счастливчик! Грешник всегда забирает себе все самое лучшее.

Кристи пыталась не принимать эти слова слишком близко к сердцу, так как знала: не только лорд Блейкли считает ее лишь очередным развлечением Синжуна. То, что он представлял ее как свою любовницу, а не жену, было унизительно. Но Кристи считала, что это было наказанием за ту ложь, в которую она заставила поверить Синжуна.

У Синжуна заканчивалось терпение. Все мужчины, находящиеся в комнате, смотрели на Флору так, будто она была деликатесом, жаждавшим, чтобы им полакомились. Он не мог дождаться момента, когда они останутся наедине. И тогда он насладится Флорой. Желание быть вместе с этой медноволосой красавицей наполняло каждую минуту его жизни. Это чувство было всепоглощающим, что вселяло в него тревогу. После угощений, поданных в полночь, Синжун предложил Кристи уйти. Его глаза загорелись от страсти, когда оказалось, что она хочет того же.

— Подожди тут, пока я подъеду в карете, — сказал Синжун, накидывая Кристи на плечи ее шаль.

Синжуна не было всего лишь несколько минут, а когда он вернулся, чтобы забрать леди Флору, то увидел приближающихся Джулиана и Эмму. Зная, что Джулиан не желает, чтобы он знакомил свою любовницу с сестрой, Синжун постарался побыстрее провести Флору от дверей до кареты. Но ему не повезло: Эмма помахала ему еще до того, как он успел посадить Флору в карету.

— Синжун! Ты собирался уехать, не поприветствовав свою сестру? — Она сердито взглянула на Джулиана. — Почему ты не сказал мне, что Синжун тоже здесь?

Синжун тихонько выругался. Ничего не поделаешь, придется задержаться и поговорить с Эммой, несмотря на недовольство Джулиана.

— Привет, Эмма. Ты сегодня потрясающе выглядишь.

Она склонилась в реверансе:

— Благодарю вас, любезный господин. А вы непростительно хороши собой.

— Пошли, Эмма, — сказал Джулиан, подталкивая ее к их карете.

Эмма высвободилась.

— Я еще не закончила говорить с Синжуном. — Ее взгляд остановился на Кристи. — Леди Флора, вот мы и встретились снова! Я не знала, что вы здесь с моим братом. Почему вы мне не сказали?

Синжун развернулся к Кристи.

— Ты знакома с моей сестрой?

— Конечно! — воскликнула Эмма еще до того, как Кристи успела ответить. — Мы встретились в дамской комнате. Должна заметить, Синжун, вкус у тебя определенно стал лучше. Леди Вайолет тебе совсем не подходила.

— Хватит, Эмма, — укоризненно сказал Джулиан. — Незамужние девушки не должны так говорить, это неприлично.

— Да полно, Джулиан. Если бы ты не был все время настолько серьезным, то стал бы таким же популярным, как Синжун.

Джулиан закатил глаза и твердо произнес:

— Боже упаси. И все же я настаиваю: нам пора ехать. Возможно, Синжун вскоре навестит нас.

Это прозвучало как приказ, который Синжун не мог проигнорировать.

— Конечно, я скоро навещу тебя, Эмма, — сказал Синжун. — Если, конечно, смогу пробиться к тебе сквозь толпу твоих поклонников.

— Не думай о поклонниках, — отозвалась Эмма. — Мне на них наплевать. Пожалуйста, приходи поскорее, Синжун. И бери с собой леди Флору.

— Он придет один, — заявил Джулиан.

Синжун выругался про себя. Встреча оказалась неудачной. Эмма была настоящим чертенком, к тому же слишком любопытной. Ему стоило предвидеть, что ей представится случай познакомиться с его новой любовницей.

— Извини, — сказал Синжун, сажая Кристи в карету. — Джулиан считает своим долгом читать морали всему семейству. Он не хотел, чтобы Эмма встретилась с тобой. Ты ведь понимаешь это, да?

— Все в порядке, мой лорд. Я понимаю. Эмме лучше не знать о похождениях Грешника. Думаю, Эмма знает гораздо больше, чем считаете ты и твой брат. О твоем поведении толкуют все вокруг. Не удивительно, что и ей известно обо мне.

Синжун скривился. Хоть это и было правдой, но слова леди Флоры заставили его задуматься. Она считает его человеком без принципов, человеком аморальным. Он, конечно, не мог назвать себя образцом для подражания, но у него имелись свои принципы, основанные на его личном кодексе чести. Может, его похождения и не были ни для кого тайной, но почему он должен меняться, если такая жизнь идеально подходит ему?

— Забудь об Эмме, — сказал Синжун. — Ты знаешь, насколько я хочу тебя? Я не уверен, что правильно поступил, привезя тебя сегодня на бал. Все присутствовавшие там мужчины мечтали оказаться на моем месте.

Он прижал ее к себе и улыбнулся, когда она покорно подставила лицо для поцелуя. Пару секунд он не двигался, глядя на ее полные губы, а потом прижался к ним своими губами. Она была такой нежной, что он не смог сдержать рвущегося наружу стона. Никогда еще женщина не была ему так близка. Он не мог ждать. Он хотел ее, хотел прямо сейчас. Его рука скользнула ей под юбки, поднимая их и лаская ее ногу.

— Синжун! Что ты делаешь!

— То, что мечтал сделать весь вечер. Не переживай, я приказал кучеру ехать до дома по длинному пути. Раздвинь свои прелестные ножки, милая. Я хочу прикоснуться к тебе.

У Кристи перехватило дыхание. Она не могла оторвать взгляд от его лица. Ей казалось, что она слышит, как кровь бежит по ее венам, все чувства были обострены, и тесное пространство кареты, казалось, смыкалось вокруг них. Синжун просил ее делать такие вещи, которые она всегда считала грешными. Она знала, что он человек необузданный, эгоистичный и непредсказуемый, но она и представить себе не могла, что он захочет заняться любовью прямо в карете. Она решила закрыть глаза на то, что считала неприличным, поскольку любовница должна с радостью исполнять такие прихоти, и, не задумываясь, раздвинула ноги.

Рука Синжуна скользнула вверх по ее обтянутой чулком ноге, а затем выше подвязки. По телу Кристи прошла сладкая судорога, когда он коснулся ее. С ней творилось что-то невероятное, и почти сразу Кристи стала терять контроль над собой. Это были совсем не те чувства, которые она должна была испытывать к своему неверному мужу.

— Ты уже готова, — прошептал он. — Я хочу тебя прямо сейчас, Флора.

Он поднял ее юбки, оголив бедра, и отстранился, чтобы освободить свой член. После этого он усадил ее на себя.